Стажер Ли Су Джин 3 - Роман Таймири

— Восстановление и тренировки проходят стабильно, — кивнул я, решив его не расстраивать уточнением, в чём эта стабильность выражается.

— Хорошо, а что насчёт нашей песни, которую я позавчера тебе скидывал, ты её слушал? — спросил он, настроившись на рабочий лад.

— Это… — вопрос был во всех смыслах каверзным, и с ответом на него я затруднялся.

А пока подбирал слова, заметил глазами, как До Хван настойчиво пихает нашего репера.

— До Хван, хочет сказать, — отодвинувшись слегка от своего друга, произнёс Ан Си. — Что Су Джину, нужно для начала освоится с программой-минимум: танцы, хореография, взаимодействие с камерой, прежде чем лезть… — он запнулся, подбирая формулировку. — Прежде чем участвовать в аранжировке нашей новой титульной песни.

— Он часть группы, и должен привыкнуть к тому, как мы работаем, — снова использовав свой наставительный тон, произнёс лид. — Тем более, он также будет участвовать в выступлениях, и у него там есть свои партии, которые он имеет право изменить или поделиться со всеми своим мнением.

Ан Си не ответил и просто пожал плечами, а вот До Хван закатил глаза.

Убедившись, что его услышали, Джи Ху снова обернулся ко мне:

— Ну так что насчёт песни?

— Да, я послушал, — просто кивнул я, избегая прямого ответа.

— И как тебе? — не сдавался наш лидер.

— Нормально, — повёл я плечом. — Очень в стиле К-попа.

— А ты ожидал услышать что-то другое? — со смехом фыркнул Ан Си.

— Если смотреть на Обезьянку, то, мне кажется, что наш Су Джин, тянется больше к западноевропейской или американской музыке, — задумчиво произнёс Мин Соп. — Возможно, До Хван с Ан Си правы, и ему стоит какое-то время привыкнуть к репертуару Вортекс, прежде чем участвовать с нами в написании слов и мелодии?

«Чёрт, а у них и в самом деле, должна быть уже целая куча написанных песен», — ошарашила меня внезапная мысль.

С этой стороны я никогда не смотрел на Вортекс, а ведь они далеко не новая группа и до моего появления здесь, с чем-то уже выступали…

И да, я откровенно соврал. То, что скинул мне в Сасао Джи Ху, мне не нравилось.

Это звучало не то чтобы совсем плохо, но они писали именно под формат, который был популярен в Корее, — мира, который на десяток лет от привычного мне отставал. Местный К-поп ещё не приобрёл тех фишек, за которые его полюбит гораздо большая аудитория, и прославит айдолов за пределами страны.

Так что приблизительно понимая, куда всё движется, я понимал, что новая композиция парней звучит слабо.

— Кстати, по поводу репертуара… — по всей видимости, эта мысль, только в другой форме, пришла не только в мою голову, но и нашего лидера. — Хорошо, что Мин Соп напомнил: ты же разучиваешь слова наших старых песен?

«А должен был?» — чуть не вырвалось у меня, но я вовремя остановился. — «И почему мне никто не сказал, что мне вообще нужно этим заниматься, или это предполагалось само собой разумеющимся?»

— …

От ответа на ещё один неудобный вопрос меня спасла открывшаяся дверь, и в аудиторию зашёл исполнительный директор Хван, а за ним менеджер Мун и незнакомый мне мужчина.

///

Как оказалось, фамилия незнакомого мне мужчины была Ён, и он был нашим бренд-менеджером. Мужчина был худощав и, стоя возле своего прямого руководителя, выглядел зажатым.

Как мне показалось, вся его функция была несколько декоративной и состояла в том, чтобы делать пометки за словами нашего исполнительного директора и отвечать, что «всё будет исполнено» в те моменты, когда от него это требовалось.

Сейчас же, они в большей степени сконцентрировались на Эклипс, доводя до девочек новую линию партии.

— … в скором времени господин Ён, свяжется с менеджером Минву, и тогда я надеюсь, роль камео для Ю На будет определена, — продолжал вещать исполнительный директор Хван Чон Су, когда агдан, о которой шла речь, его перебила.

— Простите, господин Хван, — поднялась она со стула, и я мог наблюдать редкий момент, когда Ю На выглядела как примерная школьница. — Но зачем нам камео? У нас ведь есть Су Джин, с которым я уже выступала на показе, тем более это его песня?

— Это не его песня, Ю На, — терпеливо объяснял мужчина. — Обезьянку Су Джин нам продал, и все права на неё принадлежат агентству.

— Вы поняли, что я имела в виду, — не сдавалась она, говоря с лёгким упрёком в голосе.

— Ну что ж, — поджал губы он. — Ладно, Су Джин?

— Да? — услышав своё имя, я тоже поднялся со стула.

— Кстати, — переведя на меня взгляд, он внезапно нахмурился, с видом, как будто увидел меня впервые. — Почему ты не сидишь вместе с остальной группой?

— Так, места много, — я повёл взглядом по пустым рядам аудитории.

— У вас всё в порядке, вы не поссорились…? Впрочем, неважно,— тут же он отмахнулся от своего вопроса. — Здесь Ю На предлагает, чтобы ты вместе с ней снялся в клипе, а затем выступал вместе с Эклипс на сцене.

Он сделал паузу, которую… По всей видимости, предлагал заполнять мне?

— Я слышал, — сообщил я очевидное.

— Угу, — покивал он и как-то уже совсем недовольно поджал губы.

У меня было такое впечатление, что я учавствую в викторине, на которой даю не правильные ответы. Притом ни сами вопросы, ни даже тема озвучены не были.

— А сам-то ты как к этому относишься? — уточняет.

— Если надо, поеду, — пожал я плечами, с видом: «а куда мне деваться». — Только в качестве кого я там буду?

— Да ладно? — напоказ удивился мужчина. — Я смотрю, что с тобой ещё не всё потерянно, садись, — снисходительно похвалил он и снова перевёл свой взгляд на Ю На. — Как видишь, даже Су Джин понимает, что у него нет ещё никакого статуса. Он не может до своего дебюта в Вортекс поехать выступать с другой группой. Или ты предлагаешь, чтобы мы его к вам в Эклипс перевели?

— Было бы прикольно, — со смехом сказала Эн Би. — Мы бы тогда стали единственной женской группой в Корее, в составе которой был бы парень.

— Вы бы тогда перестали бы