Хозяин моста - Адель Гельт

Гоблина тоже выловили, пусть и не сразу: он, хоть и наглотался илистой речной воды, вылезать на берег не хотел, отбивался и сквернословил, норовя отправиться в новый заплыв до того берега и обратно.

Спорт — здоровье миллионов!

Оружие белое, оружие черное… Главное — уметь им пользоваться. Я вот умею, но слабо, и в условиях тепличных: тир, стрельбище, не сильно подвижный противник. Примерно как тогда, с лезшими из болота деревянными дураками.

И вот что: есть у нас двое друзей, которые оружие — сами по себе.

Я решил побеседовать с полковником Кацманом: огневая мощь даже одного киборга — подспорье отличное, если же получится сговорить обоих, рейд по хтоническим тылам превратится в легкую прогулку.

Дамир Тагирович прибыл в «Сон Ильича» сразу после обеда.

— Здравствуйте, ротмистр, — тонко пошутил полковник. — Я ненадолго. Убедиться в том, что с грузом все в порядке.

— И что никто не запустил шаловливые ручонки туда, куда не следует? — уточнил я на всякий случай.

— И это тоже.

Мимо — с топотом, будто банда молодых слонов — промчалась снажья стая. Во главе бежал Гвоздь, и он был брутален: бронежилет на голый торс, высокие военные ботинки, пятнистые — военные же — штаны.

— Нормально, — одобрил Кацман. — Теперь я вижу — шанс у вас есть.

— У нас? — зашел я издалека. — А Вы, полковник, разве не с нами?

— Не разве и никак еще, — огорчил меня жандарм. — Мне, Ваня, нельзя. Понимаешь, почему?

Не, ну я понимал, конечно.

— Дело клана, — кивнул я. — Собственное, без помощи людей государевых… Политические очки?

— Ну да, — не стал спорить киборг. — Мол, «если можете сами, то сами и делайте, если сами не можете — даже не беритесь». Кроме того, есть пара пунктов в уложениях — тысяча девятьсот древнего года, но отменить их как-то позабыли.

— Если, — вспомнил я недавно прочитанное, — в рейд идет опричный жандарм, то вся история становится официальной операцией?

— Именно так. Масса бумаг, согласований, разрешений. Добыча, опять же, становится долей государевой — за небольшим вычетом, вроде как — чтобы окупить расходы участников.

— Так это, — растерялся я. — Получается, что и мне нельзя тоже? В смысле, в рейд, дербанить Дербоград? Я ведь тоже — жандарм!

— А ты и не пойдешь, — полковник сверкнул третьим глазом. — Если не понимаешь сам, то считай — это приказ. В рейд не ходить, сидеть на хозяйстве.

— Как же они без меня, — все еще трепыхался я.

— Да как и всегда, — умудренно ответил Кацман. — Вань, детишки выросли. Если они не справятся без тебя, то…

— Да понял, понял, — я пригорюнился, но спорить дальше не стал. Все равно эти ребята, что мохнатые, что нет, отлично справляются сами. Иногда даже возникает вопрос — «а зачем им, собственно, Глава?»

Но спрашивать такое я не стану, иначе и правда усомнятся — «а зачем»?

— Не переживай, Иван Сергеевич, — Баал подкрался незаметно: не прямо со спины, а так, немного сбоку. — Тебе и правда пора привыкнуть — на смерть не вести, но посылать. Кстати, здравствуй.

— Здравствуй, Рикардо Алонсович, — вежливо и в тон ответил я. — Так-то я понимаю, что ты прав, но все же свербит! Случись что с парнями — я же себе не прощу!

— Случись что с тобой, — урезонил меня аристократ, — прощать будет некому и некого. Переживет ли юный клан гибель Главы?

— Сейчас — нет, — согласился я. — И еще пару лет — нет, точно.

Я перевел взгляд с Баала на Кацмана и обратно.

— Я все понимаю, господа. Но — сделайте же скидку на мой юный возраст!

— И все засмеялись, а Ваня — заплакал, — киборг ответил хрестоматийной фразой. — Уймись, Глава. Дел полно! Конкретно твое сейчас — это…

— Руководить и направлять, — подхватил я. Все, унялся. Остаюсь на хозяйстве.

— Хэй, хэй! — снага пронеслись в обратную сторону. Гвоздь все еще бежал первым.

— Я им завидую, — признался Баал. — Молодые, задорные. Ни бед, ни проблем.

— Не всем так кажется, — я кивнул. — Особенно — если речь о проблемах.

— И вообще, я зачем пришел-то, — будто вспомнил Рикардо Алонсович. — В рейд мои маги не пойдут, но за поселком присмотрят — а то мало ли, вдруг какая пакость, а все, способные держать оружие, неясно куда делись.

Я не спорил — но аристократ все равно принялся объяснять.

— Со звездой Жизни вы уже сработались. Как клан, как отряд, но медикусам не место на передней линии, разве что — в тылу.

— Тыл — он здесь, — согласился я. — Три кэ-мэ до границы Дербограда-малого, так-то.

— Вот именно. Стихийники… Вы пока не умеете работать вместе.

— Не умеем, — согласился я. — Больше того, мы даже не успели толком познакомиться!

— Значит, познакомитесь — пока будем присматривать, — улыбнулся Баал.

— Значит! — обрадовался я. — Кстати! Надо будет поднять Красную Эскадрилью.

— Этих твоих птичек? — одобрил Баал. — А давай.

— Раз уж понимать — то не только птиц, — добавил полковник Кацман.

Он никуда не ушел — стоял, смотрел со значением, слушал с интересом.

— Попрошу Зиганшина, — решил киборг. — Око небесное — не помешает.

Эти двое попрощались, двинулись и вскоре скрылись с глаз — ну да, им было, о чем поговорить.

Ко мне же подошел Зая Зая. Почти виноватый его вид предвещал всякое.

— Алька, — хмуро сказал урук. — Рвется в бой. Мол, могучий заклинатель гиблемотов, почему всем можно, а ей нельзя, вот это вот все.

— И мне нельзя, — возразил я. — Сам тоже не пойду — невместно.

— Это тебе кто сказал, Кацман? — уточнил орк.

— Он, и не только, — ответил я. — Но он так-то прав… Останусь сам, оставлю Альфию, будем сидеть и ждать.

— Знаем мы, как вы сидите и ждете, Йотунины, — хохотнул мой друг. — Дом-то устоит?

— Мы постараемся, — кивнул я. — Шансы есть.

Белый урук собрался уже уйти, но тут будто что-то вспомнил.

Будто — это потому,