Расследования Марка де Сегюра.(Книги 1-26) - Лариса Куницына

тётей Виржинией. Это старшая сестра моего отца, дама де Латур. Она помогает нам управляться с делами после смерти матушки. Они говорили с ней наедине, и я уверена, что она не сказала им ничего плохого, но уходя, они пригрозили, что ещё вернуться! Я не совсем понимаю, что происходит, но мне очень тревожно. Жюльен сказал, что это вы привели его домой, а значит, понимаете, что происходит. И я решилась просить вас о помощи моему отцу.

— Это излишне, — покачал головой Марк. — Я уверен, что вашему отцу ничего не угрожает, если он невиновен. Насколько мне известно, это дело находится на рассмотрении в Белой башне и я не вправе вмешиваться в него. Возможно, поведение сыщиков показалось вам угрожающим, но, уверяю, беспокоиться не о чем. Они лишь побеседовали с вашим отцом, но не проводили обысков, не забрали его в Белую башню и даже не заключили под домашний арест. Они отступились, когда он отказал им в разговоре с братом. Это значит, что у них нет ничего кроме подозрений.

— Возможно, это так, — растерянно пробормотала она. — Простите, я, наверно, зря побеспокоила вас. Я всю жизнь прожила в Бельгарде и Фортене и никогда не бывала в столице. Наверно шум и многолюдность Сен-Марко немного напугали меня, и я чувствую себя очень уязвимой…

— Вам не за что извиняться, — успокоил её Марк. — Возвращайтесь домой и ни о чём не беспокойтесь. Ваш отец прекрасно знает Сен-Марко и его законы, он сам может постоять за себя. Мне послать с вами кого-нибудь, чтоб вас проводили до дома?

— Не нужно. На улице меня ждут два наших рыцаря.

Она простилась и ушла, а Марк задумчиво посмотрел ей вслед. Похоже, Филбертус, не имея никаких явных улик против де Бельгарда, решил попытаться взять его внезапным напором, но то, что сработало бы с кем-то иным, вряд ли могло произвести впечатление на столь опытного и хладнокровного воина, как де Бельгард. Такого кавалерийской атакой в лоб не возьмёшь. И всё же странно, что его дочь тут же кинулась искать защиты у высокопоставленного царедворца. О каких врагах своего отца она говорила? Впрочем, как Марк и сказал ей, это не его дело. Потому он постарался выкинуть всё это из головы и обернулся, чтоб спросить у стоявшего у дверей Модестайна, когда подадут ужин.

На следующее утро было назначено заседание малого королевского совета. Потому, облачившись в придворный наряд из синего бархата, Марк отправился во дворец. До начала собрания ещё оставалось немного времени, и он прошёл в закрытый дворик, отделявший дворцовые покои от женской половины, чтоб полюбоваться розами редкого золотисто-алого цвета, которые совсем недавно были доставлены в столицу как дар королю от одной из алкорских принцесс. Они хорошо прижились на почве Сен-Марко и, наконец, зацвели, радуя взор своей изысканной красотой и распространяя вокруг пряный прохладный аромат.

Марк стоял перед пышным кустом, усыпанном крупными цветами, думая, не стоит ли купить у садовника несколько черенков, чтоб посадить их в своём маленьком садике, когда позади послышались шаги, а потом немного смущённое покашливание. Обернувшись, он увидел молодого рыцаря в лёгком доспехе королевской стражи. На его руке выше локтя была повязана лента в геральдических цветах Монморанси.

— Вам что-то нужно, капитан? — спросил Марк, взглянув в лицо рыцаря, которое показалось ему смутно знакомым.

— Капитан де Латур, — поспешно поклонился рыцарь. — Простите, что осмелился побеспокоить вас…

— Вы племянник барона де Бельгарда? — уточнил Марк, поняв на кого похож этот молодой человек.

— Именно так, — кивнул капитан. — Я не столь знатен, как он и потому мечом служу его величеству. Но всё же дядя очень добр ко мне и моей матушке, я безмерно уважаю его воинский талант и восхищаюсь подвигами, которые он совершил. Потому я осмелился просить вас… оказать ему покровительство.

— Вряд ли ваш дядя нуждается в моём покровительстве, — проворчал Марк и снова посмотрел на розы.

— Вы очень влиятельны, — возразил капитан де Латур, — и к тому же справедливы. Возможно, мой дядя и допустил немного неподобающее его положению поведение, но уверяю, что все слухи о нём — это пустые наветы, которые распускают его враги. На них нельзя строить обвинение, но именно на них ссылается граф Рошмор. Перед ним мой дядя бессилен. Вы же знаете, что граф — родич короля, к тому же он один из главных королевских магов, за ним стоит Леди Белой башни, а она совершенно безжалостна к колдунам. Но мой дядя не колдун! Он просто жертва злобных сплетен!

— Чего ж вы от меня хотите? — уточнил Марк, с некоторым беспокойством взглянув на верхнюю галерею, ведущую в зал Малого совета.

— Прошу вас, расследуйте это дело сами! Я уверен, что вы разберётесь с ним лучше колдунов.

— У меня нет для этого оснований, капитан, — произнёс Марк. Ему хотелось расспросить де Латура о каких врагах его дяди, распускающих такие слухи, идёт речь, но это было бы лишь неуместным любопытством. — Расследование ведёт граф Рошмор, дело о колдовстве не входит в компетенцию тайной полиции. Я ничем не могу вам помочь, да и не вижу в этом необходимости. Граф Рошмор вовсе не заинтересован в том, чтоб обвинить вашего дядю, он лишь проверяет одну из версий, расследуя серьёзное нарушение закона о колдовстве. Он разумный и не менее справедливый, чем я, человек. Он разберётся во всём, и если ваш дядя невиновен, вам нечего опасаться. А теперь позвольте мне прервать нашу беседу, поскольку я должен явиться в зал заседаний Малого королевского совета.

Капитан де Латур хотел ещё что-то сказать, но вместо этого отступил в сторону, пропуская Марка к выходу на верхнюю галерею.

Заседание совета несколько затянулось, потому что мнения участников о предмете обсуждения во многом разошлись, и Марку несколько раз пришлось вступать в полемику, в том числе и со своими друзьями. Обсуждались новые реформы, предложенные королём, и кому-то они казались преждевременными, кому-то и вовсе неосуществимыми, а кто-то прагматично считал деньги, которые должны быть выделены из казны. Сам Жоан всё это время сидел молча во главе стола и со скучающим видом рисовал на листах бумаги затейливые вензеля, лишь изредка поднимая взгляд на кого-то из своих соратников, до сих пор не высказавших своё мнение. Это его поведение давно уже никого не смущало. Все знали, что король внимательно слушает обсуждение, и учтёт все высказанные предложения, но решение примет сам. Именно это и прозвучало в его краткой речи, когда дебаты закончились. Поблагодарив членов Малого совета за участие, он закрыл заседание и, собрав свои