Полукровка 1-5 - Василий Горъ

Кстати, о некоторых последствиях такой войны: прищучивать эту банду надо максимально чисто, то есть, создав железное алиби. Иначе в самом лучшем случае тебя лишат некоторой части привилегий, даруемых статусом свободного оперативника, а в худшем отправят под трибунал. А оно тебе надо?

— Нет, не надо… — буркнул я и озвучил принятое решение: — Так что выходим в систему, прыгаем к Смоленску, дожидаемся прибытия «Ландышей», забираем их с «Северной» и уходим на Эсватини через ЗП, через которую мы прыгали в сторону Киншасы. Кстати, отправь-ка «Техников» на генеральную уборку: пусть уберут мои «пальчики» из всех помещений, в которые в принципе смогут попасть наши будущие пассажиры…

…Скоростной курьер проекта «К-55» влетел на летную палубу «Северной» в двадцать два двенадцать по времени Новомосковска. Других бортов поблизости не было, поэтому я завел «Химеру» следом, притер к палубе метрах в десяти от очень мелкого, очень шустрого и совершенно беззубого кораблика, связался с оперативным дежурным орбитальной крепости, представился, подождал проверки айдишки и предупредил, что вот-вот скину «шапку» в посадочном квадрате А-двенадцать.

Каплею, конечно же, поплохело, но подсказки служебного искина вернули бедолагу в рабочий режим и вынудили совершить весь комплекс телодвижений, предписанных уставами. Ну, а я, получив разрешение «вскрываться», сбросил этот вызов, вырубил маскировочное поле и набрал командира ОГСН. Благо, о том, что его временная айдишка начала отвечать на тестовые сигналы, уже знал.

Пырей ответил после первого же гудка, выслушал мой монолог, коротко кивнул и отключился. А ровно через минуту первым нарисовался на верхней площадке трапа курьера, перекинул огромный баул в левую руку, на удивление легко спустился на палубу, хотя был облачен в тяжелый штурмовой скафандр «Ратник», быстрым шагом дошел до аппарели моего МДРК и поднялся в трюм. Остальные девять человек тоже не тупили, поэтому я вернул аппарель на место, снова спрятал «Химеру» под «шапкой», активировал антигравы и вывел борт в открытый космос. Потом передал управление искину, подключился к динамикам системы оповещения и толкнул небольшую речь:

— Доброго времени суток, господа. Через двадцать одну минуту борт начнет разгон на внутрисистемный прыжок, а ориентировочно через час десять уйдет на струну через зону перехода с коэффициентом сопряжения два тридцать девять. Далее, алгоритм «гостевого» подключения к информационному блоку бортового искина вы наверняка знаете не хуже меня; доступы к первой палубе и «гостевому блоку» ВСД уже разблокированы; третья и четвертая каюты — в вашем распоряжении; во второй стоит медкапсула, но запасы расходников не так велики, как хотелось бы; программное обеспечение «Рукопашников», принайтованных к переборкам, в одну целую и восемь десятых раза жестче стандартного. И последнее: большую часть внутрикорабельного дня я, Перун, занят своими делами. Так что не особо важные проблемы решайте с помощью моего искина — Феникса.

— Принято. Начинаем заселяться… — отрывисто сообщил Пырей, с большим интересом оглядел тренировочных дроидов и пошел к лифту. Остальные вояки последовали его примеру. При этом ломиться вперед всей толпой и не подумали — привычно разбились на двойки и неспешно образовали живую очередь. Так что я со спокойным сердцем отключился и от системы оповещения, и от трюмной камеры, снова перетянул на себя управление и забыл о «Ландышах» почти на час.

Вспомнил минут за пятнадцать до ухода в гипер, «выглянул» из пилотского интерфейса, спросил у ИИ, чем все это время занимались пассажиры, и получил обнадеживающий ответ:

— Две двойки заселились в каюты, остальные три обосновались в трюме. Закончив с этим делом, заказали, получили и съели по пищевому рациону. Потом убрали за собой и разошлись к точкам фиксации. А в данный момент ждут команды найтовать скафы к переборкам для ухода на струну по-боевому.

— Значит, с дисциплиной у них все в порядке… — пробормотал я, но «тест» все-таки провел. В смысле, за минуту до включения гиперпривода подал команду фиксировать тушки, а через шестнадцать с небольшим минут «веселья» сообщил воякам, что мы — в гипере, и что выйдем из него через шестьдесят один час и семь минут…

…Первый корабельный «вечер» тянулся как-то слишком уж долго. Тем не менее, в районе часа «ночи» первая палуба все-таки опустела, и я, заблокировав двери гостевых кают, спустился в свою. Дрых до пяти утра, потом быстренько ополоснулся, оделся, в том же режиме поднялся в рубку и потерялся в учебной программе ИАССН. Теорию предмета «Эксплуатация систем комплексного технического контроля» изучал на практике. Вернее, выполнял тренировочные упражнения на реальной аппаратуре, но в эмуляциях, создаваемых Фениксом. Кое-какая «база» и опыт применения большей части аппаратуры у меня уже были, а эмуляции получались реальнее некуда, так что знания укладывались в подкорку сами собой, а нужные навыки нарабатывались практически без шероховатостей.

Да, к завтраку я морально устал. Но был доволен результатами занятий, поэтому позволил себе немного расслабиться — заказав, получив и распаковав два пищевых контейнера с сырниками, баночку сгущенки и упаковку с вишневым соком, попросил Феникса показать мне трюм. И получил море удовольствия от наблюдения за «Ландышами», как раз начинавшими испытывать на излом моих «Рукопашников».

Одурели мужики по полной программе: самый первый экспериментатор не простоял против одного-единственного дроида, работавшего в четвертом режиме сложности, и пятнадцати секунд — удивился броску сэнбан-сюррикена, зевнул вход в ближний бой, нахватал ударов по этажам и отправился отдохнуть в легкий нокдаун. Второй вояка благоразумно переключил тренажер на троечку, секунд двадцать поработал с дистанции, попробовал войти в переднюю ногу, нарвался на встречный удар коленом и тоже лег. Третий рубился почти минуту. Причем очень даже неплохо. Но первая же попытка атаковать ногой в голову закончилась встречным ударом по внутренней части бедра опорной конечности и жестким добиванием.

Командир группы — Пырей — не выпендривался от слова «совсем». То есть, понизил уровень сложности до второго и почти три с половиной минуты рубился с дроидом на равных. Увы, подвела недостаточно хорошая набивка бедер — один из зубодробительных ударов голенью все-таки пробил мышечный корсет, ну, а резко упавшая подвижность превратила вояку в мясо.

Кстати, после этого боя один из «Ландышей» уважительно заявил, что эти «Рукопашники» — мечта конченого садомазохиста, и задал риторический вопрос:

— Интересно, а на каком уровне сложности тренируется Перун?

— Если