Мастер Трав. Том 5 - Ваня Мордорский

дать еще дополнительное качество любому моему зелью, отвару или эликсиру — это универсальный катализатор. Интересно, у местных алхимиков есть более мощные аналоги подобного? Думаю, такой янтарный катализатор для них не новость, слишком уж легко он у меня получился.

Я повторил эксперимент еще дважды и результат был стабильным: три капли росы плюс три капли смолопряда давали одну каплю Янтарного катализатора.

Расход большой, но эффект, думаю, того стоил.

Теперь живица. Я смешал янтарную росу с обычной живицей и снова добавил импульс живы.

Реакция была слабее. Живица потемнела, загустела и приобрела лёгкое свечение, но без того яркого эффекта, что давал смолопряд — она будто просто впитала янтарную росу.

Анализ.

[Анализ объекта: Укрепленная живица

Тип: Алхимический связующий компонент

Свойства: Улучшенная версия обычной живицы. Более прочная фиксация, повышенная термостойкость.]

Тут, в общем-то, нет ничего значительного. Полезно, но не сравнить с катализатором. Впрочем, для заклейки кристаллов и оборудования вполне подойдет.

Еще был один вариант смешать живицу, каплю смолопряда и янтарную росу. К сожалению, эта попытка закончилась ничем. Ничего не соединилось, словно теперь все три компонента конфликтовали.

Я задумался и отложил. Не рабочий вариант и ладно.

Я достал еще толченый панцирь хватал и медленно, в небольшом количестве начал перемешивать его c мягкой живицей. Ничего магического не происходило, даже когда я направлял в смесь живу. Так что пришлось руками всё это смешивать и добиваться того, чтобы получилась достаточно однородная масса. Вышло что-то серо-желтое, и едва я закончил смешивать, как система выдала сообщение:

[АЛХИМИЯ (10 % → 11 %)]

Я тут же применил Анализ.

[Создан компонент: Панцирная Замазка]

Тип: Консервант

Качество: Хорошее

Эффект: Значительное замедление потери магических свойств органических ингредиентов при хранении. Слабая устойчивость к воздействию искаженной живы.]

Я почесал голову. Свойства панциря жуков, к воздействию искаженной живы перенеслись на эту смесь. Получилась вязкая паста. В целом, и этому можно найти применения, я не сомневался. Только пока не видел куда именно. Я хотел еще на сегодня сохранить возможность как минимум трех анализов, поэтому с опытами пока закончил.

К гончару было еще рано, поэтому решил себя занять варками. Снова сбегал за лунным мхом и сел за варку.

Почти четыре часа я не отходил от котелка и приготовил две порции для Рыхлого и четыре для Морны. Вкупе с тем, что я сделал вчера, это уже довольно много.

Когда закончил немного отдохнул. Ополоснулся холодной водой, погладил Мурлыка, который развалился на ступеньках и решил что пора. Солнце уже поднялось достаточно высоко и можно было проверить как там дела у гончара.

Уже начиналась вторая половина дня и возможно он успел сделать мой заказ. Если нет, просто немного поговорю с ним зайду позже. Но вообще….не терпелось приступить к попытке создать вытяжку уже сегодня.

Я поднялся, схватил корзину и двинулся в сторону поселка.

— Ты куда? — спросил Грэм.

— К гончару. Сделал вчера ему кое-какой заказ… может и успел сделать…

Я прибавил шагу и мельком оглянулся вокруг. Интересно, тот мальчишка все еще следит за мной? Или уже всё?

Извиняюсь за задержку. Глава вышла намного позже чем я сам планировал, потому что пришлось ее переделывать, на что ушло дополнительное время. Поэтому если будут ошибки скидывайте в личку. Спасибо что ждали)))

Завтра будет перерыв.

Глава 21

К гончару Бергу я дошел быстро — нетерпение подгоняло. Его я застал на том же месте, почти в конце рынка, под плотным навесом рядом с сотнями своих изделий. Гончар сидел за своим столом, осматривая какой-то горшок, и когда увидел меня, его лицо расплылось в улыбке.

— А, Элиас! Тебе повезло — как раз успел всё закончить.

Он отложил горшок и полез куда-то под прилавок, вернее, то, что тут было вместо него — большой стол с разными образцами изделий гончара. Один за другим, он начал выкладывать на стол то, что я заказал вчера.

— Вот, смотри. Трубочки разной длины и изгиба, как ты просил. И сосуды — широкие внизу, узкие вверху, и у всех отверстия. Тут три отверстия, как ты просил, а вот тут решеточки….Не знаю зачем тебе так, я мог трубочки идеально прилепить… да и остальное тоже…

— Так надо, — заверил я его, — А если я вдруг окажусь неправ, то следующий заказ будет уже. Поэтому я кстати и попросил тебя сделать несколько запасных сосудов.

— Как скажешь, — пожал плечами Берг.

Я же начал осматривать всё, что он сделал. Трубочки были грубоватыми (всё-таки глина — не стекло), но вполне рабочими. Главное — чтобы они от температур не треснули, впрочем, и в этом случае у меня есть чем трещины замазать — живица из той поляны от температур не плавилась и не становилась мягче, и это огромный плюс. Я еще раз покрутил в руках трубочки и остался доволен — изгибы получились плавными, без резких переходов, где могла бы скапливаться жидкость. Сосуды тоже выглядели неплохо: толстостенные, с ровными краями. Три штуки для перегонки и еще один для охлаждения, вчера пришлось все же объяснить Берту, что трубочка должна под углом входить туда, и он справился с задачей.

— Отличная работа, — искренне сказал я.

Берг взял одну из трубочек и покрутил в руках. Что-то изменилось в его лице, словно набежала тень давнего воспоминания.

— Знаешь, — медленно произнес он, — я ведь в молодости тоже хотел стать алхимиком.

Я поднял взгляд. Такие подозрения у меня возникли еще во время нашего прошлого диалога.

— Правда?

— Ага. — Гончар усмехнулся, но в усмешке не было веселья. — Мечтал, представляешь? Думал, вот пробужусь, получу Дар и пойду в ученики к настоящему мастеру. Буду варить зелья, создавать эликсиры… все-таки в то время в наших местах часто пробуждались слабенькие, но травники… Всегда хотел уметь как и другие, слушать растения.

Он замолчал, всё еще держа трубочку.

— Не сложилось?

— Не пробудился. — Берг пожал плечами. — Ни огня, ни воды, ни земли… ничего. Пустой оказался. Ну и… — он обвел рукой свою лавку, — вот. Гончар. Леплю горшки да бутылочки для тех, кто пробудился. Ну, как говорила мать, хоть не гнилодарец.

В его голосе не было горечи — скорее застарелая грусть, с которой человек давно смирился. А ведь Элиас по сути был таким же, только в отличие от этого мужчины не хотел посвящать себя никакой трудовой профессии.

— Поэтому у тебя столько разных форм для алхимиков? Ну, бутылочек разных форм… — догадался я.

— Да, поэтому. — Берг кивнул. — Хоть так прикасаюсь к этому делу. Глупо, наверное, но знаешь, когда о