"Фантастика 2026-139". Компиляция. Книги 1-25 - Игорь Леонидович Гринчевский

и подумать не мог, что смогу вытворять такие вещи, которые сейчас после жёстких издевательских тренировок, суровой наставницы, давались мне, словно естественное умения как ходьба или дыхание.

Однако это сейчас, а три недели назад, когда начались мои занятия, я думал, что это всё выполнить нереально.

Первый день моего нового учебного плана начался с того, что я как обычно побежал наматывать километры по лесной местности, вместе со своим отрядом, и только перед медитацией меня выдернули в другую группу, собранную как я понял из неофитов разных отрядов, и вот с этого всё и началось.

Теперь медитация стала на целый час больше, и при ней нельзя было шевелиться, или открывать глаза. Если неофит всё же нарушал запрет, в него сразу же стреляли из лука. Однако используя при этом стрелу, вместо острая которой, был круглый тканевый набалдашник, набитый песком и щебнем.

Так же дым, который мы вдыхали при духовных практиках, стал более едок и резок, от чего ко второму часу медитации, можно было перестать чувствовать себя, а также пространство и время.

После такой долгой практики, нас сразу загнали на незнакомый мне полигон с подобием малой полосы препятствий.

Однако вместо прохождения полосы, нам сказали бежать и уворачиваться от стрел, после чего несколько младших инструкторов открыли по нам стрельбу.

Стрелы, которые использовал младший инструкторский состав, были схожи с теми, что были на медитации, но за малым исключением. Оттуда убрали песок и набили, какими-то ягодами, вперемешку со щебнем.

Если такая стрела попадала по неофиту, то от удара ягоды лопались и мялись, крася одежду бедолаги ярко красным соком, а также оставляли огромные синяки.

Я бегал по полигону, словно загнанный собаками дикий зверь, и как только я не старался угадывать, кто выстрелит в меня, или в какую часть меня полетит стрела, за полчаса такого занятия, большая часть моего тела покрылась синяками, а одежда липкими пятнами от сока ягод.

Однако не я один был таким невезучим. Все остальные были практически в таком же состоянии, что и я, а некоторые даже куда в более плачевном состоянии.

После такой ужасающей тренировки, нас сразу погнали на малую полосу препятствий, где также за каждую погрешность можно было словить стрелу с песком и щебнем, от чего прохождение полосы усложнялось ещё и тем, что теперь приходилось уворачиваться от стрел.

От этого эмоциональное напряжение возрастало в разы, а скорость падала в угоду, хоть какого-то шанса, пройти тот или иной снаряд.

Когда пришёл мой черёд, проходить столбы, которые были вкопаны уже не на полтора метровой высоте, а на все два метра, а то и выше, я старался использовать то чувство лёгкости и жажды движения, которое совсем недавно ощутил на медитации, и это помогало.

Перемещаясь по столбам, я словно кузнечик инвалид прыгал по ним, держа баланс, и там где я ранее уже срывался, пусть коряво, но двигался вперёд.

Когда до финальной точки этого препятствия оставалось чуть больше пяти метров, я прыгнул с бревна на бревно и, не удержав равновесия, грохнулся вниз, от чего получил не только удара об землю, а ещё и стрелой по ребрам.

Когда мы все уже стояли за полосой препятствий, то наш вид прибывал в ужасном состоянии.

Лица были разбиты, а руки и ноги как в прочем и тело, было практически синюшным, и пестрило ссадинами и гематомами.

В таком состоянии нас сразу заставили вновь медитировать, и только после этого отпустили на завтрак.

Час, отведённый на еду, и небольшой отдых пролетел как один миг, и мы вновь побежали в лес, только теперь нас преследовали инструктора во главе с Авин.

Они словно духи леса то появлялись, то внезапно исчезали в близи нас, выпуская по нам всё те же стрелы с щебнем и ягодами.

Так обычное не напряженное задание, превратилось в сущий ад, после которого нас ждали занятия по акробатике и стрельбе из лука, да метания дротиков и ножей.

На обед я не пришел, а приполз, не способный даже нормально сидеть и держать ложку.

Неофиты моего отряда, кидали на меня жалостливые взгляды, и только охали и ахали от моих рассказов, как я провёл эти полдня.

Когда обеденное время вышло, мои знакомые ушли на свои занятия, а я очутился на дальнем полигоне, где провёл час в спаррингах в полный контакт с теми, кто уже звался рекрутами.

А дальше вновь стрельба из лука, только уже в движении, где нам было разрешено стрелять по тем, кто весь этот проклятый день стрелял по нам.

Однако и они тоже стреляли, от чего под середину этой весёлой тренировки, мне и ещё четырем ребятам понадобилась помощь лекарей.

Когда нас подлатали, и мы вновь вернулись в строй, то сразу пошли выполнять упражнения на баланс, после которых начиналась силовая тренировка, уровень и сложность которой вырос в два раза.

Когда все занятия отгремели, я уже не был способен ужинать, но понимая, что завтра всё повторится вновь, силком запихивал в себя еду, под жалеющие меня взгляды Хайлы.

На следующий день нас вместо семи стало двенадцать, и всё повторилось заново, в том числе и лечение у лекаря.

Мы бегали, прыгали, медитировали, стреляли из лука и метали ножи. В перерывах между этими действиями, занимались акробатическими упражнениями, а также растяжкой, и силовыми тренировками.

Так прошла неделя, за которую отряд Авин разросся до двадцати неофитов.

С каждым днём проведённых в этих адских нескончаемых тренировках, я всё больше и больше погружался в состояние, которое уже было неотъемлемо для меня при медитациях. Вот только теперь я пребывал в нем постоянно.

На вторую неделю тренировок, я уже мог похвастаться тем, что малая полоса препятствий была мной пройдена без падений. Также мои чувства настолько обострились, что я уже кожей ощущал, когда в меня прицеливаются из лука, и даже начал предугадывать траекторию стрел, увёртываясь от них при этом.

Однако, как только это случилось, мне усложнили тренировки.

Теперь прохождение полосы препятствий сопровождалось киданием в меня тканевых мячиков, набитых песком и щебнем.

Эти мячи кидала сама Авин, при этом смеясь над моими корявыми увертками на брёвнах и вкопанных столбах, с которых она периодически меня сбивала.

Также за это время, в нашем сборном из многих отрядов коллективе, большая часть народу встала на первую ступень Арканума, и значительно прибавила как в ловкости, так и во всём остальном.

В предпоследний день второй недели, когда я проходил полосу препятствий под смех и издёвки Авин, которая