"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 - Никита Киров

Милиционер показался мне знакомым. Принимая документы, он ухмыльнулся, сверкнув железным зубом.

«У него жетона нет, — похолодел я. — С прошлого года все гаишники обязаны их носить на груди. Красные в виде щита с индивидуальным номером. Это не милиция!»

И тут меня словно молнией пронзило! Я вспомнил, где видел эту физиономию. В СИЗО № 1 ГУВД Москвы, именуемом в народе «Матросская тишина». Тогда прежний Михаил Елизаров по пьяни забрал у знакомого парня бумажник с деньгами. Родня пострадавшего заставила того написать заявление в милицию, и Мишку посадили в СИЗО, предъявляя 145-ю статью УК РСФСР «грабёж». И когда Елизарова вели после очередного допроса в камеру, он пересёкся с этим уркой. Арестант замешкался, конвойный грубо толкнул в спину, и бандит ухмыльнулся, продемонстрировав железный клык. Вот этот момент и врезался в память, хотя видел арестанта всего несколько секунд. С тех пор я с ним не пересекался, а сейчас на трассе встретились.

Все это пронеслось в голове за долю секунды. Сзади знакомо мигнули огни подъезжающей машины. Она замедлила ход, притормаживая сзади.

Я рывком открыл дверь и выскочил из машины, нащупывая за поясом пугач. Олег и мнимый сержант повернулись в мою сторону.

— Это не менты, — отчаянно крикнул десантнику: — Жетон!

Олег среагировал моментально. Ряженый злобно оскалился, отшатываясь и лапая кобуру, но больше ничего не успел. Мелькнул крепкий кулак, раздался глухой стук, и «Кабаков», закатив глаза, навзничь рухнул в придорожную пыль. Олег по-кошачьи прыгнул за ним, хватаясь за чёрную рукоять ПМ, видневшуюся из расстегнутой кобуры.

Саня выпрыгнул за мной. Щёлкнула выкидушка, выпуская стальное жало. А я уже разворачивался к подъехавшей «пятёрке». Захлопали дверцы машины, выпуская несколько рванувшихся к нам тёмных фигур.

— Бах, бах, бах, — прогремел пугач в моей руке. Чёрные фигуры притормозили. Одна из них в движении вскинула руку. В лунном свете тускло блеснула воронёная сталь ТТ. Дуло пистолета хищно нацелилось в грудь.

«Вот и всё», — отстранённо подумал я. Тело словно парализовало. Я застыл, подчиняясь неизбежному. И в последний момент крепкая рука ухватила меня за шиворот и отшвырнула в сторону.

ТТ с грохотом выплюнул пулю, сверкнув жёлтой вспышкой. Побледневший Саня медленно осел на асфальт, схватившись за грудь.

— Бах, бах, — ПМ в руках у десантника дважды дёрнулся, и нападающий осел на землю, роняя ТТ. Я, пригнувшись, прыгнул вперёд, подхватывая ствол. Над головой прогремел выстрел, пуля прошла в сантиметре от головы, взъерошив волосы потоком воздуха.

«Получите, суки!» — Упав на бок, я направил ТТ на высунувшуюся из-под «пятёрки» фигуру.

Пистолет в руке дёрнулся, выплюнув жёлтое пламя. Бандит вскрикнул и завалился за машину.

Сзади прогремел выстрел. Олег молнией метнулся под ближайшее дерево. Напарник ряженого стрелял прямо из машины, высунувшись из окна.

В сознание ворвался шум приближающейся машины. Знакомая белая «нива», набрав скорость, резко повернула, столкнув бампером милицейский уазик с обочины. Машина накренилась, опрокинулась на бок, замерла, качаясь, а потом, перекувыркнувшись, полетела с небольшого склона, опрокидываясь на крышу.

Из остановившейся «нивы» выпрыгнул Гурам со «Стечкиным». Ашот остался в машине. Борец, упав на колено, дал короткую очередь по фигурам, скрывшимся за деревьями.

