Расследования Марка де Сегюра.(Книги 1-26) - Лариса Куницына

раз говорили о том, что ему следует жениться и произвести на свет наследника, тем самым обеспечив стабильность королевской власти. Король пока молчит, не соглашается и не возражает против этого, и при дворе уже развернулась нешуточная борьба между девицами благородного происхождения. Пока лидируют три претендентки, которые обладают как красотой, так и родственниками, имеющими достойное положение при дворе. За ними стоят придворные группировки, которые усиленно проталкивают их к Жоану.

— Да, их три, — кивнул своей лисьей головой Аргент, — все — редкие красавицы, к тому же из богатых и влиятельных семей.

— Они уже здесь? — полюбопытствовал Джин Хо, озираясь по сторонам.

— Вон та стройная красавица с пепельными волосами в костюме чайной розы — одна из них. Это племянница главного королевского виночерпия виконта де Танлея Доминика. За ней стоит группировка графа де Альбона, смотрителя королевской опочивальни.

— Кого-то она мне напоминает, — пробормотал лис, скептически взглянув на бледную девушку с серебристыми волосами в платье из переливчатого жёлтого шёлка.

— Ты прав. У неё довольно узкие глаза, к тому же голубого цвета, — кивнул Марк, бросив на неё равнодушный взгляд. — Не думаю, что у неё есть шансы. Жоан в любом случае отличит бледную копию от блистательного оригинала.

— Да, она всего лишь отдалённо похожа на Лилию Сен-Марко, — подтвердил Аргент, — и, зная это, подражает ей во всём. Однако подражать, не значит быть, и вряд ли наш король клюнет на такую подделку. Вторая вон там. Высокая, белокожая девица с приятным румянцем и хорошим нравом. Это Маргарита де Ривер — внучка смотрителя королевской обуви барона де Мерлена. Она рекомендована графиней де Сюржер, почётной чтицей королевы и подругой леди Евлалии. Говорят, что она похожа на герцогиню Изабеллу, мать Жоана, хотя я запомнил её другой. Впрочем, Маргарита и без того хороша. Её каштановые локоны выглядят густыми и естественными, лицо — красивым и милым. И я не слышал, чтоб она участвовала в каких-то интригах.

— У меня другие сведения, — заметил Марк. — К тому же ходят слухи об её несколько сомнительном происхождении.

— У меня тоже сомнительное происхождение, что не уменьшает моих личных достоинств, — парировал Аргент. — В любом случае, она мила и благонравна, хотя это лишь моё мнение, у короля может быть другое.

— Если его мнение основывается на болтовне де Лапорта, то он предпочитает Анжелику де Байе, дочь королевского парфюмера. Он все уши прожужжал Жоану об этой девице, а Маргариту де Ривер называет замарашкой и каждый день придумывает какую-нибудь гадость о ней. Впрочем, кажется, это уже имеет обратный эффект: король и слышать не хочет о девице де Байе, утверждая, что она надоела ему из-за постоянных упоминаний де Лапорта.

— И зря, она тоже довольно хороша собой. Да вот и она сама!

Аргент обернулся к входу в зал, где показалась высокая красивая девушка в чёрном кружевном наряде со стоячим воротником. Её волосы были уложены в высокую причёску, которую венчала небольшая корона с рубинами.

— Не слишком ли смело? — проворчал Марк недовольным тоном. — Мало того, что своим нарядом она подражает Элеоноре, так ещё и нацепила корону! Интересно, сколько она заплатила придворным дамам, чтоб узнать о маскарадном костюме вдовствующей королевы? В любом случае, это была плохая идея. Боюсь, что снова получится лишь бледная копия блистательного оригинала!

— Похоже, ты её недолюбливаешь! — заметил Аргент.

— Мне она неприятна, — подтвердил Марк.

— Полагаю, что остальные не разделяют твоё мнение! Посмотри, как она идёт по залу, мило улыбаясь всем подряд, и мужчины провожают её восторженными взглядами! Даже завистливые взгляды дам свидетельствуют о её успехе и популярности. Нет, Марк, она хороша и вполне подходит Жоану! К тому же её отец занимает не слишком значительную должность при дворе, его клика мала и невлиятельна, потому он не сможет претендовать на власть и вмешиваться в дела королевства.

— Едва она станет королевой, всё изменится!

— Ты решительно настроен против неё, — озабочено заметил Аргент. — И если я мог бы проигнорировать мнение кого-то другого, то твоё имеет для меня значение. Ты знаешь о ней что-то компрометирующее?

— Вовсе нет, просто мне не нравятся её духи.

— Я понял тебя, — кивнул алхимик. — Смотрите, распорядитель уже объявляет о начале пира, Жоан и королева направились в зал, где накрыты столы. Значит, и вам пора туда, чтоб занять свои места, а я потащусь в свою нору. Я уже увидел всё, что хотел, а вино у меня есть и дома.

Кивнув друзьям, он начал пробираться к двери, лавируя между гостями, которые дружно устремились вслед за королём. Проводив его задумчивым взглядом, Марк тоже влился в общий поток, а Джин Хо пристроился за его широкой спиной, чтоб беспрепятственно добраться до накрытого стола.

Смерть Купидона ​

Пир длился всю ночь, но Марк не остался за столом до утра. Он удалился сразу же вслед за королём, и с ним ушёл сонный и недовольный Джин Хо. Лис устал от шума и суеты, к тому же немало выпил, да и закускам воздал честь. Ему хотелось спокойно свернуться где-нибудь в тепле и покое и, прикрыв нос кончиком хвоста, уснуть. Поэтому он ныл, капризничал и обижался на Марка за то, что тот игнорирует его нытьё, предпочитая общаться с друзьями. Однако, когда Марк заявил, что на ночь остаётся во дворце, поскольку должен будет присутствовать на завтраке у короля, а лис может вернуться домой, Джин Хо обиделся ещё больше, решив, что его лучший друг только и думает, как избавиться от его общества. В конце концов он, ворча и жалуясь на людскую неблагодарность, увязался за Марком в приготовленную для него спальню и, забравшись в его постель, свернулся тёплым пушистым кольцом у него за спиной.

Ночью он то и дело дёргал лапами и повизгивал, не давая Марку спать, но сам неплохо выспался, хотя это не помешало ему с утра завести привычный монолог о том, как он измучен и к тому же голоден. Марк надел свежее бельё и бархатный камзол, которые ему принесли из дома оруженосцы, а лис снова напялил свой маскарадный костюм и, пожаловавшись на то, что чувствует себя в нём полным идиотом, вместе с другом отправился в королевскую трапезную.

К завтраку было накрыто в просторном светлом зале, высокие окна которого были распахнуты в небольшой дворик, где был разбит цветник, и на аккуратно подстриженных кустах пели птицы. За длинным столом собралось десятка два молодых дворян. Вид у них по большей части был слегка помятый и сонный, некоторые, как и Джин Хо, явились в