"Шолох". Компиляция. Книги 1-7 - Антонина Крейн

В этот раз я перенеслась в кошмар в своей уличной одежде, и меня не оставляла надежда найти что-нибудь полезное. Так, пёрышко для Промедления Люффа всё ещё здесь, идеально. Ещё есть монетка: она вряд ли пригодится. А в кармане шуфы у нас…

Что это?

Мои пальцы сжимали что-то мягкое. Земля начала потихоньку содрогаться оттого, что Быкоголовый, пока не видимый за поворотом, приближался. Вынув руку из кармана, я удивлённо уставилась на шёлковый мешочек с аккуратными завязками. Он казался нездешним и нереальным, будто шептал мне что-то на таинственном языке.

Пыльца Овердила! Странный подарок из Города Бликов.

– А ты мне сейчас пригодишься! – ахнула от озарения я.

Кажется, у меня появился план.

Сбросив шуфу, схватив меч и не высовываясь на тропинку, на которой меня подстерегали хищные лианы, я отбежала подальше от того места, откуда появлялся Быкоголовый. Чтобы начать плести Промедление Люффа, направленное против Минотавра, мне нужно сначала увидеть его.

Так что… Ждём.

«Ты сегодня не умрёшь, – на всякий случай повторила я самой себе со всей возможной убедительностью. – Не после обещания, данного Моргану. Ты хороший человек. Ты держишь своё слово и заботишься о психическом здоровье других хороших людей. Так что ты вернёшься в Долину Колокольчиков живая, целая и невредимая, Тинави из Дома Страждущих».

Наконец Быкоголовый появился из-за поворота и сразу же взревел:

– Neverarra!

В джунглях будто стало темнее. Минотавр тяжело ступал по влажной земле.

Его ликующая интонация и нетерпеливые шаги свидетельствовали о том, как он устал ждать. Как его бесило, что я давно не появлялась. И как он рад теперь: наконец-то со мной можно разобраться! Голод и алчность чудовища возросли в разы.

Будем надеяться, они толкнут его на ошибки.

Я закончила выплетать Промедление Люффа, когда Быкоголовому оставалось до меня всего лишь несколько метров. Нет, конечно, он не остановился совсем. Более того, его мощь действительно была колоссальной, поэтому эффект заговора оказался не таким сильным, как я рассчитывала. Однако заторможенности Минотавра мне хватило на то, чтобы подскочить к нему и ударить мечом в область сердца – а потом уклониться от замаха его лапищи.

Мой удар не принёс ему ощутимого вреда.

Но я уже знала, что буду бить снова и снова. Каждый раз – в одно и то же место. Как маленькая упёртая птичка, охотящаяся за жучком в древесной коре.

Главное – делать всё быстро. Нужно обязательно разобраться с этой тварью до того, как там, наяву, Силграс закончит своё заклинание.

Я успела пять раз ударить Минотавра и пробить его толстую шкуру до первой крови к тому моменту, как эффект заговора стал заканчиваться. Едва увернувшись от замаха чудовища, я отскочила назад и разжала ладонь правой руки, на которую заранее высыпала немного пыльцы Овердила.

«Интересно, а у него будет тюрбан?» – подумала я, сдувая пыльцу на Быкоголового. Он взревел от неожиданности: впервые в джунглях я была столь активным противником, и он явно не ожидал этого. А когда мерцающее облако осело, Минотавр действительно оказался похож на жителей Города Бликов – теперь он был невесомым и сотканным из разноцветных лучей света, но это, правда, ни разу его не красило. Тюрбан отсутствовал.

Чудовище бросилось вперёд и напало быстрее, чем я сумела полноценно уклониться или парировать.

Больно!..

Взвыв и отшатнувшись, я тем не менее почувствовала облегчение: мой расчёт оказался верен. Удар от полоснувших по мне полупрозрачных когтей не шел ни в какое сравнение с тем, что случилось бы с плечом, оставайся Минотавр физически осязаемым. В обычном состоянии эти когти, вероятно, разорвали бы мне руку. А так – кожа была цела. Кости заныли, но не более.

Идеально.

Вот только мои атаки, и без того слабые, вообще не причиняли Быкоголовому вреда, пока он был «эфемерным».

Что ж, не бывает безупречных стратегий.

Я резко развернулась и бросилась прочь, на ходу вновь начав бормотать заговор замедления и параллельно пытаясь высыпать на ладонь ещё пыльцы. Вскоре выяснилось, что территория сновидческих джунглей ограничена: в какой-то момент заросли передо мной просто закончились, оборвавшись бесконечной чернотой со звёздами вдалеке. Я завертела головой. Судя по всему, темнота окружала выделенный для кошмара клочок тропического леса: мы словно парили на зелёном острове посреди открытого космоса.

В этот момент Быкоголовый догнал меня и, согнувшись чуть ли не пополам, ударил рогами. Он явно пытался найти тип удара, который всё-таки причинил бы мне вред, несмотря на действие пыльцы. Я почувствовала острую боль в рёбрах и отлетела назад, в пустоту. На мгновение меня пронзил страх – куда я лечу? – но тотчас будто невидимая резинка притянула меня обратно в джунгли.

Всё это время я упрямо продолжала плести Промедление Люффа. И вот когда темнота отпружинила меня к Минотавру, я произнесла последний слог.

– Prohibe!

Движения Быкоголового снова увязли в смоле времени. Я поднырнула ему под руку, и, разжав кулак, выдула на него новую порцию пыльцы.

К Минотавру вернулась материальность. Скорость – пока нет.

Он начал оборачиваться. Я ударила его мечом, увернулась, ударила снова… Оставшееся время действия заговора я потратила на то, чтобы высыпать на ладонь ещё пыльцы – и снова окатить его ею.

Дематериализовавшийся Минотавр взревел с дикой яростью: больше никаких воркующих «Neverarra». Его глаза полыхали. Мышцы бугрились под кожей. Джунгли содрогнулись, и бабочки лиловым вихрем взлетели со сладко пахнущих цветов. Я отбежала от пустоты и приготовилась повторить ту же последовательность действий.

«Всё гениальное – просто», – постоянно говорит мастер Улиус, и сегодня я проверю это на практике.

Замедление. Меч. Пыльца. По кругу. Так я его и одолею. Главное – быстрее, быстрее!..

Но каким бы оптимизмом я ни пылала, у моего тела заканчивался запас прочности. Да, монстр ревел, а рана на его груди стала гораздо глубже. Но и я обливалась по́том, двигалась всё медленнее и чуть не плакала от боли – даже призрачные удары в совокупности доканывали мой организм.

Кажется, рёбра были сломаны. Каждый шаг отдавался невыносимой болью в левой ноге, а голова трещала так, что всё плыло перед глазами. Если бы не адреналин и понимание того, что сейчас вся ответственность на мне, это я – тот игрок, что закончит историю Долины, от моих действий зависит, какой окажется эта сказка, я бы уже свернулась скулящим калачиком под ближайшим кустом и боялась бы лишний раз пошевелиться. А так: не сдаваться, не бояться, не сомневаться!

До победы оставалось совсем чуть-чуть.

Грудь Минотавра была разворочена: ни один человек и ни один зверь не протянули бы и пары минут с