На руках умирает любовь - Габриэль Коста

и с него упал луч света. Тайфун из энергии загорелся голубым цветом и начал формировать нечто знакомое. К месту, где горел костер, вышла голубая лошадь. Вся мощь магии превратилась в нее. Она подошла к Лине, и та бесстрашно протянула руку. Животное прикоснулось носом к ее ладони и тут же превратилось в потоки голубого ветра. Они потянулись к Лине, обдувая ее. Бусы Лаванда разлетелись на мотыльков. И как последняя искра исчезла, она потеряла сознание, упав на бок.

Леа смотрела на нее с болью. Мир вновь стал прежним.

– Не стоит сожалеть, – раздался мелодичный голос, словно сотканный из света. – Все идет своим чередом. Ты выполнила свой долг.

– Мне жаль, что я обманула ее. Она моя подруга, сестра, пусть и не по крови, – грустно отозвалась Леа. – Я буду чувствовать вину всю жизнь.

– Настанет день, и ты искупишь ее. Обещаю.

Существо, внешним видом напоминающее молодого парня, подошло бесшумно к Лине. Все его тело горело золотым, по коже двигались тысячи татуировок сфер. Он словно был вне этого мира. Он посмотрел на грустную Лею и поднял Лину без труда, чтобы отнести в хижину.

– Завтра я отправлю ее к Азелю, – посмотрела Леа вслед существу. – На этом моя роль в этом все закончена?

– Да. Цикл замкнулся, – сказало нечто и посмотрело на Лею. – Пятый материк выбирает героев.

– А Виарум их убивает.

На это существо ничего не ответило и исчезло в хижине.

* * *

– План у нас простой, – Саргон посмотрел на Лею. – Мы влетаем в замок, как самые отчаянные в мире люди, и начинаем сражаться со стражами, воинами, всеми, кто попадется на пути. Пока Лина пытается найти Азеля и выполнить какой-то там свой секретный план?

– Да, – кивнула Лина.

– Это самоубийство, – выдал свой вердикт Саргон. – Было приятно с вами посражаться, ребята. Сегодня нам конец.

– Да ладно тебе. Нам и так конец, Саргон, – Меладея ударила его в плечо. – Если не наши, так воины пепла придут за нами. Какая, собственно, разница. Мы тут собрались в первую очередь, чтобы спасти Азеля. Лина нашла компас и, если это не знак, то я уже не знаю, чего тебе нужно.

– Найти себе девушку, – пробурчал Саргон. – Умру одиноким.

– У тебя есть мы, – улыбнулась Леа, на что Саргон махнул на нее рукой. – В любом случае, вы готовы? – она посмотрела на Ранцикуса и Лину. – Пока мы будем творить и участвовать в безумии, вам надо будет найти Азеля. Сила костей Ранцикуса обеспечит удачное проникновение в любые покои короля. А дальше… Будь что будет, – Леа по всей видимости была согласна с Саргоном.

– Ну что, устроим им вечеринку? – Катаока улыбнулась и затянулась сигаретой. – Какое счастье. Возможно, скоро мне отрубят пальцы.

– Не посмеют, – кинул Брэм. – Тогда начинаем?

– Начинаем, – прошептала Лина.

После возвращения с Пятого материка Лина приняла решение никому не рассказывать о том, куда точно попала. Она переживала из-за своего статуса, а также слов Леи о временном парадоксе. Поэтому для стражей она просто упала с обрыва и с помощью бус Лаванда, которые потеряла, прибилась к берегу острова Молнии. Им еще предстояло написать новую историю вместе с Азелем, а без него ей не хотелось пересекать черту. После того, как компас заработал, она вернулась к стражам на остров их сбора. Сказать, что они удивились ее возвращению, это преуменьшить крики Саргона и Леи. Однако Лина и правда в одиночку вернулась и принесла с собой план. Он, как и охарактеризовал его Саргон, походил скорее на список дел самоубийц. Замок людей охранялся чересчур хорошо. И даже их артефактов богов, наверное, не хватит для долгого сражения, а уж тем более победы. У Ранцикуса и Лины максимум час на все.

Первыми в бой пошли Саргон и Закариас, как обладатели самых сильных артефактов боевого типа. Катаока и Меладея прикрывали их со спины. Кармин отслеживал противников и предугадывал их неожиданные атаки. Начали они слишком помпезно и нагло, просто уничтожив восточную часть замка, где раньше располагались покои короля. Не удивительно, что их местоположение изменилось.

Под сокрытием дыма от Катаоки Лина и Ранцикус направились в западную часть замка, к библиотеке. Она сразу поняла, где отец прятал Азеля все это время. Настолько издевательски та самая судьба поступала с близнецами.

В библиотеке им встретилось всего пару противников, с которыми они справились за пару минут без особого шума. Стрелка компаса указывала ровно на секретную библиотеку и закружилась перед тем самым камнем, на который случайно наступил когда-то ее брат. Ранцикус абсолютно не понимал, почему Лина такая бледная и потерянная.

– Слушай, что случилось? – Ранцикус взял ее за руку. – Не хочу тебя подгонять ни в коем случае, но моих сил хватит лишь на двадцать минут, – он вытер пот со лба и подвигал рукой с костями. – Удача не бесконечный ресурс.

– Прости, Ранцикус, просто когда-то… – Лина посмотрела на него. – Все началось с этого места. И, видимо, здесь и закончится.

Она наступила на камень с силой и вновь открыла дорогу в подземелье. Компас взбесился и в нем уже не было никакого смысла. Она спрятала его в карман и, на мгновение прикрыв глаза, направилась вниз.

Это место служило настоящим напоминанием их глупости и наивности. Книжные шкафы исчезли. Из того, что помнила Лина, не осталось ничего. Статую Богини пламени заменил собой Азель. Его руки прибили над головой огромным гвоздем в каменную плиту, которая горела странными знаками. На нем из одежды лишь потрепанная повязка, которая когда-то была штанами. Волосы на его лице и голове не отросли, а значит, отец полностью остановил его жизнь. Брат не дышал. Ранцикус позади Лины наоборот шумно выдохнул от увиденного ужаса. Лина смахнула слезу и подбежала к Азелю. Цепочка на его шее натянулась, и, вероятно, сам амулет на спине оказался прижат к плите.

– Сейчас, осталось потерпеть совсем немного, Азель. Прошу, подожди мгновение, – она схватилась за цепочку и с силой, что имелась в ее руках, дернула. Ее звенья посыпались по полу. – Что… Не понимаю, а где сам кулон?

– Лина, у меня почти не осталось сил… – Ранцикус упал на колени. – Но вроде же оставалось еще семь минут.

– Ничего не понимаю… Амулет же должен быть на нем, чтобы сдерживать силу, как… – она шептала и осматривала его тело. – Его нигде нет.

– Замечательный план, – раздался за спиной голос, который Лина бы никогда не хотела вновь услышать.

– Лина, я… – Ранцикус рухнул. – Я… – его силы поглощал явившийся король.

– Однако ты вновь забыла одну важную вещь, дочь моя. – Она развернулась и посмотрела на отца с ненавистью. – Между мной и тобой – сотни лун опыта. Кулон никуда не делся, он… – улыбка превратилась в оскал, – в его сердце.