"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

Като держал здесь своих врагов, как и Мансур. Враги твоих врагов – хорошие союзники, но некоторые из них – все равно твои враги. Так что за этими воротами находились враги моих врагов, враги моих союзников, но не союзники моих врагов, а также несколько союзников моих союзников. Все запуталось; я не могла тратить драгоценное время на то, чтобы разобраться в этом, и должна была ударить как молот.

Я вытащила кинжал из ножен, восхитившись соколом на его рукоятке, и прорезала линию на ладони. Потом лизнула кровь искателя, по вкусу она напоминала мою собственную. Я нарисовала кровавую руну на лезвии кинжала: два глаза и солнце между ними. И прошептала:

– Утренняя звезда, возьми у меня и отдай свое.

Руна засветилась.

Я приблизилась к охраняющим ворота двум часовым в зерцальных доспехах и кивнула им:

– Мансур хочет видеть сына Великого визиря. Я провожу его во дворец.

Они переглянулись, подняв брови.

– С чего вдруг он послал сапера? – спросил один.

Вот оно как… Я сапер, это объясняет, почему у меня почти нет бровей. Неудивительно, что меня затопили воспоминания о жарких помещениях и удушающих туннелях. Моя работа – взрывать бомбы и сносить с лица земли высокие стены.

– Я попросил… дать мне больше обязанностей, – пробормотала я дрожащим голосом.

Судя по их суровым взглядам, это не сработало.

– Кстати, я когда-нибудь показывал вам свой кинжал? – Я вытащила его, демонстрируя сокола и кровавую руну. – Этот сокол… такая искусная работа, правда?

– У тебя тут… кровь, – сказал часовой, уставившись прямо в глаза руны. – Как красиво… кровь.

Они выпрямились и вытаращились прямо перед собой. Я щелкнула пальцами у них перед глазами. Даже не моргнули.

Я обшарила их, пока не обнаружила ключ от ворот, висящий на связке у пояса – ржавый и увесистый кусок металла. Пришлось немного повозиться с замочной скважиной, чтобы отпереть ворота, но в конце концов скрипучие створки распахнулись.

Старая казарма представляла собой широкий внутренний двор с жилыми комнатами по каждой стороне. Все вокруг покрывал песок, даже высохший колодец в центре. Комнаты не были заперты на замок, лишь перегорожены деревянной планкой и закрыты на щеколду. Я подняла планку на ближайшей двери, открыла щеколду и толкнула дверь. Внутри воняло немытым телом и мочой. На полу сидел мужчина с приплюснутым носом и чесал голову. Я уже его видела – он стучался в двери Стеклянного квартала. Сборщик податей? Интересно, чем он досадил Като, Мансуру или обоим? Оставив дверь открытой, я пошла к следующей.

Одну за другой я открывала двери и спешила дальше, не трудясь посмотреть, кого освобождаю. Площадь медленно наполнилась визирями, чиновниками, благородными пашами и другим людом, вонючим и грязным. Некоторые помогали мне освободить остальных, и вскоре больше сотни дверей старой казармы были открыты.

Из одной из них появился Хадрит с бородой до груди, выглядел он так, будто учуял в воздухе что-то странное. Тюрьма пошла ему на пользу, умерив гордыню. Сын Великого визиря обладал влиянием, которого не было у Хизра Хаза и Като, а его сообразительность могла посоперничать с моей, если не превзойти ее. Лучше пусть он будет на нашей стороне, чем с Мансуром.

Я изучила сброд, заполонивший площадь, особенно жен, выкликавших имена мужей. Слишком шумно. Я с тревогой взглянула на караульную башню. Хотя, учитывая палящее полуденное солнце и лень, часовые, скорее всего, задремали.

Я пересекла двор. Веры здесь не было. Где же Мансур ее держит?

Когда пленники подошли к воротам и начали спорить, благоразумно ли сбежать, гул усилился. Часовые в деревянной караульной башне наконец-то проснулись, схватили аркебузы и поспешили вниз. Это послужило искрой – с криками «Бежим!» и «Свобода!» заключенные ринулись через ворота. Вскоре двор опустел и затих, не считая отдаляющегося топота спасающихся людей.

Моя роль здесь завершилась. Я села на песок, потому что мир перед глазами треснул как стекло. И рассыпался. А я снова оказалась в большом сундуке под грудой одежды.

Не прошло и часа, как толпа из казарм подошла к храму святого Джамшида. У некоторых людей были ожоги и раны на спинах – вероятно, в них попали из аркебуз, пока они бежали на свободу. У каменной арки перед храмом собралось по меньшей мере сто человек, они громко просили Хизра Хаза о заступничестве. Как приятно было видеть во главе толпы Хадрита.

Хизр Хаз, Като, Хадрит и еще с десяток визирей вошли в жилые покои ордена, в пустую комнату с ковром травяного цвета. Я последовала за ними.

– Что она здесь делает? – спросил визирь с худощавым лицом.

Насколько я помнила, он привозил зерно из какой-то западной провинции. Если бы он только знал, что это я его освободила!

– Вы же собираетесь обсудить, как освободить наследника. А он мой сын.

Хадрит прислонился к дальней стене, с деревянной кружкой в руках. Мы посмотрели друг на друга, и по его безмятежному взгляду я поняла, что он не считает меня угрозой. Напрасно я беспокоилась о том, что он за мной следит – он явно не догадывался о моей роли в интриге, виновником которой считал Като.

У противоположной стены стоял Като со скрещенными на груди руками.

– И мы собираемся освободить наследника вместе с неблагодарными, виновными в смерти его любимого деда?

Хадрит отхлебнул из кружки и покачал головой:

– Я пытался спасти шаха! Если бы ты только послушал меня, химьяр!

– Ты обвинил меня! – покачал пальцем Като. – Обвинил меня в сговоре с колдуном ради убийства шаха! А потом замышлял меня сместить!

– Значит, нами обоими манипулировали! – Хадрит подошел к Като, вздернув подбородок. – Разве ты еще не понял? Колдун сделал так, чтобы мы не увидели реальную угрозу – Мансура и его прихвостня Пашанга!

– Думаю, гораздо больше тебя ослепила собственная алчность! – Като поднял открытую ладонь в сторону Хадрита. – Так кто сказал, что ты не с ними? И какие у тебя доказательства, что в этом замешан колдун? – Он усмехнулся – видимо, ему это казалось полной ерундой. – Давайте не будем забывать о показаниях гулямов Сиры. Вы тайно встречались, и не один раз, прежде чем она убила шаха. Когда я спросил, о чем вы говорили, ты не открыл рта. – Он обвел жестом визирей и членов ордена, собравшихся в комнате. – Теперь ты наконец заговорил, так что ждем, когда ты расскажешь правду.

– Правда в том, что Сира не убивала шаха. Она безобидна, как перышко на ветру. Ее телом овладел колдун!

Визири в унисон загалдели. Естественно, слова Хадрита казались им бессмыслицей. Хорошо.

Пока визири препирались, Хизр