— На хер этот цирк, пацаны, — заорал кто-то из бандитов. — Я на такое не подписывался. Уходим, братва.

Три оставшиеся фигуры, прячась за деревьями, короткими перебежками рванули вглубь леса.

Убедившись, что бандиты скрылись, я кинулся к Саше. Парень лежал на спине, зажимая ладонью растекающуюся под пальцами кровавую кляксу. Осунувшееся лицо товарища покрылось смертельной бледностью.

— Только не умирай, Саша, — дрогнувшим голосом попросил я. — Держись. Мы тебя обязательно вытянем.

— Жалко, — прохрипел товарищ. — Только жить нормально начал. Ты позаботься о моих, если что.

— Позабочусь, — выдохнул я, — но ты не умрёшь. Мы сделаем всё, чтобы тебя вытянуть! Слышишь?!

Поворачиваюсь к подошедшим товарищам.

— Быстро достаём аптечку, накладываем тампон, аккуратно переносим его в рафик, перевязываем уже на ходу. И не стойте столбами. Дорога каждая секунда. Валить отсюда надо, как можно быстрее.

Алекс Шу

Олигарх из будущего 2

Удача любит смелых

Пролог

Три разговора

Среди цветочного сада в широких плетеных креслах сидели двое, наслаждаясь ласковыми теплыми лучами летнего солнца. Мужчина с посеребренными висками и небольшим, уже обозначившимся брюшком, заметно нервничал. Его руки, казалось, жили отдельной жизнью: барабанили пальцами по спинкам, сжимались в кулаки, постукивали по коленям, расстегивали ворот белоснежной рубашки, поправляли складки черных брюк.

В отличие от него, второй мужчина — седой аксакал лет шестидесяти пяти сохранял абсолютную невозмутимость. Он был одет по-домашнему, в простую белую футболку, тонкие брюки такого же цвета и легкие летние тапочки. От фигуры старика веяло спокойствием и уверенностью.

Перед ними на круглом столе стояли два пузатых бокала на тоненьких ножках, наполненных кроваво-красным вином, откупоренная бутылка, тарелочки с нарезанными апельсинами и спелыми гроздьями белого винограда. На крупных плодах прозрачными жемчужинками сверкали в солнечном свете капельки воды, играя всеми цветами радуги.

— Папа, зачем ты разрешаешь общаться Ашоту с этим уголовником и сам постоянно принимаешь его в нашем доме? — раздраженно поинтересовался младший мужчина. — К чему все эти авантюры с перепродажей шмоток? Это плохо закончится. У нас есть своё налаженное дело, мы хорошо зарабатываем, неужели необходимо лезть в эту фарцу? Там быстро можем найти себе неприятностей. А этот урка… Я ему не доверяю. Заступился за Ашота в тюрьме, спасибо. Надо было денег ему дать и вежливо попрощаться. Не нужен он нам. Я недавно узнал, что они в «Арагви» с грузинами подрались. Слава богу, никто заявлять не стал. Грузины за разбитую посуду заплатили, я потом ещё сотку администратору дал, чтобы всё забыл. А представь, если бы менты явились? Нам бы пришлось снова Ашота отмазывать. Или его бы покалечили? Драку спровоцировал этот уголовник. За девку какую-то заступился.

— Ерванд, тон умерь, — в голосе старика явственно прозвучали стальные нотки. — Не забывай, с отцом разговариваешь.

— Прости, — смешался мужчина в рубашке, — но я действительно за сына волнуюсь.

— Я понимаю, — величественно кивнул аксакал. — Но и ты пойми. Ашот уже не мальчик. Он мужчина и сам вправе выбирать друзей. Что касается драки. Внук мне сам всё рассказал. Эти грузины плохо себя вели. Вот и получили. Что же теперь, я своего внука буду под стеклянным колпаком держать? Повторюсь, он мужчина, и должен уметь постоять за себя. И, кстати, деньги Михаилу я предлагал. Тысячу рублей, ещё на первой встрече. Как благодарность, что помог нашему мальчику в СИЗО.