Неудержимый. Книга XLVII - Андрей Боярский

но остановить я её так и не смог. Если бы не дар «ненасытности», не знаю, как бы я выдержал подобный марафон. В итоге к Насте я так и попал… А ведь обещал, что прилечу, она наверняка готовилась.

В последнее время я начал понимать, что у меня слишком много девушек. И что-то мне подсказывало, что не все отношения пройдут проверку временем. Например, с Анной мы практически не видимся. Лана использует меня лишь для конкретной цели, сама сказала, что ей нужны сильные дети. А с другой стороны, а кому они не нужны? Сильное потомство — залог успеха в любом роде, так устроен наш мир.

Николь объявилась лишь под утро. Она не стала ждать и вызвала меня в шесть утра, когда я только-только начал засыпать. Эх! Не спали хорошо, так и нечего начинать! Взбодрившись хорошей порцией концентрата, я поспешил встречать баронессу, которая летела сюда всю ночь…

За время с нашего последнего разговора она успела получить все необходимые документы и разрешения. Фактически тайная канцелярия в спешном порядке наделила её всеми необходимыми полномочиями для проведения расследования, вынесения вердикта и исполнения наказания. Обвинитель, судья и палач в одном флаконе… Страшная женщина, которую интересовали доказательства.

Девушка слетела с трапа катера, словно стрела, официально поздоровалась по всем правилам и даже не обняв, поспешила в штаб. Вместе с ней прилетели около десяти крайне молчаливых военных, не считая аналитика, который постоянно подсказывал ей, что делать.

Скорее всего, всё они были дознавателями из разных ведомств. Не знаю, откуда я это знаю, но подобная практика действительно имелась. Они записывали и фиксировали абсолютно всё, чтобы потом никто не смог докопаться до принятых баронессой решений. Если это действительно так, то наши отношения лучше не афишировать, а то сочтут приговоры предвзятыми.

В том, что приговоры обязательно будут, я не сомневался. Я уже смирился с тем, что придётся выдать артефакт с даром «убеждения» военным. Без него, увы, никто не поверит, что такое в принципе возможно. Собственно, на этом я и решил строить собственную защиту. Да, с небольшими махинациями со своей стороны, но всё же.

Когда мы собрались в штабе. Я положил кольцо генерала на стол, а после рассказал, как это мерзавец им пользовался. Я не стал упоминать Кристину или Багиру, ограничившись словом — жертвы. Уверен, их было гораздо больше, поэтому выделять кого-либо было бессмысленно.

— Вы хотите сказать, что Соловей использовал дар столь низкого уровня? — засомневался аналитик, когда я продемонстрировал кольцо и его покрутил у себя в руках каждый офицер.

— Хотите, я попробую его на вас? — я прищурился. — Чисто ради эксперимента. — предложил я.

— Пожалуйста. Но, только не на мне, а на нескольких из нас. — он тут же парировал. — Заставьте нас сделать, что-то, чего бы мы очень не хотели делать. — он слегка улыбнулся.

— Исключительно на мужчинах. — добавила одна из офицеров, мило мне улыбнувшись.

— Хорошо. — я кивнул, взяв кольцо в руки. — Надеюсь, вы на меня не обидитесь, ведь я собираюсь предложить вам небольшое пари. — начал я.

— Пари? — удивился аналитик. — Допустим. В чём оно заключается?

— Я хочу, чтобы каждый из вас спустил штаны, а после, вы все вместе выстроили пирамиду, забравшись друг на друга. — я озвучил свои условия. — Каждый из вас получит за такое представление по миллиону рублей. Что скажете? Как по мне, отличное предложение…

— Что за вздор? — аналитик поморщился. — Никто не будет участвовать в таком…

— Павел Борисович, обождите… — один из офицеров обратился к аналитику. — Я предлагаю вам всё тщательно обдумать.

— Николай… — аналитик выпучил на него глаза. — Ты в своём уме?

— Ну что вы, это всего лишь эксперимент, да никто и не узнает… — я подлил масла в огонь, — Возможно, вас заинтересуют два миллиона рублей?

Я не знал, имелись ли у дознавателей артефакты, которые могли препятствовать дару «убеждения» шестого уровня, что я нагло зажал, но других вариантов не видел. Собственно, в этом и заключалась первая часть моего плана. Правда, я не собирался устраивать из этого спектакль, Павел Борисович сам напросился.

— Дмитрий Иванович, мне кажется, достаточно… — Николь попыталась остановить процесс, но было уже поздно.

— А я согласен с Николаем, предложение генерал-губернатора очень заманчивое… — высказался ещё один участник. — За два миллиона рублей, я не только штаны сниму, но и трусы тоже!

Девушки, сидящие в штабе, моментально вспыхнули краской и захихикали. Оно и понятно, когда ещё им мужской стриптиз в рабочее перепадёт. А ведь потом всё это ещё и в своих отчётах нужно будет отразить.

— Ладно, уговорили! — Павел Борисович сорвался с места и недолго думая стянул брюки. — Быстро у нас очень много дел.

— Не может быть… — увидев, как быстро аналитик согласился на пари, Николь дар речи потеряла.

Надо признаться, что я и сам офигел от действия дара. Это же что получается, он с первого раз сработал на трёх дознавателях, чей ум не так-то просто обвести вокруг пальца. Оказалось, что сделать это проще простого…

Мы и оглянуться не успели, а три акробата без штанов уже построили пирамиду. Не хватало лишь лучей софитов и благодарной публики с овациями. Впрочем, девчонок подобная ситуация позабавила.

— Думаю, на этом мы и остановимся. — сказал я, посмотрев на Николь. — Деньги я переведу на твой счёт, если ты не против.

— Ты серьёзно? — она нахмурилась.

— Вполне, это же было пари. — я развёл руками. — В отчётах можно написать, что это был следственный эксперимент, который полностью доказывает, что генерал Соловьёв редкостный подонок, который пользовался служебным положением. Не удивлюсь, если он и доверенным лицом стал, потому что воспользовался даром.

— Если всё настолько серьёзно, то нам придётся перелопатить всю его жизнь. — баронесса оценила фронт работ. — Потребуются годы допросов…

— А почему они продолжают стоять друг на друге? — спросила одна из девушек.

— Действие дара проходит не сразу. — пояснил я. — Господа! Господа! Вы выиграли пари, прошу, спускайтесь. Вы были великолепны! — повысив голос так, чтобы они услышали.

* * *

— Ну, знаете ли… — рассерженным голосом начал Павел Борисович, когда понял, что произошло. — Могли бы обойтись с нами полегче…

— Мог, Павел Борисович, но, я посчитал нужным показать вам весь ужас, через который прошло девушки. — парировал я. — Там представления были гораздо серьёзнее…

— Понимаю. Этому мерзавцу не жить! — процедил сквозь зубы аналитик. — Кольцо, мы изымаем, как вещественное доказательство и как крайне опасный артефакт. Никто не должен пользоваться подобной магией.

— Понимаю. — я не стал настаивать. — Прошу, запрячьте его так, чтобы никто не смог найти.

— Будьте в этом уверены. — он кивнул и спрятал кольцо в нагрудный