"Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 - Алекс Бредвик

С этими словами подвешенный мужчина попытался приподнять свою руку. Нинь прищурилась, в глазах девушки вспыхнул золотистый свет, который снова лишил его возможности шевелиться, однако перед этим мужчина всё же вызвал небольшой кристаллик из своего Кольца хранения, который свалился на арену.

У Сима немедленно появилось дурное предчувствие; меж тем на поверхности кристалла появилось изображение, и раздался голос:

— И всё же, Правитель Махра…

— Что, Цзянь?

— Почему вы хотите мне помочь? Почему желаете увидеть смерть моей дочери?

— Хороший вопрос! Не каждый отчаянный дракон станет задавать его своему благодетелю.

— Я…

— Всё в порядке; я понимаю, что тебя пожирает тревога, но позволь мне развеять твои опасения: я делаю это ради своей собственной выгоды. Другой на моём месте мог солгать и заявить, что хочет отомстить за Канцлера Золотого Света, ведь именно это ты, вероятно, хочешь от меня услышать. Но у меня есть собственные причины, и ты для меня представляешь обыкновенный инструмент, который я желаю использовать для достижения своих амбиций. Ради этого я готов предоставить тебе необходимую поддержку и что самое главное — возможность нанести удар. Ты согласен?..

— Я…

Шшшш…

…

Запись оборвалась.

Повисла тишина.

Сима пришёл в себя одним из первых и немедленно поднялся на ноги. Его сердце стучало с бешеной силой. Почему Цзянь раскрыл вину Правителя Махра? Вернее, почему он сделал это именно сейчас, а не после, во время допроса?

Он хотел поставить его в безвыходное положение, чтобы у Правителя не было выбора, кроме как исполнить своё обещание…

Взгляд Сима обратился на мужчину в чёрной мантии — единственного Дракона Сакральной Мудрости на расстоянии в сотню тысяч километров.

С виду Правитель Махра казался совершенно спокоен, и лёгкая улыбка держалась у него на губах. В то же время чем дольше ты смотрел на неё, тем сильнее становилось чувство тревоги: его лицо было неподвижным, как маска.

За попытку убийства другого Правителя полагалась смертная казнь. Вина Махра был неоспоримой, а значит у него был только один способ, как ему спастись от справедливой кары: избавиться от свидетелей.

Всех свидетелей.

Реакция Сима приближалась к скорости света, и всё равно он даже не успел пошевелиться, прежде чем зрители вокруг него стали падать на землю; как если бы невидимый жнец в чёрном балахоне махнул своей гигантской косой и забрал сразу десять миллионов душ, — десять миллионов жизней длинной в тысячи, сотни и десятки лет, которые были оборваны в единственное мгновение.

Когда Сима всё же пришёл в себя и вызвал меч и саблю — совершенно бесполезные, в этой битве он был сродни мотыльку на фоне солнца, — он был единственным живым среди моря трупов на трибунах; он бы валялся среди них, если бы не Лу Инь, которая в последний момент возникла перед ним и отразила незримую атаку Махра.

Однако это не значит, что они были спасены. Своим первым ударом могущественный Дракон Сакральной Мудрости просто избавился от всех тех, кто не требовал особенных усилий с его стороны, и между делом уничтожил барьер.

После этого вокруг него остались только противники на стадии Основателя. С ними требовалось немного повозиться, но не более того.

Махра снова приподнял руку. Перед Сима мелькнула вспышка, и появилась Нинь, кончик хвоста которой всё ещё пронзал грудь её отца, удерживая его в метре над землёй.

— Я всегда считал тебя умным драконом, Нинь, — сказал Махра, неторопливо обращая взгляд на девушку. — Если бы не это, избавиться от тебя было бы намного проще; но теперь я вижу, что ошибался. Неужели ты действительно думаешь, что с этим ничтожеством у тебя есть шансы на выживание? — дракон пренебрежительно посмотрел на Лу Инь. — Смешно. Перестань сопротивляться, прими свою смерть, и тогда я обещаю, что сочиню тебе достойную кончину. Например, что твой отец намеревался использовать запретную печать, которая могла уничтожить весь регион, и что ты пожертвовала жизнью, чтобы спасти своих подданных.

Нинь не ответила ему. Краем глаза она посмотрела на своего отца, который потерял сознание, затем на Лу Инь.

— Задержи его, у меня есть план, — сказала дракониха.

Лу Инь нахмурилась, однако при таких обстоятельствах у неё не было времени, чтобы спорить с единственным союзником. Девушка вскинула меч, клинок вспыхнул, и на Махру устремилась лазурная дуга.

В этот же момент Нинь повернулась и посмотрела на Сима. Он хотел спросить, что она планирует делать, как вдруг дракониха оказалась прямо перед ним и приоткрыла свои острые зубы…

Глава 20

Дракон Сакральной Мудрости

Сима не успел даже напрячься, прежде чем острые зубы вонзились ему в руку, — хотя сопротивление перед лицом дракона на стадии Основателя в любом случае было бесполезным.

Как ни странно, особенной боли он не почувствовал. Только слабость, когда его кровь хлынула в горло Нинь, после чего рана на груди драконихи стремительно закрылась, а серебристые глаза приобрели золотистый оттенок.

Закончилось всё настолько же стремительно. Собственно, вся битва пролетала так быстро, что Сима едва успевал замечать происходящие события, не говоря уже о том, чтобы на них реагировать. Нинь вскинула голову, вырывая зубы из его руки, отбросила своего бездыханного, но ещё живого отца в сторону и повернулась к Махра.

Тогда же чёрный дракон заблокировал ударом хвоста лазурную спираль, запущённую Лу Инь, и презрительно усмехнулся.

— Смешно. Однако едва ли можно ожидать большее от создания низшего порядка — всякий дракон на стадии Основателя разделается с этим человеком одним ударом. Ты завела себя бесполезного питомца, Нинь. Хотя перед лицом Сакральной Мудрости даже сильнейший Основатель лишь немногим отличается от полного ничтожества. Перестань сопротивляться, и тогда твоя смерть будет быстрой и безболезненной.

— Чтобы ты мог съесть моё тело целиком, Махра? — сказала Нинь и вскинула руку, образуя посреди воздуха золотистое копьё.

Крепкие пространственные стенки в Мире Драконов не позволяли разрушать границы мироздания и трансформировать законы, а потому в битве важнейшую роль играла чистая разрушительная сила.

Сима почувствовал безумную энергию, заключённую внутри этого снаряда; он был уверен, что, если бы Нинь запустила его, например, в Землю, копьё пробило бы планету насквозь и долетело до луны, и в то же время…

— Смешно, — лениво сказал Махра, останавливая копьё указательным пальцем в нескольких сантиметрах перед своим сердцем.

— Даже дикие звери понимают, когда сопротивление бессмысленно. Ты действительно думала, что сможешь ранить меня этим?..

Нинь прищурилась — и вдруг улыбнулась. В ту же секунду копьё вздрогнуло и разлетелось на тысячи игл, которые устремились во все стороны. Махра на мгновение растерялся, а затем выражение