Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

Суана в таких случаях улыбалась и поддакивала, но Гинта чувствовала, что подобные разговоры раздражают приятельницу. Этой красивой девочке очень не нравилось, когда восхищались не ею, а кем-то другим. Гинта заметила, что Суана не любит леса и предпочитает бывать там, где больше народу, главным образом, где больше парней. Юноши охотно заигрывали с ней. Они смотрели на неё так же, как недавно Талаф на площадке для борьбы. На Гинту они смотрели как друзья и подданные – с уважением и даже некоторым благоговением. На Суану они смотрели как мужчины.

Суана часто бывала в замке Саран, где жил со своими родителями Талаф. Возвратившись оттуда, она обычно подолгу ходила томная, загадочно-молчаливая и исподтишка бросала на Гинту какие-то странные торжествующие взгляды, которые придавали её хорошенькому личику довольно глупое выражение. С Гинтой она своими секретами не делилась, зато если в Ингатаме появлялась Мина, старалась незаметно с ней уединиться. Гинта в свою очередь старалась им не мешать. Она не обижалась на приятельниц, поскольку совершенно не нуждалась в их обществе. Все разговоры Мины и Суаны казались Гинте ужасно скучными. Её не интересовало, о чём они трещат, когда остаются вдвоём, но однажды она случайно услышала разговор, который заставил её задуматься. Мина и Суана беседовали на открытой террасе и даже не подозревали, что Гинта стоит на балконе этажом выше. Услышав их голоса, она хотела было уйти, но тут прозвучало её имя, и она невольно задержалась.

– Гинта нисколечко не хочет за него замуж, – говорила Мина.

– Это она сейчас так считает, – досадливо перебила Суана. – Она ещё маленькая дурочка. В таннуме она, конечно, сильна, но в жизни пока что ничего не понимает.

– А ты хотела бы выйти за Талафа? Ну, не сейчас, а…

– Да хоть бы и сейчас, – заявила Суана. – Только его матушка, похоже, намерена во что бы то ни стало сделать его минаттаном. Он и сам не против, потому и любезничает с этой замухрышкой. Но нравлюсь-то ему я. Сомневаюсь, что она вообще кому-нибудь понравится. Это просто несправедливо, когда такая худышка-дурнушка имеет возможность получить такого жениха! Ещё и выгибается!

Суана фыркнула.

– Конечно, она может себе это позволить. Ей же посчастливилось родиться аттаной и наследницей. Она, видите ли, будет и нумадой, и правительницей! Так вообще не должно быть. Это неправильно!

– Почему? – удивилась Мина. – А если у наследника или наследницы есть способности к таннуму? Или, допустим, минаттан женился на нумаде, как Сингир на Хамане…

– Ну, женился на нумаде – это ещё ладно, а вообще… Мой отец говорит, что раньше нумадам запрещалось править мином. У нумада и минаттана разные роли в обществе.

– А если бы и сейчас так было, – не то спрашивая, не то размышляя вслух, произнесла Мина. – Гинта стала бы нумадой, а наследников-то в их роду больше нет…

– Ну и что? В таких случаях собирается совет нумадов и аттанов и выбирает правителя. Если больше нет прямых наследников, ищут среди другой родни. Кровных родственников у Аххана нет, но ведь у Ранха, мужа его племянницы, осталась сестра, а у неё есть дети… Правда, это совсем захудалый род. Даже странно, что Аххан позволил Синтиоле взять мужа из этого дома. Между прочим, иногда вообще к власти приходит другая династия. Разве мало у нас в Ингамарне древних и славных родов? Хотя бы даже род Амарха…

– Ну ещё бы! – засмеялась Мина. – Кажется, сейчас старший в этом роду – Тахун, отец Талафа…

– А что? Не вижу тут ничего смешного. Талаф мог бы стать минаттаном, тем более что он парень умный. Ну а поскольку он влюблён в меня, а я тоже из хорошего рода, то наш брак был бы весьма удачным решением. Да-да, и между прочим, это было бы в интересах Ингамарны… Ну чего ты смеёшься? Какая же ты ехидина!

– Моя бабушка говорит, что не такой уж Талаф и умный и вообще у него ветер в голове. Он уже много девчонок перебрал…

– Он сказал, что я ему нравлюсь больше всех, – запальчиво возразила Суана. – Честное слово, он так и сказал. А эту он вообще ненавидит. После состязаний. Она его чуть не убила! Позавидовала, что он всё на меня смотрел. Наверное, она и вправду хотела его убить…

– Да брось ты! Она просто рассердилась. Чего он задирался? Гинта может сильно рассердиться, но знаешь… Она ведь вообще-то добрая.

– А по-моему, у неё ужасный характер. И главное – она считает, что ей всё можно. Мать Талафа говорит, что она опасна, и нельзя таким власть давать. Хорошая же у нас будет правительница! Между прочим, все родственники Талафа согласны с его матерью, она же умная женщина. Я в их доме часто бываю и слышу всякие разговоры. Эта думает – все её любят, все умиляются! Дескать такая маленькая, а уже столько умеет… А вот и не все! Её многие считают странной. Уже хотя бы потому, что она в этом святилище пропадает.

– Она пропадает там не больше, чем мы с тобой в храме Санты.

– Санта – это одно, а водяные боги и Кама – совсем другое. Почему она хочет служить именно этим богам?

– Так ведь им тоже кто-то должен служить. Иначе они разгневаются, и нам же будет хуже. Ты ведь знаешь, что случилось со страной валлонов, когда они перестали чтить водяных богов…

– Ты прямо так за неё заступаешься, – въедливо заметила Суана. – Тебе, наверное, больше нравится дружить с ней.

– Да нет, – поспешно возразила Мина. – Мне больше нравится с тобой. А Гинта… С ней я тоже не хотела бы ссориться. Она не злая и вообще она ничего, но… Иногда с ней говоришь, а она где-то далеко. А иногда мне с ней даже как-то… страшно… Или…

– А кстати, где она, наша великая аттана, гордость Ингамарны? – насмешливо поинтересовалась Суана. – Поди, опять отирается среди мангартов. Она же таких, как мы, презирает.

«Такие, как вы, только этого и достойны», – чуть не сказала Гинта.

Девочки спустились в сад, их голоса постепенно затихли, а Гинта ещё долго стояла на балконе, переваривая услышанное. На Мину она не сердилась. А Суана… Она и прежде ей не нравилась.