Студент - Александр Куринь

Кацуба взглянул на меня и что-то решив, предложил,

- Тамара Сергеевна, здесь со мной Саша Сиверинский, мне кажется, он вполне справится, его английский на очень приличном уровне. Поверьте, все выйдет не хуже, чем у ваших преподавателей.

Секретарша, с нескрываемым недоверием окинула меня взглядом и скрылась за дверями кабинета. Через минуту, они широко распахнулись и Тамара Сергеевна, жестом, пригласила всех войти. Вежливо пропустив гостей, мы зашли в просторный кабинет с двумя большими фикусами по углам. Ректор, встал из-за массивного стола и сделал несколько шагов на встречу. Представившись, он внимательно посмотрел на меня, мол, давай, парень, не подкачай. Я перевел все сказанное и уставился в глаза черноусому, который показался мне главным. Тот все понял и взорвался в ответ такой длинной и ломаной фразой, что у меня аж зубы заныли. Если кратко, то его звали Насиб Аль-Бируни, а вот какая была фамилия его спутника я так и не разобрал. Насиб сообщил, что работает атташе по культуре посольства Йемена в Москве и очень рад, что его земляки будут учиться в таком красивом и зеленом городе.

- Еще бы, после их пустыни здесь и правду рай, - подумал я, а сам все прислушивался к фразам, которыми между собой обменялись мои подопечные.

К счастью, это был тот же серо - месопотамский диалект, которому меня три долгих года обучал Абу Халид. Я с облегчением вздохнул, расправил плечи и поприветствовал наших гостей в соответствии с лучшими традициями арабского востока. Имею в виду, с упоминанием всех положенных святых из Корана. После чего спросил, что бы они хотели обсудить с нашим руководством.

Когда я обернулся к обеим профессорам, то увидел на их лицах такое выражение, словно они только что осознали все величие и гениальность знаменитого квадрата Малевича. Первым, в реальность вернулся ректор. Он сделал вид, что все идет по плану, а я и есть тот самый долгожданный переводчик от МИДа. Кацуба, молча наблюдал, словно размышляя, чего же еще можно ожидать от его студента и соавтора.

Общая часть переговоров продолжалась не долго, и минут через десять, мы в сопровождении проректора по хозяйственной части, направились к корпусам общежитий. В одном из них и будут проживать двенадцать будущих строителей йеменского социализма. По дороге, мои арабы глядя по сторонам, засыпали нас множеством вопросов, сверяясь с какой-то своей бумажкой. Судя по их реакции, ответами они были удовлетворены, равно как и бытовыми условиями в общежитии. Я же вспомнил одну пикантную историю из прошлой жизни, закончившуюся дракой, которую затеяли ребята из параллельного потока, изрядно наваляв своим арабским соседям.

Согласно установкам, спущенным сверху, в четырехместной комнате селили двух наших студентов и двух импортных, собственно, как это и было в ситуации с Алико и Мишкой. Все это делалось с целью укрепления интернационализма и дружбы между народами. Как правило, сокоешники, обзаводились собственным комплектом посуды и обязательным чайником, ведь попить горячего, сладкого чая перед сном – дело святое, особенно если пива уже не на что купить. Через некоторое время, наши земляки заметили, что их сирийские друзья уж слишком часто выбегают в коридор с общим чайником. Проследив, они с удивлением выяснили, что бегали арабы вовсе не на кухню, а в туалет, где в соответствии с арабскими традициями, нарезанной газеткой не пользовались. И как прикажете после такого, распивать чаи из этой, ставшей не кошерной посуды? оказщался закономерен, набитые морды представителей третьего мира и приобретение отдельного чайника. Ну а на том, старом, ребята нацарапали всем знакомую букву "М". И что это значило – Мужики или Мудаки?

Через час, всем удовлетворенные, высокие переговаривающиеся стороны распрощались. Арабы, обо всем договорились, узнали все что хотели, а наш проректор выполнил задачу поставленную руководством. Лишь работу скромного третьекурсника, отмечать никто не собирался, хотя, думаю, что оценили.

Моя встреча с ректором так и не состоялась. Видать, тот в ней уже не видел нужды, так как свое сложил и дал добро.

В этом году, как-то совсем незаметно приблизились новогодние праздники, а в моей работе возникла не запланированная пауза, связанная с тем, что монтажный участок все не успевал собрать установку дефектоскопа. Временно свободная от глобальных вопросов голова, вернулась к мыслям о налаживании межличностных отношений или если сказать проще - как лучше всего отпраздновать наступающий Новый Год со своими товарищами.

- Отпраздновать как обычно, впятером, в нашей уютной комнатке, а затем до трех ночи сидеть в ожидании программы зарубежной эстрады? Нет, все это было не то, а как же быть с остальными?

Вот что-то такое меня цепляет за душу, какая-то умная мысль робко просится наружу, а ей чего-то не хватает. Я наверняка это знаю, но как обычно забыл.

- Вот вспомни, как в последние годы у нас проходили новогодние молодежные гулянья? Уж точно не с салатом Оливье в тесных квартирках, где и весь коллектив усадить негде. Похоже, это оно и есть, почему бы не попробовать?

На следующий день я поделился своими мыслями с неформальными лидерами группы и был полностью ими поддержан. Более того, загоревшись новой идеей, ребята и сами принялись подбрасывать одну интересную задумку за другой. Если кратко, то я предложил отпраздновать Новый Год на свежем воздухе, у стен нашего общежития, с елкой, музыкой и шумными гуляниями.

Оргкомитет сформировался стихийно и меня, как автора идеи поставили во главе. Опыт у меня имелся, насмотрелся в свое время на такое. Здесь главное - обязательно установить елку, причем не какую-то комнатную, а уличную, метра под три, а еще, заручиться согласием коменданта общежития. Со второй задачей прекрасно справились наши активисты, обозвав все это мероприятием и оформив решением комсомольской ячейки группы, а затем и факультетского комитета. Сам же я принялся за старое, за изготовление елки.

Понятно, на пятнадцатиметровую сосну, такую, какая уже неделю возвышалась над главной площадью города, мы не замахивались. Не рубить же нам вековые ели из-за одного вечера, да и подъемного крана у нас не было. Нам на помощь пришла старая школьная придумка и электродрель. Ребята притащили четырехметровую оглоблю и тщательно ее ошкурили. Затем, я насверлил в ней нужное количество отверстий, куда мы и вставили ветки из неликвидов ближайшего елочного базара. Торговцы, были лишь рады когда мы предложили прибрать их свалку. Все получилось неплохо, пушисто и по богатому. Пока мы суетились с главным символом праздника и занимались вопросами убранства, к нам с расспросами подходили и студенты