Квинтет Пряди - Алексей Александрович Стопичев

достроена явно много позже. Но тоже отличалась невероятным изяществом и стилем: резные окна и шпили, красивый, ажурный, будто воздушный купол и строгая колоколенка. Только вот крестов не было ни над куполом, ни над колокольней. Адамант, явно довольный произведённым эффектом, блаженно сопел, посматривая на нас с хитрецой и самодовольством.

— Откуда? — первым вопрос задал Рекс, и глава подгорного клана тут же ответил:

— Храм этот начали строить ещё до прихода Пряди старинные наши мастера. Да так и не успели закончить, потому как появились твари, а заказчики то ли погибли, то ли откатились на север или восток. Пару сотен лет, а может и больше, храм так и стоял недостроенным. Но очень уж било это по нашему самолюбию, — самодовольно рассказывал Адамант, — вот и решили сотню лет назад храм достроить.

— А чертежи? Кто заказчик был? — дрогнувшим голосом спросил иеромонах.

— Чертежи сохранились, — пожал плечами глава Дикого горнила, — По ним и делали. Заказчиком кто-то из церковников был, надо полагать.

Элафрий подошёл к каменной церкви и бережно провёл рукой по барельефам, прошептав:

— Это же настоящее чудо! В Пряди найти храм! — иеромонах повернулся к нам и возвысил голос: — Сам Господь посылает нам знак, что мы должны свершить, что задумали!

Даже Баблер смущённо кашлянул, растроганный страстью церковника. Впрочем, Рекса растрогать оказалось труднее, потому он сразу перешёл к делу:

— А крестов почему нету на куполах? — спросил он гнома, но вместо гнома ответил Элафрий:

— Кресты вначале должны быть освящены, и лишь затем водружаться на своё место! И после освящается и сам храм!

— Вот же, — прокряхтел гном. И добавил поспешно: — Кресты мы, кстати, тоже выковали всё по тем же чертежам! Два штуки, как и задумано было.

Элафрий осенил себя крёстным знамением, мы, подумав, тоже на всякий случай перекрестились. А Рекс спросил теперь у иеромонаха:

— И когда обряд крещения храма будет?

— Не крещения, а освящения! — поправил Элафрий. И махнул рукой: — Завтра же всё сделаем! Ибо храм не только веру возродит, но и силы нам вернёт!

Утром, когда солнце поднялось над вершинами Алмазных гор, иеромонах Элафрий с иноками приступили к освящению храма. Вначале гномы вынесли два больших, ажурных креста, выкованных ими по древним чертежам, и служитель церкви, размахивая кадилом, начал служение. В это время к Адаманту подбежал один из гномов и зашептал что-то. Глава клана нахмурился и быстро подошёл к Рексу:

— Сир, — гном, как и мы, величал вождя тем же титулом: — Дозорные докладывают, что наверх по двум тропам движутся сюда твари!

— Какие? — резко спросил Рекс, обеспокоенно поглядывая на монахов.

— По одной тропе — аспиды и спумаи. А по второй — чёрные рыцари смерти.

Рекс быстро прикинул что-то в уме и распорядился:

— Ино, берёшь Баблера и Жнеца и идёте с сотней эльфов и приграничников к той тропе, где аспиды. Я с другими буду оборонять тропинку, по которой лезут рыцари! — Найтен огладил свою булаву и хищно улыбнулся: — Раз утро перестаёт быть томным, устроим тварям тёплый приём!

Уже через несколько минут мы оказались на позиции, и я видел внизу шевеление аспидов, которые с необычайным проворством неслись вверх по склону, быстро перебирая всеми своими восемью ногами. А следом за ними огромными прыжками перемещались не спумаи, как показалось гномам, а демоны-мариды. Я быстро разместил лучников на двух склонах и приказал Эйсу:

— Бить без команды, по мере приближения! Стрел не жалеть. Отец Элафрий сказал, что им нужно два часа для полного завершения обряда. Мы должны сдохнуть, но два часа этих дать церковникам!

Эльф коротко кивнул, отсалютовал и побежал к лучникам, на ходу отдавая приказы. Я же переглянулся с Баблером и спросил его:

— Силы артефакта не восстановились?

Тот лишь отрицательно покачал головой и ощерился:

— Справимся и так!

Стеклянный волк, который стоял рядом со мной, как верный пёс, вопросительно поднял голову, но я проговорил:

— Иди к храму! Здесь соперники не по тебе!

Глупыш было заворчал, но я был непреклонен. И тот ушёл, поджав хвост и поглядывая время от времени назад, в надежде, что я передумаю. Келпи же остался со мной и сейчас преобразовался, вызвав возгласы восхищения у эльфов и приграничников.

— Кордис! — я подозвал командира приграничников и стал объяснять: — Сверху вниз бить копьями удобно, выстраивай людей слева и справа от меня и Баблера, чтобы аспиды и мариды не могли нас обойти. Им тропа не нужна! Видишь, как по скалам прыгают?

Капитан лишь кивнул молча и тоже кинулся строить своих людей. А я глянул на Баблера и произнёс:

— Если со мной что случится — ты знаешь, куда отнести Каладболг и наручи.

— Конечно, друг мой, — ухмыльнулся Линг и попытался пошутить: — В ломбард, не правда ли?

Я равнодушно растянул уголки губ, изображая улыбку и давая таким образом понять, что шутку оценил, а сам натянул на голову шлем и перекинул из-за спины щит, приготовившись встречать тварей Пряди. Впрочем, вначале запели тетивы эльфийских луков, и аспиды с маридами, бегущие вверх по склону, стали кувыркаться и катиться вниз. Не сильно много, так как защищены твари были изрядно, но достаточно, чтобы вдвое проредить рвущихся к нам монстров. Первых двух аспидов мы с Баблером встретили вместе. Выскочили чуть вперёд строя приграничников и кинулись на зверюг. Аспид, увидев меня, извернулся, разворачиваясь боком, и ударил своим мощным хвостом. Я легко перепрыгнул через хвост чудища и ударил Каладболгом в глаз аспида. Меч легко вошёл в глазницу, но агонизирующая тварь с такой силой саданула меня, что я отлетел на десяток шагов и почти потерял сознание. Однако, быстро вскочил и столкнулся уже с двумя ящерами. И тут уже действовал осторожнее, разя и сразу отскакивая.

Мы сражались, казалось, целую вечность. На смену аспидам приходили мариды, а потом вновь по склонам лезли восьминогие монстры. Но в какой-то момент, когда усталость стала такой же огромной, как Алмазные горы, вдруг всё закончилось…

Глава 20. Путь назад

Рекс осматривал предгорье, стоя на утёсе, а рядом с ним находился иеромонах Элафрий и блаженно улыбался:

— Сир! — впервые служитель Господа обратился к нашему сюзерену именно этим титулом, и я отметил это, — Это первый раз, когда Прядь стала меньше?

Рекс кивнул, но, не ограничившись этим, проговорил медленно:

— Впервые за тысячу