Этот мир не выдержит меня. Том 6 - Максим Майнер

Каждый стремился урвать себе хотя бы кусочек — лишь Усач почему-то не спешил принять участие в общей трапезе. Вечно голодный краб смотрел на происходящее с несвойственной ему брезгливостью.

Ненависть животных была столь сильна, что на всё про всё ушло полминуты. От тела Биста не осталось даже следа. «Куклы» жестоко покарали своего «кукловода», а затем просто разбежались в разные стороны. Тихо, мирно, без эксцессов — драться ни с нами, ни друг с другом никто их них желанием не горел.

«Не могу не отметить, милостивый государь, что юноша задал нам хорошую трёпку», — в голове послышались мысли Большого.

С коротышкой трудно было не согласиться. Я сам не ожидал, что бой с Бистом станет таким серьёзным испытанием, однако сейчас меня волновало кое-что другое.

«Он сказал, что разбудил кого-то, — подумал я. — И этот „кто-то“ должен убить всех нас».

«Вокруг пока всё спокойно», — тут же ответил Большой. — «Я никого не вижу».

Коротышка, судя по обрывкам эмоций, доносившимся вместе с его мыслями, воспринял угрозы Биста более чем серьёзно. Правильный подход. Врага, пусть даже мёртвого, не сто́ит недооценивать. Особенно учитывая, как лихо он себя проявил в нашей недолгой, но крайне напряжённой схватке.

Я быстро нашёл в траве клевец, ружьё и чёрный кинжал. Чутьё подсказывало, что скоро мне понадобится весь мой арсенал, и стоило только подумать об этом, как в голове набатом прозвучала тревожная мысль Большого:

«Сверху!»

Я поднял взгляд. Высоко в небе показалась точка — крохотная поначалу, она увеличивалась с каждым мгновением, пока не превратилась в человека с огромными чернильными крыльями за спиной. Его тело густо покрывали всевозможные татуировки, рассмотреть которые не составляло никакого труда, ведь из всей одежды на нём имелись только короткие шорты и ничего более.

Это был Ниго. По невероятному стечению обстоятельств он решил заглянуть на огонёк сразу после того, как Бист отдал богу душу.

— Вы куда моего зверёныша дели? — насмешливо спросил Ниго, зависнув метрах в двадцати над землёй. — Неужто вместе с требухой сожрали, изверги?

Готов поспорить, «расписной» маг давно наблюдал за ситуацией с высоты и видел, что стало с Бистом. Однако он предпочёл не вмешиваться — видимо, из желания наказать товарища за проявленную самодеятельность.

Весьма глупый поступок. Появись Ниго чуть раньше, ситуация могла повернуться на сто восемьдесят градусов. И тогда «питомцы» Биста отобедали бы не своим хозяином, а нами.

«Не высовывайся пока», — подумал я, поскольку почувствовал, что Большой собирается приступать к активным действиям, а затем, уже вслух, громко добавил: — Твой, как ты говоришь, «зверёныш» умер. Его разорвали на куски. Волки, лисы, рыси… Даже парочка барсуков поучаствовала.

— Даже барсуки? — деланно удивился Ниго. — Неблагодарные! Зверёныш их всегда любил больше остальных. Жаль, конечно, что всё так получилось. Он хотел выслужиться перед Вороном, но ничего не вышло…

— Столько надежд, столько планов, — хмыкнул я. — Настоящая трагедия.

Я чесал языком не просто так. Мне требовалось зарядить ружьё, для чего в кулаке уже был зажат бумажный патрон — на этот раз особый, собранный специально для более уверенного поражения юрких воздушных целей. Точь-в-точь таких, как Ниго.

— Трагедия, — согласился маг. — И дальше будет только хуже. Но не переживай — ты этого уже не увидишь.

— Бист говорил так же, причём прямо перед своей смертью.

— Зверёныш был слаб, со мной так легко справиться не…

— А ещё Бист говорил, что разбудил кого-то очень опасного. И что умру не только я — тебе тоже несдобровать.

Я намеренно перебил Ниго, чтобы позлить его. Злость — плохой советчик. Особенно для импульсивного юнца, считающего себя центром мироздания, каковым, без сомнений, являлся мой крылатый собеседник.

— Зверёныш говорил слишком много, — Ниго презрительно скривился. — Как и ты.

— Зря ты так, — усмехнулся я. — Бист был очень убедителен. Но значит, ты не знаешь, кого он имел в виду?

Я подбавил в голос нотки разочарования. Это ожидаемо взбесило Ниго.

— Да срать я хотел и на Биста, и на того, кого он там разбудил, и на тебя! — гаркнул он. — Я убью любого, слышишь? Лю-бо-го!

Татуировки на теле мага пришли в движение. Они переплетались, наливаясь чернильной густотой, что, стоило признать, выглядело довольно устрашающе.

Ниго даже снизился метров на пять, чтобы я мог как следует «насладиться» этим зрелищем.

— Отдавай мне «призму», и тогда я, так уж и быть, сожгу всех вас быстро, — добавил он. — Или ты хочешь, чтобы всё было по-плохому?

Усач недовольно щёлкнул клешнёй. Слова Ниго пришлись ему не по вкусу.

— А как же мои сёстры? — включил дурака я. — Если хочешь получить «призму», то тебе придётся вернуть мне моих сестёр!

— Ты глупец, — Ниго расхохотался. Мои слова так развеселили его, что он снизился ещё на пару метров. — Твои сёстры уже у Ворона, и они переживут тебя ненадолго. Отдавай призму, и, обещаю, когда вернусь к Ворону, я сделаю так, что они умрут без страданий, а если не отдашь, то понимаешь сам… Им придётся помучаться.

Слова Ниго меня не задели. Если всё пойдёт так, как я задумал, то повлиять на судьбу Эльзы и Тори он уже никак не сможет.

— Хорошо, ты получишь «призму», — сказал я, надорвав пальцами плотную бумагу, из которой была сделана «гильза» патрона.

Попасть по движущейся мишени из примитивного ружья — это задача с очень большой звёздочкой. Причём её, учитывая особенности перезарядки, придётся решать в одно действие. На второе просто не будет времени.

Поэтому, вместо большой круглой пули, мой особый патрон был снаряжён мелкой, размером с бисер, дробью, чтобы создать целое «облако» поражающих элементов. Так что показывать чудеса меткости не придётся — достаточно выстрелить в правильном направлении, а там цель чем-нибудь да заденет.

Проникающая способность у такого боеприпаса оставляла желать лучшего, но мне многого и не надо. Чай не по носорогу бить придётся. Опыт предыдущего столкновения с Ниго показывал, что даже малейшее повреждение татуировки полностью лишало её силы. И с этим дробь должна была справиться как нельзя лучше.

— Какой хороший мальчик, — осклабился Ниго. — Послушный. Вот только Ворон говорил, что ты очень хитёр… Но ты же не задумал какую-нибудь гадость? Ты же не хочешь обмануть моё доверие?

— Ничего я не задумал, — горько ответил я с видом человека, смирившегося с поражением. — Спускайся, и я отдам тебе «призму». Обещаю.

— И всё-таки ты хитрец, — Ниго был доволен тем, как ловко