Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

Камеристка незамедлительно поспешила поддакнуть.

— Вижу, ты успела со всеми ними познакомиться. Я права? — продолжала свой допрос принцесса.

— Самую малость, — кивнула я.

— И как тебе?

— Что именно вас интересует, ваше высочество? — не выдержала я, решив спросить прямо, так как не понимала, куда она клонит.

Не поднимала головы, зная, что эта истеричка придет в ярость, стоит опять посмотреть на нее.

— Да так, — лениво протянула она, — ничего особенного. Теньевики — мужчины свободные. Они постоянно в разъездах и им не хватает женского внимания. Можешь развлекаться хоть со всеми ними сразу, но не советую пачкать главнокомандующего своими взглядами и уж тем более подходить к нему. Он — мой! И я ни одной женщины не потерплю рядом с ним, тем более такой низкосортной простолюдинки, как ты!

50. Ненавижу детский вой!

Алиса

Последующий час я ухаживала за тенями, подкладывая им румяные пирожки и подливая травяной чай, дивный аромат которого плыл по комнате.

На душе было тяжко, еще и Лерой постоянно смотрел на меня, но не только он вызывал желание покинуть кухню.

Королевская стража...

Восемь мужчин надменными взглядами бесстыдно скользили по моему телу, тем самым несказанно нервируя.

Что у них было на уме, я примерно догадывалась. Нахальные улыбки, многозначительные подмигивания... Неужели они действительно думали, что меня это может заинтересовать?

«Не знаю, с какими девушками вы привыкли общаться, но я в их число точно не вхожу!»

Теньевики заметили недопустимое поведение и вызванный к моей персоне интерес, и это не пришлось им по душе. Они вели со мной беседу, предупреждающе поглядывая на свиту принцессы, которая, на мою радость, не спешила выходить из своей временной комнаты. Ее и так видеть не хотелось, а после того, что она наговорила мне, и подавно.

Отряд Лероя переживал за меня. Я видела это, но знала, что никто не причинит мне вред, так как главнокомандующий позаботился о моей безопасности, накладывая свою защиту.

Отец, переговорив с ним о чем-то, удалился. Его вызвали по срочному делу — ребенок получил сильную травму.

Он готов был помочь людям в любое время суток, не требуя ни с кого платы. Этот мужчина трудился и днем и ночью, изготавливая редкие целебные настойки и снадобья, добавляя в них капли моей крови, что в десятки раз увеличивало их стоимость.

Эрэй не складывал вырученные деньги себе в карман. Он постепенно восстанавливал Сонную лощину, помогая людям во всем, в чем только можно.

Тариана многое рассказала мне о нем.

Предыдущий смотрящий был мерзким и алчным, плюющим на всех. Его не волновали голодные взгляды детей, прохудившиеся дома, в которых невозможно было жить, и просьбы хоть на немного снизить налоги, ведь почти весь заработок в каждой семье уходил на ежемесячную уплату.

Горожане часто болели и многие погибли бы, если не отец. Он лечил всех бесплатно, продавая свои лекарственные снадобья и настойки в соседние города и столицу, которые сам же разработал. Они имели успех у знатных дам и господ. Аристократия закупала их в большом количестве, заказывая снова и снова.

Эрэй лечил всех, кто просил его о помощи. Поэтому в каждом городе у него есть верные друзья, у которых мы останавливались, когда ехали в Сонную лощину.

Каждый из них был благодарен и готов оказать любую помощь, если того потребует ситуация.

В одну из таких поездок, когда отец отправился отвозить подготовленные на заказ настойки, смотрящий отдал душу богам. Сердце не выдержало высокой температуры в бане.

Эрэя встречала чуть ли не вся Сонная лощина. Ему кланялись и умоляли встать во главе небольшого городка, что располагался на самой окраине государства.

И он согласился.

С того дня дела пошли на лад. Совместными усилиями возвели новые небольшие домишки. Да, в них не было кричащей роскоши, но она и не требовалась. Аккуратные, уютные и теплые — это самое главное.

Налоги сразу были понижены в три раза, так как по найденным бумагам оказалось, что прежний смотрящий сам же их и повысил, складывая лишнее себе в карман. К слову, этот самый "карман" был набит золотыми до отказа. А если точнее, то целая комната была уставлена сундуками с монетами внутри, которые пошли на восстановление города и помощь народу.

Семьи у прежнего смотрящего не было, поэтому возражать никто не стал.

Его дом предлагали занять отцу, но он отказался, предпочитая остаться в том, в котором мы сейчас и живем. Эрэй превратил те хоромы в школу, и все жители поддержали его принятое решение.

С его приходом жителям дышать стало легче, ушел голод и разруха. Городские стены укрепили, а на улицах появились фонари. Небольшой парк стал аккуратным и ухоженным, превращаясь в излюбленное место лощинцев.

Отец проделал такую работу за каких-то три года, что несказанно поражало и вызывало небывалых размеров уважение. Он ответственный, умеет сопереживать и не проходит мимо чужой беды. Я видела, как женщины смотрят на него, а он лишь приветственно улыбался им, вежливо склоняя голову.

Не знала, почему он один, почему не выбрал себе пару. Как-то раз спросила об этом у Тарианы, получая ответ, что история долгая, и когда-нибудь я обязательно узнаю о ней.

— Господа, ваши две комнаты будут располагаться на первом этаже, — вырвала меня из мыслей тетушка, обращаясь к королевским стражам.

Ни слова благодарности в ответ. Они вели себя так, словно им все обязаны.

«Такие же мерзавцы, как и их принцесса!»

— Сынок, твоя — на втором, — тепло улыбнулась Тариана Лерою, который склонился перед ней, вызывая фырканье стражников.

Правда, оно продлилось недолго. Стоило главнокомандующему стрельнуть в их сторону предупреждающим взглядом, как они тут же умолкли, делая вид, что поглощены едой.

— А-а-а-а! — внезапно истеричный визг, источник которого находился на втором этаже, прокатился по всему дому. — Стража! СТРАЖА! — орала во все горло Алексия.

Королевские псы мгновенно подскочили, грубо отпихнув меня и тетушку, устремляясь наверх.

Нэрон успел поймать Тариану, не позволив ей упасть, а я, не удержавшись, плюхнулась в руки мгновенно подскочившего ко мне Лероя.

Слуха коснулся душераздирающий плач Ясмины, вызывая в моей груди страх за ребенка.

Мгновенно выпутавшись из объятий мужчины, я бегом устремилась к лестнице.

— Заткнись! — шипела Алексия. — Заткнись, я сказала! Ненавижу детский вой! Ты ответишь за то, что сделала! Стража, десять ударов ей! Живо!

51. Надеюсь на ваше благоразумие

Лерой

Алиса, дыхание которой стало частым, побежала к лестнице на крик истеричной принцессы и жалостливый плач Ясмины.

Я и парни, не