Фантастика 2026-133 - Хелена Руэлли

это снимало вопрос с наследованием баронского титула. Дочь Квэддо – Малена – становилась его наследницей. И даже если король соизволит дать ненаследуемый титул капитану кондотьеров, то Малена станет нетитулованной аристократкой. А уж Элина позаботится о том, чтобы провинция приносила солидный доход, и с хорошим приданым Малену ждёт безбедная жизнь. От этих размышлений Элину отвлёк рассказ Вахольдера, что они снова побывали на месте, где раньше стояло Примежье.

– Цветы на холме цветут? – тихо спросила Элина.

Гномы утвердительно кивнули, и хозяйке показалось, что глаза Вайсдорна подозрительно заблестели. Вахольдер сменил тему и заговорил о том, что заехали они повидаться с роднёй, так те ждут не дождутся, чтобы открыть в Жадвиле филиал своего банка.

– Это хорошо, – оживилась Элина, – но спешки в таких делах, сами понимаете, нам не нужно…

Гномы отправились в мыльню, а потом – в харчевню, надеясь, что уж после этого Гри с Полянкой освободят им место для отдыха.

Гри с Полянкой, надо сказать, ужасно смутились, будучи застуканными в самый неподходящий момент. С самого утра к ним ломилась Малена, которую они, хихикая, не пустили. Но гномы, вернувшись, имели право на отдых в собственных кроватях, поэтому влюблённая парочка кинулась одеваться и прибираться. Тут-то Гри понял, зачем Рэйшен советовал ему запастись тёплой водой. Вода, правда, оказалась уже холодной, и Полянка взвизгнула, пытаясь полить себя. Кое-как одевшись, она стыдливо шепнула:

– Ох, Гри, я, кажись, до хаты своей дойти не смогу.

Молодой бард, пыжась от гордости, заверил свою любезную, что готов донести ее на руках. Заливаясь румянцем стыда и счастья, Полянка кивнула. Гри поудобнее пристроил девушку и зашагал вперёд под одобрительные выкрики и свист в свой адрес. Однако через десяток-другой шагов юноша почувствовал, как наливаются свинцовой тяжестью его руки, а ноги ступают всё неувереннее. Поллианна была девушкой крепенькой, и, чтобы носить такую на руках, нужно было серьёзно упражнять своё тело. Полянка тем временем поёрзала, пристраиваясь поудобнее, и прошептала Гри на ухо что-то ласковое. Что именно – он уже не разобрал, потому что потерял равновесие и начал заваливаться набок.

Ох и натерпелись бы позора молодые люди, если бы чьи-то крепкие руки не поддержали барда!

– Отберу у тебя девочку ненадолго, – ухмыльнулся Рэйшен. – Позволишь?

Гри кивнул с тайным облегчением. До чего же этот Рэйшен здоровый! У самого Гри пот по вискам потёк, а Рэйшену хоть бы хны! Даже не пошатнётся! Правда, тут же послышались очередные скабрезные шуточки, а кто-то прокричал:

– Эй, дроу, а ты не боишься, что хозяйка сделает твои уши длиннее, а … – короче?!

Полянка сжалась. Лицо Рэйшена окаменело. "Только бы не было драки", – мелькнула мысль у Гри. Но шутник и сам заткнулся, когда на улице показалась Элина. Похоже, она слышала каждое слово.

– Чего ему бояться? – сдержанно улыбнулась хозяйка Слободки. – Я глупостями не занимаюсь, я здесь не для этого. А Рэйшен – мужчина свободный, сам знает, что ему делать.

Элина ушла и, наверное, унесла с собой шутливый настрой. Рэйшен в молчании донёс Полянку до их с Маленой дома и осторожно спустил на землю.

– Рэйшен, – нерешительно молвил Гри, – спасибо, что выручил. А на дару Элину не злись, я думаю, она ничего такого не хотела…

Рэйшен, не проронив ни слова, похлопал Гри по плечу (бард при этом слегка пошатнулся), кивнул Полянке и покинул их.

– Милый, она всё ещё злится на Рэйшена, – шепнула Полянка на ухо Гри.

– Но ведь она не ругалась…

– Ты не понимаешь… Лучше бы ругалась. А так, – девушка расстроенно вздохнула, – она его не простит.

– Может, нам поговорить с ней?

– Ой, только не после сегодняшней сцены! – Полянка сделала круглые глаза.

Глава 60

Время шло, а влюблённые всё никак не могли расстаться. Гномы давно заняли свои кровати, Малена где-то толкла травы в ступке, Акилла выгнал кондотьеров на вечернюю тренировку, а Рэйшен пялился в своё окно. Ему хорошо было видно Элинино крыльцо и окно спальни, а прямо сейчас – и сама Элина, которая тревожно смотрела куда-то вдаль. Она откинула с головы капюшон, и волосы каштановой волной упали ей на плечи. Внезапно все, кто был на улице, повернулись и побежали в одну и ту же сторону. Элина поспешила вместе со всеми, но почти сразу вернулась назад, словно передумала. Рэйшену такое поведение показалось подозрительным. Он выскочил в общую комнату и столкнулся там нос к носу с Харленом.

– Тоже решил поглазеть? – спросил одноглазый.

– А что там?

– Горит что-то в самом центре, – пожал плечами Харлен. – Скоро узнаем, Эли туда двинулась.

– Нет, она вернулась.

– Ну, её осведомители всё расскажут. Говорю же, скоро узнаем.

Рэйшену ужасно хотелось подойти к Элине и расспросить её, но, обуреваемый противоречивыми чувствами, он остался на месте. Наглая предательница, ходит здесь как ни в чём не бывало, ещё и замечания делает!

Откуда-то вернулся Квэддо.

– Слыхали, ребята? – спросил он у Харлена с Рэйшеном. – Баронская конюшня горит. Ужас что творится!

Как ни расспрашивали приятели, капитан больше ничего сообщить не мог.

Элина подловила Малену и потащила её к "начальству на разговор".

– Да зачем? – слабо сопротивлялась девушка. – Я разве провинилась в чём-то? Если нет, я бы лучше домой пошла…

– Малинка, это серьёзное дело. Насчёт твоего будущего.

Малена покорилась и пошла вслед за Элиной. На месте было не всё "начальство", недоставало Акиллы, но Элина решила его не дожидаться.

– Главное, что ты есть, – мягко улыбнулась она капитану кондотьеров.

Квэддо приосанился, а у Рэйшена внутри поднялась буря. Это не женщина, а исчадие бездны, не иначе! Элина с удобством расположилась у стола, остальные расселись на свободных стульях.

– Я хочу рассказать вам историю, которая случилась во время последней войны, – начала Элина. – Один молодой офицер увлёкся чужой женой, красивой и изящной. Она отвечала ему взаимностью, а муж, побаиваясь офицера, молча терпел неверность жены. Но офицер ушёл воевать, и жену выставили из дома…

Малена сидела как на иголках, но перебивать не смела. Это же история её матери! Зачем дара Элина рассказывает её здесь и сейчас?

– Молодую изменницу и её ребёнка приютили родственники. Офицер о рождении младенца не знал, потому что в самом конце войны был тяжко