Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

И не потому, что не уважают, а потому что не положено! Даже Главе Клана. Собственно, как и Старейшинам, по велению левой пятки решившим единолично по хозяйничать в документах. Банальная предосторожность, на которую в том же Тайном Посаде просто в какой-то момент перестали обращать внимание. Вот и всплыли в итоге и подложные документы с моей биографией и слегка изменённый приказ семьдесят семь, в соответствии с которым тётка Марфа меня чуть не прибила якобы по приказу Совета Старейшин. А на самом деле из-за интриг Старейшины из Новгорода так мечтавшего посадить Хердвига на моё место.

Щёлкнув и пошуршав, дверь с тихим скрипом открылась, пропуская нас в хранилище обработанных артефактов. Именно сюда, а не куда-либо ещё поступала вся продукция, производимая нашими кудесниками, вплоть до того момента как её получат заказчики.

И не то, чтобы в клане что-то от кого-то нужно было прятать, просто таким образом уменьшался бардак, который неизменно образовывался при рабочем процессе. Сделал что-то, положил на полку в своём кабинете, забыл, заработавшись над другим проектом, а затем, когда приходит получатель, кудесник начинает прерывать все свои стеллажи в поисках какой-нибудь фиговины размером с ноготь мизинца. Лучше уж так, сдал под опись и хранится объект централизовано, а мастера никто больше не отвлекает.

— Вот, — произнёс Тор Васильевич, доставая небольшую картонную коробку с номерком, а уже из неё вынимая книжицу и протягивая её нам.

— А чего она так изменилась? — нахмурился я. — Был же обычный журнальчик, а сейчас прямо томик какой-то, да ещё и в твёрдом переплёте?

— А это Княже оказалась глифическая хитрость клана одного ныне выбитого почти, — усмехнулся мужчина. — Мы и знать то об этом не могли, не пересекались с ними никогда, а бывшие Шнуровски вспомнили. Хитрость у них в том заключалась, что те глифы которые мы за верхний слой замка по началу приняли, таковым собственно небыли, но при этом надёжно наш запор защищали.

— И что же это в итоге было? — поинтересовался я, вновь разглядывая книгу.

— Трансформация формы. Хитро там всё придумано, — покачал головой Тор Васильевич. — Получалось так, что видеть то мы свой замок видели, а вот добраться до него, не вернув объекту исходную форму, не могли. Вот и показалось в начале, что это верхний слой сокрытия.

— А… смысл так заморачиваться? — поинтересовался я, передавая книгу Марфе Александровне, которая принялась внимательно вглядываться в разнообразные оттиски штампов и надписи, сделанные прямо на обложке. — Только чтобы до реального замка не добрались?

— Нет, — отрицательно покачал мужчина головой. — С этой штукой всё сложнее. У тех, кто тебе её оставил, просто не было уверенности даже не в том, что её получит Бажов, а в том, сохранится ли посылка за столько лет. А это изменение формы очень хитрая на самом деле вещь, с одной стороны она маскирует реальный вид книги, а с другой, покуда сами печати не повреждены, удерживает целостность нового вида. То есть она не могла сгореть, истрепаться или случайно порваться. Размокнуть… ну и так далее.

— То есть что, теперь, когда вы раскусили подобные глифы, вы любой объект во что угодно превратить можете, — с интересом спросила тётка Марфа, отрываясь от обложки.

— Нет, к сожалению, — разочаровал нас мастер. — Подобный фокус получится разве что с другой книгой, да и то одной из десяти и очень похожей по линейным размерам на эту. А так… стыдно это признавать, но мастерства и знаний у нас банально не хватит, чтобы с любым объектом подобное провернуть. Там ведь всего один блок за функционал отвечает, а остальные расчётные и сделаны как не очень-то и понятно. У нас же клан, к сожалению, не на глифике специализируется, а у Шнуровски бывших не та специфика. Так что…

Тор Васильевич демонстративно развёл руками. Как бы демонстрируя нам что мы должны быть счастливы, что вообще сделать что-то удалось.

— Ясно, — кивнул я. — В общем всё сложно… Марфа Александровна, что скажешь?

— Собственность твоей семьи, — сообщила мне женщина. — Штампы все верные, да и тайнопись явно знающим человеком написана…

Тайнопись… Или грубо говоря особый письменный язык Бажовых. Старейшины периодически набегали на меня, с требованием чтобы я срочно садился её изучать, но право слово, это было хуже, чем разбираться в языке чужого полиса. Причём, слова то были в основном все наши, московские, но вот правила, сколько знаков пишется за такой-то буквой, чтобы она читалась как «И», а сколько и каких, чтобы это было «О» … Просто вымораживали мозг. Особенно связанные с исключениями, вроде того, что эти слоги вообще не пишутся, потому как не нужны, читатель сам догадается. А здесь слово читается наоборот, потому как в строке сверху выставлен ничего не значащий, но переворачивающий слово символ.

В общем, получалась очень натуральная писанина какого-то совсем-совсем далёкого полиса. Вот только любой знакомый с правилами Бажов в итоге мог с уверенностью сказать, наш ли это человек писал или кто-то сумевший поверхностно взломать шифр и только имитирующий тайнопись.

— Понятно, — кивнул я, забирая у наставницы книгу и открывая её.

В общем-то внутри даже предисловия не было. Прямо на первой странице располагалась картинка окулокриптографического шрифта. Погружаться в который я правда не спешил.

Не то, чтобы я чего-то опасался. Именно что навредить подобная штука представителю создавшего её клана не может, но вот время там пусть и сжато, но всё же идёт. Так что, стоя в хранилище не стоит даже думать о том, чтобы проверять нечто подобное.

— Так, — я захлопнул книгу и задумался на мгновение. — Тётя Марфа, а пройдёмте-ка в госпиталь. Тор Васильевич, он вообще есть на этом этаже?

— Есть, — кивнул мужчина. — Я проведу.

— А зачем тебе в госпиталь? — с некоторым сомнением поинтересовалась одноглазая Бажова.

— Да хочу, чтобы чаровник за мною во время процесса понаблюдал, вздохнув честно сказал я. Да и кровати там есть, лёжа оно с этими книгами общаться удобнее, — со вздохом ответил я, а потом честно добавил. — Это может быть и артефакт моей семьи, но вот сам способ, которым он у меня оказался, доверия не вызывает. Поэтому не хочу рисковать…

— Это ты правильно, — покивал Тор Васильевич, — Так-то он безопасен, да и покинуть криптографическое пространство если что всегда можно, всё равно ничего плохого оно сделать не может. А вот наложенная печать другого клана всё же вызывает вопросы.

— Ага, не может, — фыркнул я. — А как вам окулокриптография нашего клана способная принудительно телепортировать человека в нужную точку.

— Что… — коробка для хранения обработанной продукции выпала из