Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

Милена отчего-то считала, что должна появиться здесь лично. Это место обязано увидеть её не только в виде свергнутой беглянки, но и в образе священной правительницы Империи Пяти Солнц. Должно углядеть разницу. Проникнуться ею.

Мирадель прищурилась.

«Верно, — сказала она самой себе. — Вместе со мной поднимается вся Империя!»

Радость триумфа периодически охватывала её, даруя сладкое спокойствие и толику истомы. Было что-то будоражащее в том, чтобы вернуться хозяйкой в место, где ранее была рабыней.

С лёгким удивлением женщина осматривала внутреннее убранство дома, не узнавая его. Впрочем, за время пребывания тут Милена не покидала комнат Лотти. А в первый раз Карсин привёл её в таком состоянии, когда она едва могла не спотыкаться, что уж говорить о том, чтобы смотреть по сторонам? Про момент «ухода» императрица и вовсе предпочитала не вспоминать лишний раз.

В каком-то роде Милена появилась здесь в первый раз. В первый осознанный и осмысленный раз. И окружающий вид ей не нравился.

Ветхость. Разруха. С трудом поддерживаемая основа, которую давно пора менять. Облезшая и неровная штукатурка, шелушащаяся краска — словно змеиная чешуя.

Возле дверей в комнаты, где Мирадель провела несколько долгих дней, её ожидал Сарг Кюннет, болезненный первый помощник Силакви, которого она, временно, сделала исполнителем роли высшего жреца.

Безусловно парень не тянул на него и близко, зато был в курсе почти всего, что осуществлял Киан. И именно эти знания необходимы были Милене, дабы она могла хоть как-то управляться неповоротливой государственной машиной. Сарг же оказался весьма полезен. Его фантастическая память позволяла оперировать многими сведениями, а аналитический склад ума, зачастую, давал крайне ценные советы.

— Отличная работа, Кюннет, — кивнула императрица, ведь вся операция была целиком и полностью спланирована Саргом. — Я довольна.

Парень дёрнулся на свой странный манер, а потом порывисто заморгал.

— Ваше величество, я знаю, тчо в-в… ч… что вы хотите сделать, — привычно для её слуха заикнулся он.

Мирадель вздрогнула. Ей не хотелось получить разбор собственных планов. Не здесь. К тому же, зная Кюннета, она не сомневалась в его честности, отчего женщине становилось лишь ещё более тошно.

— Какая разница? — с толикой раздражения спросила она, будучи не уверенной, что сумеет достойно сдержать его слова.

— Е-если м-мне позволено будет высказаться, — Сарг неловко взмахнул руками, — я молил бы вас передумать.

Императрица прикрыла глаза и простояла так несколько секунд, после чего шагнула к парню ближе. Его болезненно истощённое лицо не изменилось, не показало никаких новых эмоций. И это тоже, своего рода, был ответ.

— А что на это сказал бы Дэсарандес? — вперилась она в него мрачным взглядом.

Кюннет не отвёл глаза. Его взор, казалось, не отображал ничего. Никаких чувств, кроме сугубой рациональности.

— Я не рискну ответить, ваше величество.

— Даже если я прикажу? — прищурилась она. Солдаты за спиной женщины замерли неподвижными истуканами.

— Ежели я отвечу, то это лишь больше убедит вас в верности собственного решения. Однако истина в том, что поступить нужно ровным счётом наоборот.

— Вот как, — рассмеялась Милена. — Значит ты считаешь, что трещина между нами лишь возросла и я сделаю наперекор его воле…

Сарг некоторое время обдумывал её слова, а потом коротко кивнул.

— Так и есть, ваше величество.

Мирадель внезапно ощутила себя, будто оказалась подвешенной на крюке. Она едва не зашаталась, но силой воли сдержала собственную слабость.

— Ты не имеешь ни малейшего понятия, что именно я испытала, проживая здесь, — жёстко произнесла императрица.

— Картина событий полностью восстановлена, ваше величество, — неуклюже пожал он плечами. — Сопоставить ваше эмоциональное состояние на основе ранее виденного поведения, не представляет особых трудностей.

Милена подавила желание отвесить ему пощёчину, да такую, чтобы неуклюжий увалень растянулся на каменном полу.

— Значит, ты хочешь, чтобы я поступила так, как сделал бы Господин Вечности? — она не сдержала толику пренебрежения, произнося последние слова.

— Да! — неожиданно для неё воскликнул парень. — Вам необходимо убить её. Убить, а не помогать!

Мирадель сделала резкий шаг назад, а потом вытянула руку, успокаивая стражу. Несколько ударов сердца ушло у неё, чтобы собраться с мыслями и задавить собственные порывы.

«Я держу его не для того, чтобы срываться», — проговорила она в своей голове. Дважды.

— И зачем же мне убивать Лотти? — Милена наклонила голову. — Я прекрасно понимаю, почему она предала меня. Ты, Сарг, видишь лишь одну сторону этой жизни, поклоняешься логике и считаешь факты. В то время как реальность куда сложнее и бывают моменты, когда просто нет другого выхода. Как ты считаешь, что чувствовала эта девушка в той ситуации? Будучи молодой, испуганной, наивной и необразованной? Что она подсчитывала варианты? Прикидывала, как лучше всего всё провернуть? Выискивала выгоду в том, чтобы меня сдать? О нет, совсем нет! Лотти просто боялась. Боялась так, что не могла шевелиться. Она дрожала на кровати, не в силах даже встать. И на её месте подобные чувства испытывала бы и я… — порыв Мирадель, под конец, сошёл на нет. — Убить Лотти для меня — всё равно, что убить саму себя…

— Вы не мо-може… же… н-не… не можете сравнивать, ваше величество. Не можете отождествлять себя с ней. Пусть у вас тоже было бедное и тяжёлое детство, однако ситуацию это не меняет. С вами подобного не случалось, поэтому теперь вы — правительница Империи, а она — беженка и шлюха, по в-вин-не… ви… вине которой Карсина Безу разорвали на части прямо в этой ко…

— Закрой рот! — рявкнула Милена.

— Если я так сделаю, то лишь наврежу, — возразил Кюннет. — Заранее прошу прощения и вы вправе будете наказать меня. Однако всё же выскажусь…

Мирадель хотела было отдать приказ о… о чём-нибудь, но вдруг замерла. И расслабилась. Она позволит ему высказаться, позволит. Всё-таки она сама возвысила его. Но потом, когда он закончит, императрица решит судьбу наглеца.

— Таскол осаждён, — продолжал Сарг. — И ч-ча… час… сейчас только вы, ваше величество, можете решить эту проблему. Пока императора нет, лишь вы можете спасти нас. Все глаза обращены к вам. И вы обязаны оправдать надежды своего народа. Показать, что обладаете необходимой силой. Тем, что люди хотят увидеть. В-вы д-должны… вы должны быть свирепой.

Женщина тупо уставилась на него, ошеломлённая этим словом… «свирепой».

— Подумайте об Ольтее, — ударил он её в самое уязвимое место. — Из-за Лотти она могла погибнуть.

Разумеется Милена думала об этом, причём неоднократно — и мыслям этим было не занимать ярости. Конечно же императрица желала заставить Лотти страдать, а самой наслаждаться её криками и му́кой. Сладостным мщением. В своём воображении