Генеральный попаданец 6 - Ал Коруд

Москва. Домодедово

Вот после какого сложного вояжа я желал сразу ехать в Завидово. Ощутить весну на природе в отдохновении. Но передохнуть мне не дали. Уже на трапе, заметив напряженные лица немногочисленных встречающих, понял — что-то случилось.

— Не томите!

— Только что сообщили: южане нанесли ядерный удар по штабу армии НОАК.

— Етишкин кот! Когда? Почему мне не сообщили на борт!

Огарков смотрит на часы и докладывает:

— Оставалось двадцать минут до приземления, товарищ Главнокомандующий. Решили, что лучше перепроверим.

— Ладно. Тогда быстро в Ситуационный центр. Олег Александрович, вы в МИД. Свяжитесь с американцами и нашим послом. Николай Семёнович, вы на Старую площадь. Собирайте все отделы.

Уверенно иду к ЗИЛу, подзывая Огаркова.

— Николай Васильевич, садитесь.

— Леонид Ильич, — не на людях мы обходимся без формальностей, — я считаю, что шаг южан вынужденный.

— Это ты к чему?

— Вчера вечером пришла свежая сводка. Войска северян прорвали фронт в районе Чаньши и двигались к морю. У них много танков и бронетехники, авиация обеспечила прорыв. У нас научились, черти узкоглазые.

— Николай Васильевич, я не буду спрашивать, где они взяли боеголовку, но каким образом доставили в район поражения? Мы же передали китайцам достаточно средств ПВО. Как они проморгали?

— Ракета, Леонид Ильич.

— Неужели сами разработали?

— Одна из тех, что имелась у группировки вдовы Мао. Проблема в том, что китайские товарищи крайне неохотно открывали нам сведения о расследовании гибели Мао.

— Потому что там наверняка всплыло куча всего! Это получается, у них может быть несколько таких «блуждающих» боеголовок. Еще один повод поговорить с американцами о нераспространении оружия. ЮАР с Израилем мы по своим каналам тормознули. А ведь они вплотную подошли к созданию бомбы.

ЮАР в 1957 году в рамках программы «Атом за мир» заключила сроком на 50 лет договор с США. Он предусматривал продажу одного исследовательского ядерного реактора и определённого количества высокообогащённого уранового топлива. В 1959 году правительство ЮАР решило построить ядерный центр в Пелиндабе, что в 30 км западнее Претории. В марте 1965 года здесь состоялся ввод в эксплуатацию поставленного американцами реактора SAFARI-1. К 1968 году его мощность была увеличена с 7 до 20 мегаватт. В 1967 году ЮАР построила реактор SAFARI-2 для продолжения исследований плутония с использованием тяжёлой воды и природного урана, однако через два года закрыла этот проект, так как он требовал слишком много ресурсов.

Необходимость обогащать уран до 45% для того, чтобы производить топливные элементы для реактора, заставила южноафриканцев задуматься над строительством специализированного завода. Вскоре в Валинбаде, в 35 км от Претории, такие мощности были созданы. Они получили название Y-Plant и стали пилотной установкой по обогащению урана. На этом заводе атомщики ЮАР применили уникальный метод аэродинамического разделения изотопов урана. Кстати, именно этим обстоятельством Претория потом объясняла, почему она противилась допускать на тот завод инспекторов МАГАТЭ. Как это часто бывало, успехи ядерщиков в мирной области всё больше способствовали росту аппетитов в военной сфере. Уже в 1971 году премьер-министр Карл де Вет дал добро на предварительное изучение вопросов, связанных с производством ядерных взрывных устройств, и открыто объявил о начале программы «мирных ядерных испытаний».

Затем объект засекретили и в деле появились израильтяне. Потому что ЮАРовцы так и не смогли наработать достаточное количество материала. Интересно, что вопреки мнению, что Израиль — это американский форпост на Ближнем Востоке, первый ядерный реактор в Израиле построили из французских деталей при участии французских же специалистов. Соглашение об этом заключили в 1956 году как часть заговора, который привел к Суэцкому кризису. Та история началась в момент, когда египетский президент Насер национализировал франко-британский Суэцкий канал. В качестве ответа на это французы и британцы попросили Израиль напасть на Египет и захватить канал, чтобы потом ввести туда войска под предлогом миротворчества. В итоге Израиль захватил Синайский полуостров, а миротворческие франко-британские парашютисты сами взяли штурмом город Порт-Саид на берегу канала. Заговор не удался из-за очень жесткой позиции СССР и США, которые потребовали безоговорочного вывода европейских войск, и канал остался египетским. Но обязательства по ядерному реактору Франция все равно выполнила.

После прихода к власти во Франции де Голля в 1958 году он захотел, было разорвать соглашение, но после переговоров согласился разрешить работать над проектом французским специалистам и не стал запрещать поставки урана из французских колоний. В итоге реактор заработал в 1962 году и был согласно израильским обещаниям сугубо мирным. Однако внутри любого ядерного реактора урановое топливо в ходе работы превращается в плутоний-239, лучший материал для атомной бомбы. Построенная близ города Димона установка могла производить более 20 кг плутония в год, что достаточно для создания одной-двух бомб. Американские власти от этих новостей пришли в ужас, поскольку Израиль на тот момент был одним из самых частенько воюющих государств мира. 2 апреля 1963 президент Кеннеди через посла передал израильскому премьеру Бен-Гуриону ультиматум: объект в Димоне должен быть немедленно открыт для посещения американскими специалистами с полным доступом ко всем приборам и агрегатам, чтобы убедиться, что это и правда мирный исследовательский реактор, а не наработчик оружейного плутония. Такие визиты планировали повторять дважды в год.

Бен-Гурион оказался застигнутым врасплох и вообще отказался обсуждать эту тему, сославшись на праздники и пообещав поговорить после окончания Песаха. В итоге израильское руководство бегало от Кеннеди три недели, после чего прислала семистраничный ответ с жалобами на тяжелую жизнь на Ближнем Востоке: евреев мало, арабов много. Американский президент не дал израильтянам уйти от темы, начав напрямую угрожать серьезным осложнением отношений. В итоге первый визит на Димону запланировали на январь 1964 года, и подоплека у этого была очевидна: нужно было время, чтобы замаскировать следы производства оружия.

Израилю «повезло» с убийством Кеннеди в ноябре 1963 года. Хотя злые языки утверждали, что эти события взаимосвязаны. Не зря израильский след почти не поднимался позже. Его тщательно охраняли люди сведущие. Его преемник Линдон Джонсон тоже требовал инспекций ядерного реактора, но позволил их превратить в фикцию, договорившись загодя предупреждать израильтян о визите и дав им возможность показать лишь то, что они хотят. В итоге первые атомные бомбы Израиль собрал незадолго до Шестидневной войны 1967 года, выбрав в качестве средств доставки самолеты и баллистические ракеты малой дальности.

Учитывая малые размеры страны и натянутые отношения со всем миром, провести испытания созданной