Полярный рубеж - Ал Коруд

— Миша, пошли на кухню, чаем травяным угощу. Все равно автобус в город через полчаса.

— Вкусный!

— Сама осенью в тундре собирала. Я ж вахтами работаю на разрезе. Неделю там, неделя здесь.

— Тяжело?

— А кому нынче легко? Дочка в городе работает, дети в школе проживают.

— Это как?

— Младшие у нас так пристроены. Начальные классы живут и учатся в интернате с понедельника до пятницы. А что им тут в холоде делать? Там хоть заняты с утра до вечера. Кружки, секции, фильмы показывают, праздники проводят. Они же не виноваты, что конец света произошел. Но хоть живы и то ладно.

Михаил внимательно слушал пожилую женщину, но внутренне содрогнулся, когда вспомнил колонны беженцев с юга. Там никого в живых не осталось. Ни детей, ни женщин.

— А мужчины ваши?

— Мой умер давно, у дочки муж, как ты, служит где-то на севере. Редко здесь бывает. Но что поделать? Времена не выбирают. А твоя Света в городе проживает. С ребенком здесь тяжело, сам видишь. Как раз в то время пошла волна, местные уплотнялись в своих квартирах и беженцев к себе приглашали. Только вот адреса она не оставила.

— Вот беда, и как мне её сейчас искать?

Марфа Петровна подумал и осторожно спросила:

— Можно поискать по роду работы. Она у тебя кто?

— Кондитер.

— Так это хорошо! Она наверняка быстро устроилась по такой специальности. Хлеб везде и всегда нужен! Тогда тебе надо обратиться в службу по трудоустройству. Сейчас, касатик. Валя!! Валентин!

На кухне через некоторое время появился взлохмаченный пацан.

— Что, тетя Марфа.

— Не подскажешь адрес службы по трудоустройству? Вот солдатик свою жену свою ищет.

— Здрасьте. У нас папа тоже служит! И тетя Марфа, такой службы нет, есть единое городское бюро по эвакуации.

— Да все равно! Валя, найди адрес, пожалуйста, скоро автобус в город пойдет.

— Сейчас, — к удивлению Михаила, парень принес из комнаты профессиональный планшет и начал что-то вводить на экране.

— У вас что, Интернет есть?

— Да какое там! Эти наверху не до этого, хотя спутники еще летают. Так, соорудили локалку для себя. Серваков не хватает, так что мы обычно к умным домам привязываемся. Техники ругаются, постоянно отключают, но криво. Куда им до нас!

— Хакеры, что ли?

— Типа того. Есть у вас полные данные на жену?

Соловьев завис на секунду, а потом стукнул себя по лбу.

— У меня на карточке все. Есть чем сосканировать?

— Найдем!

Через несколько минут Валентин уверенно заявил:

— Вот адрес её новой работы. Записать?

— Запомню! Вот спасибо!

— У вас карта безлимитная, можно я тут кое-что на нее куплю?

— Надеюсь, законное?

— Обижаете! В штрафники никому не охота. Но на черном рынке много чего есть, вот такой коммуникатор хочу купить. А я вам талоны на хозбыт отдам. Жене пригодятся!

— Оставь себе, пацан. У меня же безлимит.

— Валя, как тебе не стыдно. У тебя же самого отец служит.

Пацан оторвался от планшета и спокойным тоном ответил женщине:

— Тетя Марфа, все равно у него карту отберут, как на работу устроится. Так что пользуйтесь, пока можно. Правда, официально на нее мало что купишь.

Михаил только выдохнул от свалившихся новостей:

— Спасибо за честный ответ!

Соловьев подхватил баул и побежал к дверям.

— Привет Оле от нас!

— Обязательно передам.

— Как это её нет?

— Закончила работу и ушла. Она сегодня в первую смену была.

Михаил вытер покрывшийся испариной лоб. Где жила Ольга, Валентин не знал, информации об этом в сети не было. Только адрес трудоустройства. В кабинет то и дело заглядывали любопытствующие женщины. Многие из них были солдатками, и не все их мужья вернулись с того света. Одна из них участливо посоветовала:

— Так иди в мэрию. То есть правительство наше. Ольга наверняка туда с ребенком подойдет. Она дочку сначала из садика забирает, а потом их до дома Александр Николаевич довозит.

— Это кто еще?

— Сам голова! Повезло ей, у Ермакова живет. Это его семья твоих пригрела, а после уже начались добровольные подселения. Золотой человек!

Михаил тут же подхватился:

— Как туда проехать!

— Дворами в ту сторону быстрее выйдет!

— Спасибо!

Женщины еще смотрели некоторое время в окно на бегущего солдата, а некоторые смахивали с глаз набежавшую горькую слезу. Вернется ли кто из их служивых?

— Не положено, товарищ. Это же правительство!

— Но я жену ищу. Вы понимаете, что с мая её не видел!

— Понимаю, но не положено. Отойдите туда, пожалуйста, или вызову патруль.

— Да вызывай! Не для того я в боях кровь проливал, чтобы здесь отступить! Пущай давай!

— Что за шум, а драки нет?

— Да вот тут прорывается один, а не положено.

Здоровенный охранник пожал плечами. Внезапно со стороны вестибюля раздался возглас, похожий на всхлип.

— Мишенька! Не может быть! Миша родненький!

— Оля!

Соловьев оттолкнул ошарашенного охранника и мимо Ермакова проскочил внутрь. У Ольги же внезапно отказали ноги, поэтому муж подхватил её буквально на лету.

— Мишенька.

— Олик мой! Танечка! Как я рад вас видеть! Неужели все-таки добрался? Какая длинная дорога получилась.

— Папа! Папочка, я знала, что ты приедешь!

— Как Таня начала хорошо говорить.

Он был безмерно счастлив. Солдат последней войны исчезающего человечества. Он выполнил свой долг сполна и сейчас обнимал самых дорогих ему людей на свете. Это было то самое настоящее счастье — оказаться в аду и выжить, а затем найти родных. Спасибо всем добрым людям, что попались ему на пути. И ребятам с его взвода, доставившим тяжелораненого товарища на взлетное поле. И неизвестным ему летчикам, чудом долетевшим в начавшийся буран до Ухты.

И врачам переполненной городской клиники, самоотверженно в тяжелейших условиях, спасших ему жизнь. И майору тыловику, что незаконно посадил его в летящий в Норильск транспорт. Иначе бы пришлось еще кантоваться там еще минимум неделю. Всем попавшимся ему на пути норильчанам.

Ермаков с улыбкой наблюдал за долгожданной встречей. На душе у него было в сей час радостно, только вот сердце покалывало от избытка нахлынувших чувств.

— Александр Николаевич, вам плохо?

— Хорошо мне! Ты лучше машину вызови, болван чугунный.

Охранник тут же метнулся к телефону, а