Паладин развивает территорию. Том VII - Greever

будет полезно проникнуть в эту структуру, чтобы перетянуть их на свою сторону. Свадьба аристократов — это политическое событие. То, что в нашей семье никого не обязывают заключать политические браки, ещё не значит, что мы сами не можем этого делать.

«Я должен взять под контроль сенат, чтобы семья Леомвиль имела поддержку, если с отцом что-то случится. В случае войны с церковью или демонами, отец окажется на передовой. Он станет мишенью для всех самых сильных противников. Другим может казаться, что его сила может решить любую проблему, но прямо сейчас он похож на гигантское дерево, чьи кроны удерживают небо и накрывают всех под ним своей тенью. Если с ним что-то случится, небо рухнет прямо на нас, поэтому мы должны готовиться к этому», — подумал мальчик, не желая больше ничего объяснять своему самому верному стражнику.

Действия Бьёрна были тщательно продуманы. Даже сегодняшняя встреча, которая графу Минан казалась лишь удобным стечением обстоятельств, была устроена сыном Виктора. Он уже контролировал почти всех слуг в особняке графа, как и слуг в домах других аристократов.

В Авеноре появлялось всё больше дворцов, усадеб и особняков аристократов со всего континента. Они скупали недвижимость вокруг дворца Леомвиль, стараясь приблизиться к нему.

Это давало возможность подкупать слуг, чтобы контролировать действия знати во всей империи.

Пока Виктор видел в Бьёрне и остальных лишь детей, которым ещё расти и расти, сами дети уже налаживали социальные связи и расширяли влияние герцогского дома. В отличие от отца, они больше понимали в интригах двора и даже пытались влиять на политику, оставаясь в тени.

* * *

Вечером того же дня.

Герцогский экипаж, запряжённый в четвёрку чёрных, как ночь лошадей, в сопровождении шести конных рыцарей проехал по красивым и величественным улицам Авенора, заставляя прохожих остановиться и с жадностью посмотреть на карету, украшенную золотым гербом Леомвиль.

Всадники в полной латной броне, словно роботы, сопровождали её по обе стороны, держась так, как будто сопровождают самого императора.

Экипаж проехал на запад и, миновав густую застройку элитных особняков, въехал в район, где селилась высшая знать, и, в отличие от центра города, где дома прилегали друг к другу, они предпочитали усадьбы с расположенными на территориях небольшими полями, парками и прудами. Это обходилось им в баснословные деньги, но для их статуса было непозволительно жить в домах, в которых живут виконты и бароны.

Карета Леомвиль проехала мимо нескольких таких усадеб и, оказавшись у открытых железных ворот с гербом графа Минан, въехала на территорию.

Уже издалека можно было заметить встречающую делегацию у входа в основное белоснежное здание.

В центре, выйдя чуть вперёд, стоял мужчина в элегантном аристократическом платье, справа от него стройная женщина в платье, напоминавшем дворцовые наряды наложниц китайских императоров, а слева юная девушка лет пятнадцати в голубом воздушном наряде.

Позади них стояли более сорока горничных, выстроившихся справа и слева от входа в усадьбу.

Экипаж Леомвиль под конвоем проехал по вымощенной белым камнем дороге и перед крыльцом здания, развернувшись, остановился.

Граф тут же вышел вперёд и лично открыл дверь, а следом наружу вышел Бьёрн, одетый в чёрный строгий мундир, являвшийся точной копией того, что носил его отец.

Стража юноши спешилась и поторопилась окружить юношу. Они не доверяли никому и, по правде говоря, могли перебить всех находящихся здесь, стоило им только дать повод.

Чувствуя тяжёлую обстановку, Бьёрн жестом дал понять, чтобы те отступили, после чего Альсий представил графиню Найю Минан и свою дочь Шерил Минан.

Когда молодой человек подошёл ближе, он остро ощутил колебания маны, исходившие откуда-то издалека, и, сосредоточившись, смог обнаружить юного рыцаря лет двадцати, стоявшего на углу дворца, скрытого за растительностью. На его лице читалась злоба, когда сын герцога сблизился с дочкой графа.

Бьёрн также следил за действиями девушки и заметил, что та очень напряжена и ведёт себя скорее как пленница, нежели как человек, который встречается с женихом.

«Она влюблена в этого рыцаря? Это что за любовная драма?»

Хотя все вокруг улыбались и радовались, атмосфера была странной. В этом мире политические браки были настолько обычным делом, что дети знати никогда не задумывались о том, чтобы выйти замуж по любви. Никто не строил иллюзий, и не существовало никаких персонажей вроде Ромео и Джульетты.

Однако внимательный Бьёрн был уверен, что что-то не так.

«Я что, стал злодеем, который увёл невесту у безымянного рыцаря? С чего такая реакция?» — подумал он.

Граф указал в сторону входа в здания.

— Ваше высочество, пройдёмте внутрь. Мы уже подготовили для вас приветственный стол.

Юноша в полуулыбке кивнул и, следуя за графом, взглянул на девушку.

Она показалась ему довольно красивой, чем-то напоминая Сильвию. Хотя и не была такой величественной, но внешние черты были похожи. К сожалению, Бьёрна мало волновала внешняя красота.

Он не собирался стать злодеем из романов, который, пользуясь статусом, уводит невест у безродных рыцарей, а те потом, в попытке отомстить, путешествуют, набираются сил и, возвращаясь, вызывают злодея на бой.

Хотя в этом мире такого бы всё равно не случилось, юноша просто не хотел лишних слухов о себе, когда по щелчку пальцев ему предложат своих дочерей практически любые аристократы континента.

Граф с супругой проводили Бьёрна в столовую, где был накрыт грандиозный стол, а после ужина сопроводили в гостиную, где оставили его наедине с дочкой.

Пятнадцатилетняя девочка стояла в центре комнаты, подавляя страх и стараясь смотреть на гостя и поддерживать разговор, ведь избегать его считалось нарушением этикета.

— В-ваше высочество, я рада… что вы смогли посетить нас. — наконец произнесла она.

Это были первые слова, которые девушка произнесла с момента их встречи.

Бьёрн уселся в кресло в центре комнаты, потянувшись, взял яблоко из корзины на столе и, откусив, прищурился, ощущая кислинку во рту.

— За дверью стоит рыцарь, и он нервничает. — произнёс молодой человек.

Сын Виктора был довольно сдержан в оценках, так как ощущаемая им аура не была похожа на ту, какой обладал просто нервничающий человек. Она была враждебной. Её нестабильность и острота явно давали понять, что обладатель с трудом сдерживается, чтобы не напасть.

Услышав эти слова Найя опустила взгляд, но в это же время услышала голос Бьёрна.

— Вам лучше выйти и успокоить его, пока он не натворил бед. Я планирую отказаться от предложения вашего отца. Не волнуйтесь, я найду достойную причину. — сказав это, юноша откусил ещё один кусок яблока.

Девушка растерянно смотрела на гостя, не понимая, что