"Фантастика 2026-84". Компиляция. Книги 1-21 - Агатис Интегра

Что я скажу? Алексей Измайлов умел выбирать себе машины. Вот вроде она и стоит неподвижно, но от машины так и веяло мощностью. Мой взгляд невольно задержался на ярко-красных тормозах, воздухозаборниках, приземистом и агрессивном кузове. Достаточно было одного взгляда, чтобы понять — всё в ней рассчитано на скорость. Скорость и демонстрацию показной роскоши, которую можно купить за деньги, потому что стоить такая машина должна была бог знает сколько. Будучи подростком, я украдкой мечтал о таком автомобиле. Порой, когда засыпал в своей комнате в доме Луи, представлял, как украду что-то очень ценное и сразу же куплю себе одну такую. Чтобы носиться по шоссе в своё удовольствие…

Что сказать, взросление и кое-какой жизненный опыт быстро выбили подобные мысли из моей головы, заменив их на понимание простого факта — такие автомобили бесполезны, если только ты не хочешь покрасоваться или что-то компенсировать. Слишком заметны. Слишком не практичны. Слишком привлекают внимание, что с моей профессией абсолютно не нужно.

Только вот дело было не в этом.

Сначала её вид вызвал у меня восторг. Это чувство длилось целую секунду. Странная и чужеродная радость. Настолько, что на лице сама собой появилась счастливая улыбка. Она охватила меня внезапным порывом… только для того, чтобы резко смениться на совсем другое чувство. Мне вдруг расхотелось даже приближаться к этой машине. Даже на шаг. Сам её вид вызывал… нет, не отвращение, но ощущение какой-то иррациональной и глубокой неприязни. И я сначала не мог объяснить, почему именно.

Только через мгновение до меня дошло. Первые эмоции были не мои. Они банально не могли быть моими!

— Ну, что скажешь, Алексей? — тем временем спросил граф, абсолютно не представляя себе, в каком смятении я сейчас находился. — Механики поработали на совесть. Восстановили её полностью, так что можешь пользоваться.

С этими словами он достал из кармана и протянул мне ключи. Удивительно, как я руку не отдёрнул, вместо того чтобы спокойно взять их.

— Спасибо вам, ваше сиятельство, — поблагодарил я его, надеясь на то, что мой голос звучит достаточно искренне.

— Брось, Алексей. Не нужно благодарности. Всё же ты почти часть семьи, и это меньшее, что я мог сделать для тебя.

После этих слов на его лице появилась гримаса недовольства.

— К слову об этом, — продолжил он. — Тот следователь больше не донимал тебя?

Резкая смена темы разговора едва не застала меня врасплох. Но, как ни странно, это было даже на руку, так как не пришлось изображать удивление.

— Что?

— Громов, — добавил граф. — Он больше не связывался с тобой?

— Нет, — покачал я головой. — Я не видел его после той встречи около управления. А к чему вы спрашиваете?

— Ни к чему, — невозмутимо ответил Игнатьев. — Видишь ли, я надеялся на то, что мои люди смогут встретиться с ним и… пообщаться. Ну, чтобы убедить его, что расследование этого случая может создать определённые проблемы. Ведь, как я уже сказал, ты практически часть моей семьи, а я не последний человек в этом городе. И мне крайне не хотелось бы, чтобы его глупое расследование испортило мне репутацию.

Ага. «Встретиться и пообщаться» — это у него такой эвфемизм для обозначения здоровенной двухметровой твари, которая едва не прикончила Громова? Я до сих пор не мог понять, что это было, и, если честно, искренне надеялся на то, что эта штука сгорела той ночью.

Правда, если вспомнить, как мне везёт в последнее время, боюсь, что рассчитывать на подобное, мягко говоря, будет глупо.

— И как? — изобразив живой интерес, спросил я. — Вам удалось с ним договориться?

Игнатьев вздохнул и развёл руками.

— Говорю же, мои люди не смогли его найти. Так что, если он вдруг встретится тебе, свяжись со мной, пожалуйста. Хорошо, Алексей? Мне очень не хотелось бы, чтобы в свете текущих событий он навыдумывал себе того, чего нет на самом деле, и начал из-за этого мутить воду.

— Конечно, — пообещал я. — Если он снова появится, то я вам сообщу.

Конечно же нет. Я бы в любом случае этого не сделал, а с учётом того, что он тут рассказал во время разговора у себя в кабинете, я вообще не хотел бы подходить к этому человеку даже на расстояние пушечного выстрела.

Но сейчас стоило сказать именно то, что Игнатьев ожидал услышать. И, возможно, получить шанс исполнить свой план.

— Ваша светлость, могу ли я попросить вас об одолжении? — спросил я, убирая ключи в карман.

— Об одолжении? — удивился он. — Смотря что тебе нужно.

— Могу ли я воспользоваться у вас компьютером? Я сегодня не планировал выходить из дома, а потому не брал с собой рабочий ноут, и…

— О чём речь, Алексей, — перебил меня Игнатьев, даже не дослушав до конца заготовленное оправдание. — Конечно. Уверен, что у меня найдётся для тебя компьютер…

Ведущая в гараж дверь за его спиной открылась, и внутрь вошёл Григорий.

— Ваше сиятельство, прошу прощения, что побеспокоил вас.

— Что такое, Григорий?

— Ваша супруга вернулась с детьми. Вы просили вас предупредить.

Выслушав слугу, Игнатьев с довольным видом кивнул.

— Спасибо, Григорий. А Елизавета?

— Она приедет через тридцать минут. Машина с ней уже выехала из города и едет сюда. Она будет к восьми часам.

Похоже, что эта новость весьма обрадовала графа, так как на его лице появилась широкая и довольная улыбка.

— Замечательно. Тогда и поужинать все вместе успеем, — он повернулся ко мне. — Алексей, надеюсь, что ты не откажешься от ужина?

Как говорится, если бы не оказанная мне честь, то с превеликим удовольствием бы, но… мне всё ещё нужно было сделать свою работу.

— Почему бы и нет, ваше сиятельство. С большим удовольствием, — соврал я. — Как раз я отправлю файлы по работе и с радостью поужинаю с вами.

Поужинаю, а потом уберусь отсюда ко всем чертям. Главное, чтобы Жанна смогла сделать то, что нужно.

Мне выделили отдельный, как сказал проводивший меня Григорий, гостевой кабинет. Имелись в особняке Игнатьевых и такие. Ничего особенного — довольно опрятное помещение, приспособленное для комфортной работы. По словам этого верзилы, граф часто принимал у себя деловых гостей, и порой им тоже требовалось место для работы.

Для меня это даже лучше. Никто не будет мешать, хотя самый идеальный вариант — если бы Игнатьев дал мне воспользоваться своим собственным ноутбуком, конечно же, никогда бы не сбылся. Да и не думаю, что он хранил на компьютере хоть сколько-то компрометирующую его информацию. Так что на