Два в одном. Слишком много предательств - SecretKeeper

— Ах… о-о-о… ай… Я… Яро… ах… М-м-м… как сладко…

С огромным удовольствием (во всех смыслах) наблюдаю, как глаза «более опытной» жрицы лезут на лоб, когда я осторожно стискиваю маленький острый сосок девушки, продолжая пальцами другой руки скользить внизу, вспоминая и тут же применяя самый первый свой опыт, почерпнутый от игры демонессы с Илоной. Благо, масла на нас вылили столько, что хватит не на одно скромное соитие, а на групповую оргию футбольной команды с чирлидершами.

Ириссия уже не просто стонет — а тоненько пищит, раскрыв ротик и содрогаясь, тая и растекаясь в моих руках как шоколад на солнышке. Даже мне было любопытно наблюдать, как ее пальчики ног то сжимаются до судорог, то наоборот растопыриваются.

— Так, пожалуй, достаточно убедительно, — ухмыльнулся я, вспоминая самый первый урок демонессы:

«…сейчас ей уже не важно чти о зачем ты делаешь… истинна в том, что вы, люди, абсолюно себя не контролируете. Не научились еще…»

Эти ее слова полностью подтверждались не только поведение растаявшей в моих руках юной прелестницы, но и еще пары присутствовавших наблюдательниц: одна тяжело дышала, приоткрыв ротик, другая закусила губу, отвернувшись, а третья (как раз Амина) — не сдержавшись полезла под полупрозрачную ткань хитона и тискала сама себя за грудь.

— Ну что, дамы, вы и дальше собираетесь диагностировать мою… осведомлённость и экспертность? — ухмыльнулся я. — Или всё же оставите нас? — я кивнул кивком головы показал на выход. — Кажется, кое-кто уже не выдерживает…

Амина отстранилась, прикусила губу — бросив на меня удивленный взгляд, в котором смешались и вызов, и интерес, и что-то непроизвольно женское, слегка хищное.

«О-о-о, вот это мне нравится всё больше! — демонесса буквально мурлыкала. — Потрясающая реакция. И эти развратницы, притворяющиеся скромницами — в особенности. Возбуждённые, любопытные. А ты — единственный мужчина здесь, прошедший Пламя. Ну же, дай им всем то, чего они так жаждут. И… то, чего даже не ожидают».

«Перестань…»

— Да уж, Сестра Амина, — протянула слева от меня невысокая фигурная женщина с кучеряшками, — похоже, тебя обставили. Сегодня ты не ведущая, а ведомая, хи-хи! Мальчик то и правда знает, что делает… знает получше нас всех…

— Сестра Люсси! — Амина вспыхнула, но уже не спорила.

— Бывает, — усмехнулась та. — Богиня любит тех, кто ломает шаблоны, знаешь ли. Пойдем, наверное, лучше и правда оставить их самих…

Амина глубоко вдохнула, стараясь вернуть себе прежнюю выдержку, но глаза её уже блестели иначе — совсем иначе. В них полыхал такой пожар, который не затушишь никаким количеством воды. Разве только другой жидкостью. Биологического происхождения.

— Ладно… — сказала она тихо, почти шёпотом. — Только если ты берёшь на себя ведущую роль… — её голос стал бархатным. — То доведи ритуал до конца правильно. И помни: энергия Пламени связана с эмоциями. Чем сильнее эмоция — тем мощнее отдача. Это не просто… удовольствие. Это связь. Это — воля Пламенной богини. Слияние…

«Слияние», — эхом повторила демонесса, довольная и голодная.

Ириссия медленно скользнула с моих колен, едва удерживаясь на дрожащих ножках перевернулась и опустилась на коврик, раздвигая их и с жадностью уставилась на моего дружка.

Жрицы неслышными тенями оставили нас одних, когда последняя задержавшаяся — обжигающая красотка Амина — тихо шепнула мне на ухо, слегка касаясь его губами:

— не забывай, что ты мне обещал. Я тоже хочу… так же. Нет, хочу еще лучше. Я жду.

* * *

Стоило нам остаться вдвоем, и встретиться взглядом, как робкая малышка превратилась в нетерпеливую распаленную бестию: девушка прижалась ко мне всем телом и впилась губы, быстро целуя и постанывая, стараясь подтянуть к краю импровизированного ложа. Мне стоило больших трудов заставить ее остановиться, присесть на край импровизированного ложа, и подождать пару долгих для нее минут, пока я проводил по ней руками, чтобы «прогреть» немного больше — для пущей уверенности. И лишь перейдя к более конкретным действиям я понял, что имели в виду жрицы, намекая, что мы сами можем не справиться.

Ириссия оказалась юной девушкой в прямом смысле этого слова. Иначе говоря — до меня там никого никогда не бывало. Тем не менее, это проблемы почти не составило: густое и скользкое ароматическое масло создавало настолько легкое скольжение, что даже устоять на ногах и удержать девушку за талию казалось проблемой, зато оказалось идеальным проводником для одной милой прелестницы во взрослую жизнь. По началу, пока я ее успокаивал и гладил по голове она была слегка зажатой, но когда я снова пустил в ход свои пальцы, проходясь по услужливо подсказанным демонессой точкам и зонам — Ириссия откинула голову назад, раздвинув ноги и умоляя меня не медлить.

Поэтому, то самое важное для каждой девушки мгновение первого проникновения она не заметила — так как в этот самый момент дрожала и кончала от моих долгих «прицеливаний» и поглаживаний. Когда же она наконец поняла, что больше не невинная девочка — обхватила меня ногами и уже бесстыже-ненасытно требовала еще и еще.

В конце концов после четвертого подхода девушка прогнозируемо устала и почти сразу вырубилась, да и у меня ноги подрагивали.

«М-ням-с, — смачно облизнулась Малисса в моей голове. — Какой же она все-таки изысканный деликатес! Чересчур сладкий, на мой вкус… Жаль только что теперь проспит дня два точно… впрочем, надеюсь, ты выполнишь обещание, данное той, второй… уверена, она нас удивит и порадует намного больше чем эта малышка…»

«Дай передохнуть немного, — предложил я, выравнивая дыхание. — После такого марафона…»

«А ты прям чувствуешь себя уставшим и сонным? — ехидно возразила она. — Прислушайся к себе внимательно!»

Я послушался, сосредоточившись на ощущениях. Похоже, демонесса права: усталость накатила только на первые полминуты после очередного бурного оргазма, а дальше — пошла на спад. Тело словно пульсировало странной теплой энергией, мышцы пришли в тонус, наливаясь силой, словно сжатая пружина, которую сдергивает небольшой предохранитель, и которая готова распрямиться в любое мгновение.

«Хоть один раз послушайся свою верную и неразлучную спутницу, которая желает для тебя самого лучшего… во всех смыслах».

Я сделал вдох, осторожно накрыл покрывалом такую беззащитную малышку, слегка посапывающую с умильной мордочкой, и все еще потихоньку истекающую моей «начинкой». Поправил ей волосы, обернулся в свой серый балахон и тихо вышел.

«Направо, — выдохнула в моём сознании Малисса, окрашивая шёпот тёплой, почти интимной пылью, ведомая тонким сокрытым ароматом вожделения, словно собака ищейка, взявшая след. — Прямо и налево… вот эта дверь. Тебя там очень ждут…»

Я тихонько