Огни Эйнара. (не)настоящая - Магда Макушева

Комната была меньше остальных, но очень светлая. Низкая кровать у стены, мягкий ковер, и главное, стеклянная дверь, ведущая на небольшую галерею, утопающую в растениях с зелеными, лиловыми, фиолетовыми и синими листьями.

Малышка влетела внутрь, тут же прижалась носом к стеклу, потом рухнула на кровать и с полной уверенностью объявила:

— Я буду жить здесь.

Следующей оказалась спальня, выходившая окнами прямо на озеро. Просторная, светлая, с минимумом мебели, но с огромной кроватью. Отсюда вода была видна так близко, что казалось, можно сделать несколько шагов и сразу поплыть.

— Это, вероятно, твоя, — предположил Илар. — Комната для эйры.

— Почему? — заинтересовалась я.

— Потому что здесь наверняка самая широкая кровать, — шепнул мне муж. — И предполагается, что эйра будет приглашать сюда своих мужей по очереди или... всех вместе.

Я кашлянула настолько выразительно, что Мисси немедленно обернулась в нашу сторону, а Илар с самым невинным видом сделал шаг назад, будто вообще не говорил сейчас ничего предосудительного.

— Очень познавательная информация, — пробормотала я.

Комната напротив оказалась чуть строже по оформлению, хотя тоже сохраняла общую светлую эстетику дома.

— Позволь занять ее мне? — попросил Райан, остановившись рядом со мной и коротко оглядев помещение.

Я пожала плечами, потому что для меня было главным, чтобы каждый член нашей семьи получил свое пространство, где бы чувствовал себя комфортно и мог ненадолго уединиться и побыть в одиночестве.

Оставалась еще одна комната в конце коридора. По размеру она уступала моей спальне, но была достаточно просторной, с диваном, встроенными полками, рабочим столом и отдельной системой связи. Что-то среднее между кабинетом и гостевой.

— Мне подойдет эта, — решил Илар.

— Ты уверен? — спросила я. — Снова ведь выбрал по остаточному принципу.

— Так даже удобнее, — спокойно ответил эйнарец. — Здесь есть рабочая зона, так что я смогу брать проекты на дом в те дни, когда не нужно будет выезжать в лаборатории и на объекты.

Что удивительно, никто не спорил, не пытался продавить свои права и не превращал распределение комнат в демонстрацию власти или претензий.

Все происходило слишком... нормально, и это и приносило облегчение, и пугало одновременно.

Вот эта неизбежность того, что мы теперь все вместе будем жить в этом доме, принимать пищу, встречать рассветы на террасе, случайно сталкиваться в коридорах, спорить о мелочах, делить тишину, усталость и какие-то совсем простые бытовые радости.

К каждой комнате в доме, к слову, также примыкал отдельный санитарный отсек, а на самом нижнем уровне располагались, судя по схеме, регенерационная и тренировочная зона, а еще комната для релаксации, куда поступала вода из одного из местных термальных источников.

Да уж, Совет планеты оказался действительно щедр.

Главное, чтобы власти потом не потребовали от меня взамен еще чего-нибудь... специфического.

***

Остаток дня прошел за разбором вещей и детальным изучением дома.

Артемиссия после обустройства своей комнаты еще некоторое время канючила, выпрашивая прогулку по городу, но, в конце концов, согласилась, что на сегодня впечатлений ей более чем хватает.

Илар заказал продукты и приготовил праздничный ужин, большей частью состоящий из даров озер и овощей, собранных в глубоководных садах.

— А в садах мы тоже побываем? — спросила уже полусонная малышка, пытаясь подсунуть под стол кусочек рыбы для мяука.

Бродяга, оказавшийся настоящим проглотом, бессовестно демонстрировал мастерство делать голодную морду даже тогда, когда уже получил свой ужин и угощения от всех жильцов дома по очереди.

— Нужно будет обязательно организовать туда экскурсию, — согласился Илар, убирая контейнеры после трапезы в специальный моющий агрегат.

— Нужно, наверное, купить андроида-помощника, — предложила я, наблюдая за хозяйственным энтузиазмом первого супруга, а потом с удивлением видя, что к нему присоединился и Райан.

Я все еще не до конца привыкла мысли, что мои мужчины могут так естественно обсуждать уборку, готовку и распределение бытовых мелочей. Хозяйка из меня, если честно, всегда была посредственная.

— Можно, — согласился первый супруг. — К сожалению, когда я вернусь к работе, то не смогу проводить столько времени за бытовыми делами.

— Я могу попробовать, — неожиданно для всех нас подал голос Райан. — Только... я никогда не жил в семье с побратимами и эйрой. А последние годы и вовсе находился в... отрыве от цивилизации.

Мужчина машинально потеребил запястье, на котором носил витой черный шнурок с прозрачной бусиной. Еще вчера, отметив этот жест у Райана, я заподозрила, что его украшение имеет какой-то особый смысл, и для интереса поискала в местной инфосети, что это такое. По итогу обнаружилось, что эйнарцы, потерявшие пару, носят подобные браслеты, которые на их планете называют “Слезой пустоты”, в качестве своеобразной траурной метки.

Странно, но как раз в такие мелкие моменты особенно точно чувствовалась разница между моими мужьями.

Илар тоже фактически потерял прежнюю семью, но его боль уже успела стать частью прошлого, с которым он научился жить. Райан, похоже, все еще держался за свою утрату так, будто отпустить ее значило предать.

— Ничего страшного, я тебя научу. У меня уже был опыт жизни в семье, — подбодрил его Илар.

И сказано это было так спокойно, без тени неловкости или превосходства, что возможно, именно такое его поведение и удерживало всю нашу странную семейную конструкцию от хаоса и непониманий.

***

Артемиссия попросила папу Илара отнести ее наверх. Райан тоже куда-то бесшумно испарился из гостиной.

Я вышла на террасу, оперлась на широкие перила и уставилась на воду, любуясь огнями Лиарена и приходя к мысли, что настоящая магия этого города начинается именно с наступлением темноты.

Под озерами просыпались энергетические сады, разливая над водной толщей свое аквамариновое сияние, а над водой проявлялись редкие язычки пламени, издали похожие на лепестки горящих цветов. Они дрожали в воздухе, отражались в темной глади и медленно покачивались над причалами, как если бы весь город оказался огромным живым садом, расцветающим в ночи.

За спиной послышались шаги, но я не обернулась. По ровному, легкому звуку и так было понятно, что это Илар.

Мужчина встал за моей спиной и положил руки на перила по обе стороны от моего тела, заключая меня в своеобразный кокон из спокойствия и уюта.

— Это не настоящие огненные цветы, а всего лишь их рукотворный двойник, — пояснил супруг. — На Аль-Туре благодаря излучению файрита это действо происходит каждую ночь само по себе, не подчиняясь воле разумных. Их озера так и называются