Блуждающий дух. По следам Золотого Змея - Татьяна Кагорлицкая

Вдохнув густой сладкий аромат подкрадывающейся ночи, Джейн углубилась в сад, оставив дом позади. Её вела интуиция, гласящая, что Куану она встретит в уединении, под открытым небом.

Вокруг стояла такая тишина, что Джейн без усилий различила чужое дыхание, хотя рассмотреть индейца в темноте не получалось. Сколько она ни озиралась, Куана оставался невидимым. Наконец, от одного из деревьев отделился знакомый силуэт. Она могла бы поклясться, что секунду назад здесь никого не было.

– Ты… Ты как будто вышел прямо из дерева! – поразилась Джейн.

– Чему же тут удивляться? – спросил он. – Во время некоторых ритуалов шаманы могут полностью сливаться с некоторыми природными сущностями.

Чуть улыбнувшись, Джейн виновато развела руками.

– Значит, я опять прервала очередной обряд? Прости.

– Это уже традиция, – с тёплой усмешкой сказал Куана.

Шагнув ближе, она коснулась ладонью шершавой коры – яркий цитрусовый аромат наполнил лёгкие.

– И зачем тебе понадобилось сливаться с апельсиновым деревом?

Неожиданно он помрачнел.

– Это касается только меня.

Настаивать Джейн не собиралась, но и беспокойство унять не сумела.

– Я могу чем-то помочь?

– В этом деле между человеком и духами не существует посредников, так что нет. – Куана на миг прикрыл глаза, затем вновь распахнул их, устремляя задумчивый взгляд вдаль. – Не все подводные камни суждено миновать.

Почувствовав, что эти слова встревожили Джейн, он успокаивающе улыбнулся.

– Не печалься заранее, таабе. Я верю, что милость духов нас не оставит.

– Не знаю, – вздохнула она. – После всего, что с нами случилось в Лос-Анджелесе…

Джейн умолкла, не завершив фразу. И без обсуждений было ясно, что Куане не менее горько, чем ей, вспоминать о жестокости жителей, обмане губернатора и действиях Абернети. Когда-то Куана предупреждал её, что бледнолицая девушка, связавшая свой путь с индейцем, рискует получить не только порицание в обществе. Теперь Джейн убедилась на собственном опыте, что он имел в виду. Хотя она твёрдо верила, что осуждения заслуживают такие люди, как Абернети, а не те, кто подвергается гонениям за любовь, легче от этого не становилось.

– Я виноват, – вдруг глухо сказал Куана. – Я виноват перед тобой.

– За что?! – она недоверчиво вскинула подбородок.

– На приёме у губернатора я ощутил присутствие тёмной силы и покинул зал, чтобы обратиться к духам за помощью. Вернулся запоздало и увидел, как ты танцуешь с тем бледнолицым. Ты улыбалась, но я понял, что он заставил тебя силой. Я бы вырезал ему сердце сразу, только в тот же миг в дом ворвались бандиты…

– Здесь нет твоей вины. – Джейн покачала головой. – Ты не в ответе за низкую натуру других людей. Ты хотел защитить нас всех.

«А том, что тёмная сила преследует нас, виновата скорее я, – подумала она, до боли закусив губу. – Я дала Уолтеру повод. Теперь ему ещё веселее наблюдать за моими метаниями и страхами». Видя, что Куану не убедили её слова, Джейн повторила просьбу почти с отчаянием:

– Умоляю, скажи, чем я могу тебе помочь!

Она не смела выпытывать правду о том, что его гложет, поскольку сама скрывала свою горькую тайну, но всё же мучилась от невозможности поддержать возлюбленного. Всхлипнув, Джейн прильнула к нему, и он заключил её в объятия. «Вот бы провести так всю ночь, не думая о моей страшной ошибке, – подумала она. – В этом тихом уголке, где только мы двое».

За листвой не было видно ни дома, ни конюшни, ни дороги. Высокая трава, цветущие кустарники, полукруглые кроны плодовых деревьев – весь сад прятал Джейн и Куану от остального мира, создавал преграду между ними и всем тем, что помешало бы им насладиться друг другом. Мягкая тишина, сотканная из шелеста листьев и стрёкота цикад, укрыла пологом. В хаосе последних дней, или недель, или даже месяцев девушке отчаянно не хватало моментов, разделённых исключительно на двоих. Сейчас она постепенно успокаивалась в кольце сильных рук. «Если я рядом с ним, всё так правильно. А когда вокруг природа – особенно». Сделав глубокий вдох, она почувствовала, как закружилась голова, ощутила слабость в ногах и прижалась к Куане сильнее. Джейн упустила момент, когда объятия стали другими. Прежде – дающими опору и поддержку. Теперь… Теперь в руках индейца ей стало слишком жарко. Сердце сбилось с ритма, ускоряя ход. Кровь прилила к щекам. Возможно, виной всему был аромат апельсинов, дурманящий разум, или то, как пахла кожа Куаны, впитавшая за день солнечное тепло, или отдалённое перешёптывание ветра, в котором Джейн слышался влекущий зов.

Или в голосе, зазвучавшем на пару тонов ниже обычного.

– Таабе, если ты непременно желаешь мне помочь…

Она медленно подняла голову. В темноте черты лица Куаны показались ей незнакомыми. Лунный свет заострял их, выделяя скулы и крупные губы. «Он выглядит старше… – отчего-то смутилась Джейн. – Как отважный воин, закалённый испытаниями, и шаман, постигший мудрость предков. А ведь именно так и есть!» Несмотря на молодость, Куане довелось пережить многое, и сейчас Джейн впервые в полной мере прочувствовала, что её обнимает не юноша, а мужчина. В груди сладко заныло. Она знала, что это жажда близости, той самой, что однажды они уже разделили. Сглотнув, Куана отстранился и поднял ладонь. «Хочет отдалиться?» – с болезненным разочарованием подумала она. Индеец молчал, и тогда Джейн, следуя за интуицией, приложила свою ладонь к его. Такое простое касание запустило волну мурашек по всему телу.

Кожа к коже. Немного щекотно. Почти горячо.

Пальцы соприкасались подушечками, слегка подрагивали. «Я дотронулась лишь до руки, а уже сгораю…» – Встав на цыпочки, она другой ладонью провела по его щеке, затем ниже, к уголку рта, почувствовав, как он приподнимается в полуулыбке.

– Ты представляешь, что сейчас со мной делаешь? – прошептал Куана.

– Ты так и не ответил, как тебе помочь. – Она взглянула на него из-под полуопущенных ресниц.

– Есть обряд, который проводят редко… Ведь для него требуются два беззаветно любящих друг друга сердца и полное единение душ.

Затаив дыхание, она слушала, впитывая каждое слово.

– Мужчина и женщина соединяются, открываясь друг другу. Такая близость прекрасна сама по себе, но она может стать ещё и основой для ритуала, если оба обладают шаманскими навыками.

– В чём смысл обряда?

– Передать тому, кого любишь, часть сил.

Джейн отшатнулась. Поскольку её шаманские умения являлись лишь первыми шагами новичка, не стоило труда догадаться, кому предстояло пожертвовать своими силами.

– Я спросила, чем я могу помочь тебе, а не чем ты можешь помочь мне.

– Ты меня не просто выручишь… Ты меня спасёшь, – пугающе серьёзно сказал Куана.

Это прозвучало так щемяще и искренне, что Джейн не нашлась с ответом. Куана неслышной поступью обогнул возлюбленную, становясь за спиной, и