Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

А материализация ее кристаллов в воздухе, это серьезная заявка на успех. Большинство пользователей навыков, оперирующие разнообразными стихиями, имеют скорее даже психологическую привязку к поверхности.

Возьмем, например, Истязающую. Она не может представить себе, что деревья могут появиться и расти в том же воздухе. Она не в состоянии вырастить что-то надо головой врага, чтобы оно, под действием гравитации, рухнуло ему на голову.

Здесь нужно очень тонкое и глубокое понимание собственной стихии, которой ты оперируешь.

Данная информация не афишировалась и была, так сказать, для личного пользования. Во всяком случае, между Сергеем и Акирой появилось какое-то доверие лишь после того, как он поделился с ней этой тайной. Та это оценила.

— Согласен, Четвертая, ты молодец. Это очень важный момент для становления одной из сильнейших в нашем веселом мире. Теперь для тебя следующая задача. Требуется научиться распространять твои кристаллы в воздухе так быстро, чтобы они попросту не успевали падать на землю, убирая их нижнюю часть. Польза от этого сомнительная, однако, как тренировка повышенного контроля будет не лишней.

А ты Первый тоже не расслабляйся. Конечно, ты раньше всех смог понять принцип развития навыков, но сейчас тебя уже знатно опередили. Если продолжишь в том же темпе, то будет очень трудно догнать своих товарищей.

Задача вам обоим понятна?

— Предельно учитель. — Жмурилась та, словно довольная кошка. Если обращение «Четвертая» на котором мужчина акцентировал внимание, ей пришлось не по вкусу, то вот сама похвала, от того, кто ее не так уж и хотел давать…

«Черт, насколько же нам мужчинам чужд женский разум. Лучшие из нас могут угадывать, что отчебучит та или иная представительница «слабого» пола, но досконально знать… Это нам не дано. Наверное, они и сами не особо в курсе».

Не зря же по жизни Сергею признавались различные девушки, что им с парнями в разы проще работать. Дескать: «Вы парни простые. Как сказал — так оно и есть. Никаких, черт возьми, подтекстов и мега-скрытных смыслов с тройным дном».

— Ясно. — Мартин был краток, однако тут же ловко перевел тему:

— А какова политика на данный момент? Все же вы в отличие от нас, ближе всего к высокому начальству.

— Пф-ф. — Фыркнул некромант: — Вы тоже частенько бываете на этих встречах: — Но если серьезно, то ничего особо не изменилось. Все трое: Поднебесная, Нью-лэнд и Монолит давят каждый во все стороны, но особо не рискуют. Самое неприятное, что каждый день нашего промедления, это потерянные человеческие жизни. Причем не только мирных жителей, как бы это плохо не прозвучало, но и бойцов. Пока мы убиваем друг друга, зомби растут и объединяются.

— А никакой возможности договорится с Поднебесной не появилось?

— Нет. — Покачал головой Сергей, соврав. Сделал он это не просто так. За разглашение столь секретной информации, конечно, ему бы ничего не сделали, однако доверие такая штука. Его трудно получить, но легко потерять.

Внутренний аппарат Поднебесной оказался не столь однороден, как казалось раньше. И среди них была некая партия, которая была против войны.

Интересно было то, что контакт умудрились установить отнюдь не люди подполковника или того же Инквизитора, а Руквуда.

Сергей, когда об этом узнал, чуть не рухнул.

Преступные связи оказались куда крепче, чем принято думать. Зверь попросил своих ребят передать информацию таким же ребятам уже в Поднебесную, а те отнесли ее уже заинтересованным лицам.

Пока что шли максимально скрытные переговоры. На том конце видимо знатно опасались, что это подстава их же собратьев. Ведь ставки в такой игре высоки как никогда.

Однако в ближайшее время все должно было решиться.

— Учитель, а скажите, вы собираетесь что-то делать с Инквизитором? А то его последние высказывания…

— Согласна. — Нахмурилась Акира: — Его завуалированные намеки, что вы убиваете своих конкурентов… Мы это так просто оставим?

На вопрос, заданный Мартином, отнюдь не так просто было найти ответ. На последнем всеобщем брифинге где решались направления и цели для атаки. Инквизитор разрядился пространственной речью.

Говорил он много, но немалая часть его слов сводилась к тому, что «пригрели то на груди змеюку подлую».

Нападение самого Мясника ставилось под сомнение. Особенно забавно это смотрелось после того, как сын Пабло появился в личном окружении Инквизитора.

— Ситуация неприятная. — Согласился некромант, однако его следующий вопрос заставил учеников напрячься: — Однако какое вам дело? Причем тут мы?

— Учитель? — Лилия аккуратно выразила мучавший их всех вопрос: — Что вы имеете в виду?

— Я поясню. Как бы там ни было. Инквизитор, по большему счету, имеет некие претензии лишь ко мне. Не к главе нашего поселения, а именно ко мне. Я взял на себя обязательства сделать из вас сильных системщиков ничем не уступающим лучшим бойцам остальных боссов Нью-лэнда. И я это сделаю. После этого мы вероятно разойдемся… Или нет? В чем вам смысл ввязываться в это противостояние? У вас еще есть выбор и было бы глупо поставить не на ту сторону.

Ученики молчали. Сергей не пытался юлить или что-то скрывать. В бою он должен был быть абсолютно уверен в тех, кто будет прикрывать его спину.

Один раз он уже пошел на поводу жадности, при этом потеряв ногу. Второй раз жадность чуть не привела его в могилу, после столкновения с Мясником.

Пытаясь скрыть от учеников правду, он можно сказать заочно копал себе могилу, ведь его враги этим обязательно бы воспользовались.

— Учитель. Вы сложный человек, но вместе с тем, вы и впрямь нам помогаете. Мы отлично понимаем, что вы могли не дать нам и половины тех знаний, что вы узнали в своих исследованиях. Но вы все же это делаете. Инквизитор говорит, что вы предали Мясника, нанеся удар в спину. Но мы не верим в это. Каким бы человеком вы не были, но предателем вас назвать нельзя. Поэтому мы хотим идти за вами, — замолчала Лилия.

Обычно она любила больше слушать, чем открывать рот. Это выгодно отличало ее от остальных учеников. Хоть Мартин и Акира считали, что опекают ее, Сергей подозревал, что все не так уж и однозначно.

Скорее это она позволяла им это делать. Многие люди, видя взрослых людей, живущих с родителями, считают их бесхребетными. Однако среди них попадаются те, кому подобная жизнь попросту выгодна. Исчезни их интерес, и они спокойно найдут свою собственную квартиру.

Выглядеть беззащитным и нуждающимся в помощи, это своего рода искусство, которое они тренируют всю свою жизнь.

Сейчас она выразила их общие мысли.