Доспех духа 1-11 - Фалько

— Стоп, стоп, — остановил я ее. — Это уже не квартира получается, а дворец.

— Если завтра утром ты получишь бумаги, подтверждающие, что семья Матчиных стала полноценным родом Российской Империи, никто вас таковыми считать не будет. И никто не станет уважать, если продолжите жить в маленькой квартире. Будут и дальше воспринимать как обычную семью, отколовшуюся от Наумовых. Нужно подробно объяснить, почему так будет?

— Не надо, я сам понимаю. У нас есть большой дом, все как ты описала, но он находится на другом конце Москвы. Я умру в дороге, если каждый день мотаться оттуда в МИБИ и обратно.

— У нас говорят: «В Риме веди себя как римлянин», — сказала Сабина. — А благородные рода России, как стая волков и нужно вести себя подобно им, иначе съедят. Поверь, следует начинать прямо сейчас, а не тогда, когда встанет вопрос, признавать ли вашу семью родом. Это значит, нужно найти в центре столицы дом, чтобы с запасом хватило место для главной ветви семьи. Не скромный особняк или коттедж, а просторный дом.

Не скажу, что не думал об этом, особенно когда мы всей семьей, включая маму и сестер Юй, собирались вместе. В такие моменты просторная квартира Алены начинала казаться тесной. Но как же все это было не вовремя.

— Отсюда вытекает еще одна важная тема, — сказала Сабина, — твое отношение к казне Российской Империи. Ты считаешь, что она мала и не способна платить за весомый вклад, который ты вносишь? Хорошие личные отношения с кланами это нисколько не изменит. Никто не скажет ни слова, если казна возместит тебе потраченные усилия или заплатит за редкие и дорогие знания. Наоборот, станут уважать, потому что так делают все без исключения. Ты же бывший наемник и знаешь, что любой труд должен быть оплачен, а казна для того и существует.

Я посмотрел на Сабину, собираясь возразить, но промолчал. По большей части она была права, и я даже не знал, какое «но» вставить. Если честно, я не интересовался тем, сколько мне платит институт, сколько заплатили за то время, когда замещал Константина и охранял наследника. Я всегда воспринимал это как хорошую услугу, за которую смогу в будущем попросить ответную. А ведь Тася как-то обмолвилась, что мне тогда неплохо заплатили, и шутила, что работа в полиции приносит существенно меньше денег.

— Не можешь уследить за всем, делегируй доверенным людям, — сказала Сабина. — К примеру, ты выбрал неплохого секретаря. Катя умная и сообразительная — это плюс, но она девушка, а это минус. Небольшой недостаток, который скажется только, когда она решит выйти замуж и родить ребенка. Финансовые вопросы гораздо сложнее, их можно доверить только близкому или избранному человеку. Твой брат увлечен фирмой Матчиных, кораблями, перевозками и контрабандой оружия. Но подойдет ли он на роль финансового директора рода, который должен постоянно сидеть в столице?

— Согласен, — улыбнулся я. — Тут нужен такой человек, как Салют. Это грек, занимающийся финансами рода Наумовых.

— Ну что, я дала тебе пищу для размышлений? — рассмеялась Сабина. — Но ты будущий глава рода и нужно уметь решать подобные вопросы. В моих силах лишь поддержать тебя, выслушать и дать важный совет. Если позволишь, я могу взять на себя финансовые вопросы рода, но только временно, пока ты не найдешь подходящего для этого человека.

— Не шали, — я погрозил ей пальцем.

Думаю, Катя утром говорила именно про это, когда упоминала неудобные вопросы, которые задает Сабина. Представил себе, как она интересуется у Константина, а заплатил ли он за обучение и если нет, то почему? Чувствую, наведет она в институте шороху. Может, у нее такой план, чтобы все увидели, что она свой носик сует в мои дела и подумали, что это неспроста?

— И что с тобой делать? — спросил я на русском, обращаясь скорее к себе.

— Женись, — лукаво ответила она на чистом русском языке.

Глава 7

Обещанная непогода обрушилась на Москву уже в четыре часа дня. Началось все с тяжелых серых туч и легкого дождика, а закончилось сильнейшим ливнем, за час затопившим территорию института. Узкие аллейки и открытые спортивные площадки превратились в реки, несущие воду в сторону полигона. Помню, в прошлом году был такой же ливень, длившийся почти сутки. А сегодня синоптики обещали месячную норму осадков уже к вечеру.

— Давай, Морока, — подбодрил я Дениса, — сделай глубокий вдох, расслабься и полностью отпускай контроль над силой. Если продолжишь в том же духе, она выйдет из-под контроля, и последствия будут не самыми приятными.

— Не получается, — он сидел по-турецки, закрыв глаза и положив ладони на колени.

— Это от слишком частых тренировок, — сказал я. — Вообще-то, так и должно быть, когда энергия постоянно движется в теле, создавая эффект укрепления и увеличивая объем внутренних сил. Но, как я говорил, ты должен уметь этот процесс контролировать, отключать и задействовать его по своему желанию.

— А если не получится? — спросил он, неуютно заерзав на полу. — Насколько неприятными будут последствия?

— Тася будет недовольна, — отозвался я. — Потому что мне придется просидеть с тобой всю ночь, пока ты либо не потеряешь сознание от усталости, либо не научишься контролировать внутреннюю энергию. Алена осилила этот прием за одно занятие, а Чжэнь даже объяснять принципы не пришлось, она уже все делала правильно. Так что представь, что энергия поступает в твое тело как вода через открытый кран, и тебе его нужно перекрыть.

Он шумно выдохнул, явно не понимая, как сделать так, чтобы энергия перестала циркулировать по телу. Это очень неприятно, когда силу нельзя контролировать. Вроде бы она тебе подчиняется, но заставить ее успокоиться ты не можешь. Подруга Мороки с подобной проблемой пока не столкнулась, так как в плане тренировок заметно отставала. Понимая это, она сидела хмурая, тренируя кинетическое поле.

Дверь в малый спортивный зал клуба «Лень» открылась и вошла Алена, промокшая до последней нитки. Я потянулся за сумкой, нашел сухое полотенце и кинул ей.

— Спасибо, — она принялась вытирать лицо. — Льет как из ведра. Я только от первого корпуса добежала, промокла насквозь. Жаль, что кинетическое поле от дождя не защищает.

— Как станешь мастером, научу простенький купол ставить, — улыбнулся я. — Морока, мне кажется, или энергии в тебе стало больше, чем минуту назад?

Он промычал что-то недовольное, нахмурился.

— Когда планируешь домой поехать? — спросила Алена.

— Как только Морока остановит циркуляцию энергии, — отозвался я. — Он так уже несколько дней ходит и скоро