"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

я долго лежал без сна и думал над предсказанием кликуши. Она сказала: я должен что-то отдать, чтобы получить желаемое. А единственное, что мне по-настоящему нужно — это ты. Анна, ты — моя желанная. Во мне крепнет уверенность, что кликуша говорила не о чем-то материальном. Полагаю, я должен отдать тебе свое доверие.

Я вздрогнула от этих слов. Неужели? Вот оно! В этот раз я не подведу. Ведь теперь я сама доверяю Тору, чего раньше не было.

— Это самый великий дар, который ты мог мне преподнести, — я потянулась к мужу за поцелуем.

…Этим же днем мы с Тором получили аудиенцию у тойона Освальда. Нам предстоял серьезный разговор, причем говорить должна я. Тор по-прежнему ничего не знал о моем плане. Он бы стал отговаривать, а то и вовсе запретил общаться с отцом. Но я была настроена твердо.

— Что ты хотел обсудить, Торвальд? — спросил тойон Освальд у зятя. Меня он игнорировал. — Опять будешь уговаривать отдать тебе моего внука.

— Не будет, — покачала я головой. — И я не стану. Лишь скажу правду, а дальше вы сами решите, как поступить, отец.

Я не просто так настаивала, чтобы встреча проходила наедине, без советников. Мои слова не для чужих ушей.

— Вижу, ты примирилась с мужем, дочь, — кивнул тойон. — Я этому рад. Если желаешь, уезжай с ним. Я держать не стану. Но внука не отдам.

— Я осведомлена о ваших планах на него, но им не суждено сбыться, отец.

— Отчего же?

— Ивар — не наследник Вилфреда, — я словно нырнула в ледяной прорубь с головой. Аж мурашки по телу побежали. Вот так одной фразой я лишила Ивара значимости в глазах деда. Из наследника он вмиг стал никем. А никто тойону Освальду не нужен.

Тор вздрогнул. Он не ожидал признания такого рода. Муж хотел вмешаться, но я пожала его руку. Жест означал — положись на меня. Сейчас самое время проявить то доверие, которое ты мне обещал. Тор, стиснув зубы, промолчал. Ему нелегко дался этот шаг, но тем сильнее я ценила его.

— Я жду подробностей, дочь, — холодно произнес тойон. Он почти не переменился в лице. Освальд Леннарт хорошо контролировал эмоции. Этим он напоминал Гунхильду.

— Я родила Ивара не от Вила, а от Тора. Если вы продолжите удерживать ребенка силой, я расскажу правду публично, и мой сын лишится наследства.

— Тебя казнят за измену мужу, если об этом станет известно. А Ивар будет бастардом.

— Пусть так, — я блефовала. Казнь и будущее Ивара беспокоили меня, но тойону не обязательно об этом знать. — Зато мой сын не будет пешкой в чужой игре.

— Я не допущу казни Алианны, — вмешался Тор. — Я сумею ее защитить.

Я расправила плечи. С такой поддержкой мне ничего не страшно.

— Сомневаетесь во мне, отец? — спросила с вызовом.

— Ни секунды, — усмехнулся мужчина. — Ты все-таки моя дочь.

Он злился на меня, но в то же время гордился. Отцовская любовь тойона Освальда непостижимая вещь.

— Что ты предлагаешь? — поинтересовался тойон.

— Заключите новый договор с Арвидами. В данной ситуации вам выгодно сохранить с ними дружбу. Это максимум, что вы можете выиграть. И это не мало.

Тойон на несколько секунд прикрыл глаза. Этого времени ему хватило, чтобы принять решение. Когда он поднял веки и взглянул на меня, я увидела — мы победили.

На этом мое участие в переговорах закончилось. Мужчины и так долго терпели первенство женщины. Потеснив меня, отец и муж обсуждали детали сделки. Они перезаключили соглашение о взаимопомощи в случае войны и о торговле, а еще подписали бумаги, где один передавал меня другому, само собой не спрашивая на то у меня дозволения. Я ощущала себя породистой лошадью, которую выгодно продали.

Пока отец и муж довольно хлопали друг друга по плечу, я размышляла смогу ли когда-нибудь привыкнуть к тому, что женщина в этом мире всего лишь собственность кого-то из мужчин, а не самостоятельная личность.

Торвальд Арвид, его воины и я покинули крепость на следующее утро, но часть наемников осталась с Иваром для охраны. По договору с тойоном Освальдом внук будет гостить у него, пока мы не разберемся с проблемами и не найдем виновного в покушении на ребенка.

Я поблагодарила Тора за заботу об Иваре. На что муж ответил:

— Он не только твой сын, но и мой. Ради твоей жизни и ради самого Ивара я никогда не признаю его своим, но это не мешает мне любить мальчика.

Ради моей жизни… я вздохнула. Ивар не узнает, кто его настоящий отец. Но они с Тором хотя бы будут жить в мире и согласии.

Расставание с сыном далось тяжело, но я успокаивала себя тем, что еду бороться за его будущее. Это немного примиряло с разлукой.

— Скоро мы снова будем вместе, сынок, — пообещала напоследок Ивару. — А пока слушайся дедушку, и будь хорошим мальчиком.

Я крепко обняла сына, а после осыпала его лицо поцелуями. Как ни старалась, слезы сдержать не удалось.

— Не плачь, мама, — сказал малыш. — Я тебя люблю.

— И я тебя, — всхлипнула. — Больше всего на свете.

С трудом разжав объятия, я передала Ивара дедушке. Покидая крепость, постоянно оборачивалась и махала сыну рукой, пока различала его фигурку. Впервые с момента попадания в новый мир разлучилась с ребенком. Не подозревала, что будет так плохо. От меня будто оторвали кусок. Успокаивало только то, что это не навсегда.

Мы пустились в обратный путь. Всаднику достаточно недели, чтобы от крепости Леннарт добраться до крепости Арвид, но с нами шли наемники, тянулись телеги с продуктами и вооружением, а потому мы передвигались медленно, за ту самую неделю преодолев лишь две трети пути.

Каждую ночь караван останавливался на ночлег. Мы с Тором спали в крытой телеге — этакий средневековый дом на колесах. И все время повторялось одно и то же: я уговаривала мужа отпустить меня в крепость, а он отказывался. Не стала исключением и эта ночь.

— Послушай, — поглаживала я плечо лежащего рядом мужчины, — мы передвигаемся слишком медленно. К тому моменту, когда мы, наконец, достигнем цели, Давен уже будет тойоном.

— Одну я тебя не отпущу, — Тор твердил это, как заведенный.

Я вздохнула. Попробую зайти с другой стороны.

— Не отпускай, — согласилась. — Отправь со мной кого-нибудь из воинов. Хоть Никласа.

Тор поморщился. Только ревности сейчас не хватало! Я назвала Никласа по простой причине —