Развод. Проданная демону - Евгения Медведская

знал о ней и сохранил доказательства. В случае его гибели, Григор узнал бы о предательстве. И тогда они с Номдаром решились на убийство. Иначе Вендра теряла все — статус, богатство, подпитку от тебя. Она бы пошла по миру. Единички бесполезны, даже в слуги берут тех, кто имеет достаточную квалификацию.

— А Далира? — интересуюсь я. — Она не могла помочь правнучке?

— Далира темная ведьма. Без личной выгоды она не помогает. Бесполезная правнучка может быть и не умерла бы с голоду, но поддержка у нее была бы очень скудная, в сочетании с самой грязной работой. Ты же понимаешь, что близки наши злодейки не были. Семья Вендры закрыла для Далиры двери изначально. Пускать такого опасного человека в дом отец твоей мачехи отказался сразу. Так что Вендре не стоило верить в родственные чувства. Она сама должна была максимально хорошо устроиться в жизни.

— Рассчитывала, что получит наследство, — задумчиво говорю я.

— Да, но Григор почти все завещал тебе. Жене оставил минимум.

Я киваю.

— А дальше Вендра металась. Она хотела контроля над Номдаром, боялась, что он по-настоящему привяжется к тебе, а сама она станет лишней. И это могло произойти — ты чудо, которое нельзя не любить. Номдар рано или поздно оценил бы это. Сохранял видимость счастливого брака. Дарил подарки, выезжал с тобой на приемы, уважительно общался. Может быть, не было бы счастья и страсти, и вы бы добирали это иными способами.

— Мне больно это слышать, Дариан. Теперь, когда я знаю, как все должно быть и что можно чувствовать, то не хочу даже представлять другие варианты развития событий. Особенно, потому что в этих мыслях мне приходится выбирать между тем миром, где жив отец, и тем, где мы с тобой проснулись утром на берегу моря.

— Или тем, где твой отец жив, а ты прошла со мной через слияние в чудесный вечер, когда цвели розы и стала законной женой. В том мире, где я никогда не делал тебе больно, никогда не ставил на колени и не издевался.

В голосе Дариана боль.

— Прекрати. Я не просто тебя простила. Когда вернулась моя любовь к тебе, она распространилась на все время, что я тебя любила. Сны, в которых всегда был ты, наконец, подействовали, как должны были — я поняла, как тосковала тогда. Встать на колени перед тем, кого любишь за то, что причинил ему страдания не так уж и ужасно. Я готова делать это снова и снова и не почувствую никакого унижения.

— Как и я, — говорит Дариан. — Тоже готов встать перед тобой на колени и умолять простить меня. Я же не искал причину твоего отказа в чужой магии.

— Я тоже, хотя магия была наложена на меня, но я ничего не заподозрила.

— Так вот, возвратимся к Вендре. Все, что она делала до смерти твоего папы, было очень эффективно и продумано. Повысила магический фон, зельем совратила влиятельного богача, удачно вышла замуж и контролировала тебя, мужа, Номдара. Получала все, что желала. И тут появился я. Знаешь, может быть, Вендра бы не полезла в другие твои отношения, не стала бы мучать себя ревностью к любовнику, не совершала бы импульсивных поступков. Но я — демон. И с женой я бы точно совершил слияние. А значит, ты изменилась бы. Сбросила бы наведенные чары, резко выросла бы в магии и тогда я бы заинтересовался, почему. Да. Слияние дает изрядный рост могущества, но не на столько позиций. Для единички было бы нормально подняться до двойки и почти-четверки, не выше.

— Четверка — это о-го-го какая сила! — замечаю я.

— По сравнению с чем? — спрашивает Дариан и смотрит на меня не мигая.

У меня бегут мурашки по коже. А какой же уровень у меня сейчас?

Шесть с половиной вчера и рост продолжался.

— Дариан…

— Индикатор дома, но мы сходим к Луциану и он все сам проверит своими выскокоточными штуками. Просто дыши ровнее. Да, я думаю, что у тебя показатели выше того, что мы видели накануне.

— Но, если сила растет после слияния, может быть, никто не заметил бы, что она выросла чуть выше нормы?

— Не чуть выше, Кэйри, — с нажимом говорит Дариан. — А несоизмеримо выше. И я бы заинтересовался, как же так вышло, что единичка настолько преобразилась. Начал бы копать и нашел еще один интересный факт. Ты выросла, а Вендра лишилась сил. Заподозрил бы магическое преступление, расследовал его и вскрыл бы кучу других фактов. Жизнь твоей мачехи резко бы рухнула. С грохотом, треском и пылью. Ниточки привели бы к Далире. Поэтому она помогла внучке еще раз — наложив отворот. Мне продемонстрировали твою измену на случай, если бы я недостаточно оскорбился отказом.

Дариан тяжело вздыхает. Я прижимаюсь к нему. Момент очень тяжелый. С учетом того, что у меня было об этом видение, понимаю его. Пропустила через себя.

Мне невыносимо жаль. Брак с Дарианом спас бы моему отцу жизнь. Я бы никогда не испытала всех этих потрясений. Просто была бы счастлива.

Любимый вздыхает и продолжает:

— Я ушел из твоей жизни, а тебя выдали за Номдара. И тут тоже есть логика. Вендра испугалась выдавать тебя замуж за кого-то, кого не контролировала. Во-первых, мало кто был вхож в дом, во-вторых, никто не захотел бы переходить мне дорогу. В-третьих, ей показалось, что получается неплохо. Она — с Григором, Номдар — с тобой. Сами они изредка встречаются, у них же чувства и кое-какие совместные аферы. Ты под колпаком. В любой момент можно получить к тебе доступ, исправить чары. Удобно.

— Но потом они с Номдаром попались на измене, мой папа был убит. Вендра испугалась, что муж предпочтет со мной честный, пусть и холодный брак.

— Думаю, что она хотела сама выйти замуж за Номдара, чтобы получить доступ к богатству твоего отца, но ты пришла просить у меня помощи и дальше наши злодеи совершали одну ошибку за другой, пытаясь прикрыть прошлые преступления. Их сводила с ума мысль о том, что я верну твою любовь, проведу через слияние и докопаюсь до сути. Как и вышло в итоге.

Дариан вдруг обнимает меня.

— Кэйри. Я не могу пережить то, что тогда сделал. Ты пришла настолько раздавленной, в тебе было столько горя и боли. А я… Я чувствовал только обиду и гнев. Там, в моем кабинете, мне казалось, что ты отключишься от шока. И в кафе. Вся ледяная была. Я взял тебя на руки и все знал, все чувствовал… Так хотелось