Развод! Дракон, лапы прочь от моих абрикосов! - Аста Лид

Вечер. Лето.

Сердце невольно ускоряет свой бег.

Дьявол!

И вот вроде не хочется им ничего доказывать, но видеть их спокойными и счастливыми, зная что меня уже нет в живых…

— Тот мир никогда не был твоим. Именно поэтому у тебя в нем ничего не получалось. Твоя душа всегда была слишком чуждой, непонятной для них. — Неожиданно успокаивает меня Вайолет.

— Твое счастье, что ты ушла от туда так рано. А то столько времени бы потеряла. — Тут согласна.

Да и в целом, если положить руку на сердце, не сильно то мне и нравилась моя прошлая жизнь. И да, мир тоже.

Просто признаваться в этом себе было как-то неудобно, что ли.

Вдох, и картинка снова меняется. И теперь я вижу себя и комнату, в которой сейчас нахожусь.

Вон платье мое. Тень, зависшая в воздухе за левым плечом.

То, что с моим отражением что-то не так, понимаю не сразу.

Потому что выглядим мы с ним и двигаемся одинаково.

Поэтому какое-то время я просто рассматриваю убранство места, в котором оказалась.

За окнами темно, видимо ночь.

Вокруг — разные вещи. Сундуки. Блестящие ткани. Старое кресло качалка с цветастым пледом заметно изъеденным молью.

Интересно, чей это дом?

Как вдруг, мое внимание привлекают мои глаза, которые я вижу в отражении.

Что-то не припомню у себя такого затравленного взгляда.

Поднимаю руку и медленно касаюсь гладкой поверхности зеркала пальцами.

Моя копия повторяет этот жест, но с заметной задержкой.

Внезапно в моем взгляде проскальзывает узнавание.

Инстинктивно снова отшагиваю назад, оглушенная невольной догадкой.

— Да, да. Зайка. Это именно то, что ты думаешь. — Подтверждает мои мысли тень Вайолет.

— Что ты сделала? Как!? — Спрашиваю я вмиг севшим голосом, глядя на предыдущую хозяйку моего тела, запертую в какой-то другой реальности.

— Ну, это было просто, на самом деле. Она, правда, влюбилась в Асфара и была готова пойти на все, чтобы это было взаимно. Ну, вот и попалась. Все-таки любовь толкает людей на настоящие глупости!

— Помоги. — Шепчут губы предыдущей Евы, а в глазах плещется такое отчаяние, что ни в сказке сказать, ни матом сформулировать.

— И? Что ты хочешь в обмен на её душу? — Спрашиваю я, хотя уже догадываюсь, что у меня попросят.

Но слышу совсем не то, что ожидаю...

67

Ева

— Но почему? Мир фениксов это вообще миф! Там же неизвестность! И судя по рассказам моего старшего брата, это место оно… непонятное! Непредсказуемое! Ну и в высшей степени опасное. — Спрашиваю я тень, висящую за моей спиной.

— Потому что я устала. — Неожиданно приходит мне ответ, после чего девушка вдруг садится на пол.

Следую её примеру.

— Вот ты думаешь легко совершать злодейства? Постоянно искать тело? Чтобы просто подышать свежим воздухом? — Неожиданно спрашивает она меня и всплескивает руками.

А я даже не знаю, как на это реагировать.

Судя по большим глазам Евы — та тоже удивлена услышанным.

— Даже не знаю. — Честно признаюсь я.

— Вы, телесные, даже не представляете, какое это счастье — иметь свою собственную физическую оболочку. Да, я много чего могу, и магия у меня уникальная, но на самом деле… все это меркнет перед невозможностью чувствовать.

— Ну, это же у вас не навсегда? — Спрашиваю я, все еще прибывая в легком шоке от откровений той, что всего несколько минут назад захватила каким-то образом юную драконицу, обманом заманила меня в непонятное место, а теперь готова обменять душу предыдущей хозяйки моего тела, на… возможность уйти в мир фениксов вместе с моим братом? Серьезно?

— Ты вообще знаешь, что нибудь о том, как устроено наше мироздание? — Снова удивляет меня очередным необычным вопросом Вай.

Я думала, что с меня огонь души потребуют, будут на моих глазах мучить малышку Еву, или еще что похуже. Как я уже успела узнать, фантазия у бывшей любовницы моего лжемужа очень богатая.

А по итогу, наш разговор вдруг перешел к обсуждению того, как устроен мир!

— Нет. Знаю только что есть несколько реальностей. Все. — Пожимаю я плечами, продолжая незаметно наблюдать за своим отражением.

— И чему тебя только в школе учили. — Возмущается Вай и, не давая мне возможности ответить продолжает.

— Если коротко, то все реальности поделены на три пласта в зависимости от частоты, на которых вибрируют. Демоны и тени, такие как я — живут в мирах с низкими вибрациями. Такие как ты — в мирах с высокими вибрациями. — На последних словах, я прям, чувствую, как её лицо кривится, словно у неё зуб болит или она унюхала какой-то неприятный запах.

— Ну и еще боги есть. Но общаться мы с ними можем только опосредованно. Особенно с теми, что отвечают за этот мир. Так вот. Я хочу в мир, где у меня будет мое, настоящее тело! Чтобы и вкус еды ощущать, и прикосновения. Вот ты не понимаешь, а чувства — это же величайший дар! Вся эта грусть, радость. Боль…. Даже она. А не вот это вот странное, непонятное существование, в котором нет практически ничего. — Выдает она и замолкает.

— Ну, может быть ты просто к этому еще не готова? Ну, ведь почему-то твоя душа воплотилась именно в таком, существе. И кто знает, вдруг мир фениксов будет не сильно рад тебя принять? И получится, что вместо своей мечты ты получишь страшную и какую-то уж, прости, но кажется бессмысленную смерть. — Начинаю рассуждать я вслух, неожиданно услышав в её словах то, что отзывается и во мне.

— Зато там, меня не сможет достать тот, кого я сейчас, предаю. — Склонив голову на бок отвечает девушка.

— И вообще, почему ты меня отговариваешь! Я знаю больше тебя! Вижу дальше! Какого дьявола ты решила, что можешь мне указывать, что делать? Да и если я умру, разве ты не будешь этому рада? — Прилетает мне резонный вопрос.

Задумываюсь и понимаю, что нет.

Не буду. Но пока мне важно узнать другое.

— А почему ты его предаешь? Ну, ты же сейчас про странную смесь демона и дракона говоришь? — Уточняю я на всякий случай.

— Да. Его. Великого и ужасного Хозяина. — Нехотя отзывается Вай. — А ответ на твой вопрос, на самом деле очень прост. Я выросла, Ева. И устала быть той, что только и может, что исполнять чужие приказы. Я хочу, чтобы моя душа была свободна! И да, мне очень хочется получить свое, настоящее тело! Ты представить себе не можешь, какая это на самом деле ценность. — Могу, что самое интересное.

И не потому, что