Фантастика 2026-149 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

панелями, с полами из массива дуба. Стать страшно, такую красоту боязно испачкать. На стенах эстампы в рамках, превратившие коридор в подобие галереи. Центр притяжения — дуги из серебристого метала с вставками панелей. Это ресепшен, сразу с тремя молоденькими девицами в одинаковых модных одеяниях, в меру прикрывающих коленки на длинных ногах. Тут же зона ожидания. Народу не слишком много, можно даже сказать мало. Так! Слева две переговорные, справа — рабочие места секретарей. Где же кабинет этого доморощенного юриста? В обоих местах кабинеты руководителей. Секьюрити не наблюдаются, значит пространство под контролем замаскированных видеокамер. Кажется улыбка на лице одной из встречающих дев, больше чем дежурная. А, что? На нем прикид не на рынке куплен, одни часы на руке не меньше восьми тысяч гринов стоят. Ведь все успела высмотреть, оценить. Уважаю! Профессионально работает.

— Здравствуйте! Меня зовут Валерия, компания приносит вам свои извинения, но до конца рабочего дня осталось три минуты. Чем я могу вам помочь за оставшееся время? Может вас записать на завтра в удобный для вас час к конкретному работнику компании?

— Иван Исаакович Герц.

— Господин Герц уже покинул рабочее место. Завтра его не будет. Извините, могу записать вас к нему только на понедельник.

Щедрая улыбка проявила безупречность зубов «хозяйки».

— Тогда, нет. Прощайте.

— Всего доброго.

Тихий, но навязчивый зуммер устройства распознания клиентов, заставил Леонида, одного из трех операторов бригады службы безопасности компании «Grande El castillo» подкатить кресло в сторону кнопки отключения и нажать на нее.

— Скоро совсем ходить разучишься.

Послышался за спиной голос старшего смены.

— Я что‑то нарушил? — не оборачиваясь, окрысился Леонид.

С недавно приступившим к своим обязанностям старшим у него были натянутые отношения, невзлюбили друг друга с самого первого дня. Спокойная офисная жизнь расхолаживает, зацепились языками, друг другу предъявив ряд мелочных претензий. На серпообразном столе большие мониторы работали в штатном режиме, порядок на охраняемом объекте не вызывал нареканий, сотрудники офиса спешно покидали рабочие места. Щелчок замка и открывшаяся дверь служебного помещения заставил обоих отвлечься от тихой перепалки. Шеф! Принесла нелегкая под конец мельтешения «муравейника».

— Как дела? — спросил голосом из метала и безразличия к подчиненным, прошелся глазами по экранам, уделяя внимание подземной парковке.

— Без происшествий. — Доложил старший.

— Добро. Связь с постами и дежурным подразделением проверять каждые два часа.

— Есть! — по‑военному ответил старший смены.

Уже поворачиваясь, потянувшись рукой к дверной ручке, готовый покинуть «оперативку»…

— Я…

…зацепился глазом за мелкий монитор, долгое время почти не выполнявший назначенных функций. На экране застыло изображение двух мужчин, похожих друг на друга как братья близнецы, различие было лишь в растительности на лице и одежде. Один с бородой и усами, с запущенной стрижкой на голове, второй, одет как денди и аккуратно пострижен. Шеф взорвался эмоциями.

— Почему не доложили о приходе в офис этого человека? Вам что, работать в корпорации надоело? Когда он приходил?

Леонид просмотрел информацию по клиенту.

— Прибыл в офис за пять минут до окончания рабочего дня.

— С кем из персонала общался?

— С Валерией.

— Ее телефон, быстро!

Выяснив все, Зверев, начальник службы безопасности транснациональной компании «Grande El castillo» позвонил своему непосредственному начальнику.

— …интересовался Герцем.

— Валерий Палыч, я думаю вам ясно без подсказок, что наемники не смогли качественно выполнить взятые на себя обязательства. Фигурант, как я понимаю находится в светлой памяти и при отменном здоровье. Он уже ищет того, кто затронул его интересы. Последнее время Иван Исаакович жаловался на свое самочувствие, озаботьтесь его здоровьем, желательно по шестому варианту. Об этом жиденыше я не хочу больше слышать. Думаю, что все должно произойти либо сегодня, либо завтра. И не берите все под контроль, а лучше сделайте самостоятельно. Так будет надежней.

— Понял вас, вариант «шесть», можете не беспокоиться, проблема будет снята.

* * *

…Вот казалось, нужно это Каретникову? Время на дворе какое? Двадцать первый век! Народ в городах разучился общаться, если это общение не затрагивало работу. Помочь кому‑то, уже подвиг и нарушение личного пространства. Дожились! Дети во дворах футбол не гоняют, на речку, так и то не гурьбой мотаются, а под присмотром мамки или бабки, по одиночке ходят. Зато и те и другие освоили «пространство в интернете», для большинства оно — реальная жизнь. Если бы не потребность в деньгах и пище, сутками напролет зависали в сети. Откуда здоровье? Теперь ответ — почему Каретников не такой, а эдакий! Тут просто. В силу своей профессии, а еще и наверное самое главное — родом он был из семидесятых годов. Смешно сказать, но люди родившиеся в шестидесятых — семидесятых, в девяностых отправили страну в бездну, они же ее оттуда в начале двухтысячных и вытащили. Экспериментаторы хреновы! Что поделать, если у тебя в характере, в крови, можно сказать с молоком матери, заложено не стадное чувство, а такое качество, как возможность принятия самостоятельного решения, а потом осуществление его на практике, ну и конечный пункт мировоззрения — несение ответственности за результат. Можно еще раз повториться, в силу своей профессии Михаил оставался сложившимся холостяком, умным, изворотливым, хитрым, и все же призыв из прошлого, «Наших бьют!», при всем при этом, был для него не пустым звуком. Нужно помочь, а припрягать в это дело «Контору», с ее механизмом государственности, нельзя.

Хильченков сам открыл перед ними дверь квартиры.

— Проходите.

Проводив и усадив обоих в комнате однушки, не стал откладывать в долгий ящик дело с которым пришли. Посмотрел в глаза Михаилу, кивнул:

— Рассказывай!

* * *

…Потрепанный, старый Жигуленок‑шестерка, рабочая лошадь Кутепова для «особых» перемещений по «второй» специальности, на котором они с Каретниковым приехали в подмосковную Балашиху, свернул с почти пустого МКАДа на нужную трассу. Не особо надрываясь двигателем, промчался по хорошо освещенной дороге и свернул на мокрый от дождя асфальт боковушки. Не успев набрать мало‑мальски приличную скорость, машина резко вильнув, прижалась к обочине, все трое пассажиров готовы были шарахнуться в сторону не покидая салона. Рыкнув мотором рядом с их ржавой трахомой, на первом же повороте их подрезал темный «Феррари» и умчался прочь, майнув капотом и мигнув задними фонарями.

— Твою‑ю ма‑ать! — выразил в голос общее мнение товарищей Михаил.

Километра через три, не выезжая из темени вековых елей, очутились перед вереницей высоких заборов поселка нуворишей российского разлива. Достойно огородились слуги народа! Здесь не было покосившихся избушек, стоящих вдоль неширокого шоссе. При хорошем освещении нельзя было толком рассмотреть и роскошь особняков, скрываемых от посторонних взглядов многометровыми заборами, из‑за которых виднелись лишь шпили новых российских замков.

— Судя по