Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

— Смогут, — вмешался я, делая строгие знаки сталкерам — мол, только пикните.

— Ну вот и отлично, — обрадовался проф, — простите, моя флэшка… ага. И коготь, с вашего позволения. Выводы позже.

Когда ученый ушел, Гоблин меня спросил:

— А че с белорусами? Вы тоже завтра поедете?

— Нет, Миша, это они пусть ждут нас завтра. А мы поедем к ним с визитом послезавтра, пусть помаринуются.

— А… И мы?

— Как же без вас, ребята.

— Дипломатия будет? — ухмыльнулся Лунев.

— Стрелка, — коротко пояснил я.

— О! Это дело! — искренне обрадовался Гоблин. — По понятиям! На такое нас сфаловать влегкую, вспомним молодость, да, Кастет? — и тут же добавил другим тоном: — Командор, я че хочу сказать… ствол-то добытый… Прихвати патронов к нему, а, я вот и бумажку принес. А то…

— Возьму сегодня, — улыбнулся я. Не знают, что я им припас в конце разговора.

— И это! — влез Кастет. — Я вот тут подумал, с механиком посоветовались… Трофейный «запор» ушастый. Мы же вдвоем с ним сможем быстро его на ход поставить. Если отдать «запор» Кордону? Им там без машины никак. Это можно?

— Разумно, ставьте на колеса, отдадим, — согласился я, немного удивившись — каким боком старинная советская машина ассоциировалась у Кости с прошедшим разговором?

И, уже в спину уходящим, сказал:

— Да! Забыл совсем. С нами мои нукеры поедут. Пусть осмотрятся, проникнутся, пусть привыкают. А то решил я, что вам из них сталкеров делать пора. Будем расширять группу.

Доехали быстро.

Именно такую установку я дал колонне из двух машин — дел до черта.

Сам ехал в машине сталкеров, которую изобретательный Лунев ласково называл Шнюшей, на переднем пассажирском. Позади периодически взревывала догонявшая нас «шишига» с ДШК в кузове. В кабине грузовика рядом с водителем сидит Гонта, в кузове под тентом, растянутым на треть, — мои хлопцы и два бойца первого взвода — он сегодня в мангруппе. Возле останков пещерника чуть притормозили. Искренне обалдев от размеров, я сделал фотки уже для себя, и мы помчались дальше.

Вот и завал.

Шнюша бодро подскочила к завалу, стала метрах в пятнадцати. «Шишига» остановилась в пятидесяти, развернулась тылом. Я вышел из машины, отошел от нее влево, рядом встал Гонта, весь супернарядный, даже наколенники есть. Гоблин тоже вышел, ушел вправо, одной лапой держа ДПМ. Лунев остался возле машины, встал у двери с «калашом». Мои парни выскочили из кузова «шишиги», растворились в траве по обеим сторонам.

Тишина. Спят, бездельники. Конечно, жилье-то не тут.

— Начинаем? — спросил прапор.

— Давай.

Гриша дал приказ, чуть наклонившись к левому плечу, в «шишиге» приняли.

Ду-ду-ду-х-х-х!!!

ДШК прогрелся, проснулся, недовольно заворочал стволом по сторонам от завала: «Ну, че? Вы где тут, суки?» Чуть в стороне от машины на землю неспешно улегся ДПМ, расставил сошки, осторожно покосился на старшего брата: «Че, я тоже стрельну, или как?» ДШК скрипнул, «младший» все понял и замер, тупо уставившись на обрез завала.

Реакция последовала: среди веток показалась шалого вида белобрысая голова с двустволкой рядом.

— Э, бое-ц! Отставить смотреть оленем на старших! — рявкнул Гонта. — Бегом командира сюда, делегация приехала.

Голова все поняла, внимательно оглядела окрестности, оценила диспозицию и побежала жаловаться старшим. Ждали недолго: звук у ДШК знатный, поди, там полная тревога случилась. Появился.

— Этот? — вполне в бандитском духе крикнул я Гоблину, когда хлыщ в чистеньком пиджаке в елочку спустился с небес на грешную нашу Землю-2.

— Тот самый, у него еще стекла в нагрудном на клифте! — заорал многоопытный Гоблин.

Хлыщ дернул глазами вниз и очков доставать не стал.

— Говори спокойно, в карманы не лезь, перед тобой Самый Главный, — тихо и очень убедительно сказал ему сбоку улыбающийся прапор. Ну и банду же я взрастил, в который раз думаю. Кастет от машины весело помахал рукой кому-то в бревнах.

Представитель замер.

— Я — Сотников, — объявил я ему в лицо. — Если ты тут давно и если ты хоть чуть-чуть интересовался, чем живет этот мир, то ты про меня слышал. Если же нет, то твоя третья ошибка зачтена.

Представитель открыл рот.

— Подождите, господа, это почему вы в таком тоне, зачем тут такие пушки, я ведь…

— Теперь так, — прервал я его. — Вторая ошибка. Вы можете жить, как хотите, это ваши хотелки. Но. Эта дорога построена не вами, не для вас и никогда не будет никем перекрыта. Это — магистраль, и она призвана связывать людей. Никто не перекрывает магистраль. И мы не перекрыли. Поэтому к завтрашнему утру тут не должно быть ни веточки — проверим. Если ты не согласен, ДШК разберет твой детский конструктор прямо сейчас. Ответ дашь в конце и всего один: «да» — «нет». Так. Мои машины будут тут ездить как захотят, куда захотят и сколько захотят… И вот тебе первая твоя ошибка! Вас никто не собирается завоевывать или порабощать, на хрен вы нужны, такие строители. Однако есть у нас большое подозрение, что ты — самозванец, поработивший или запугавший всех остальных и воплощающий тут свои наполеоновские мечты…

Мужик сглотнул слюну, вытер руки о штаны.

— Потому что не может быть такого у белорусов! Потому что они наши братья, без старших и младших, и мы их знаем! Знаем, ты понял!!!

Он поплыл. Это он проглотил, все, ломается. Значит, жмем дальше. И я продолжил почти шепотом, очень доверительно:

— Видишь, я говорю пря-амо… Честно, в лоб. И мы это дело проверим, да? Если все остальные думают то же самое, что и ты, мы скажем «гудбай» — и на этом аллес. Приезжайте просить помощи, как только поумнеете и поймете, куда вы попали. А проверим мы так. Сейчас к тебе пройдет один наш человек. Всего один. Вот он, — я показал на прапорщика. — Все очень просто. Ты соберешь людей, он будет молчать. Ты покажешь ему протокол собрания, где все демократично. Он зачитает людям резюмирующую часть и просто спросит: «Это так?» И все! Ты меня понял? Вот и хорошо. А теперь отвечай.

— Мне нужно пять минут.

— Хорошо, ждем. Ты же не фокусник? Ты же не будешь ждать спецназа на танке?

Он вернулся через семь. Тихий.

— Мы хотим уйти.

— Сколько вас уйдет?

— Четверо.

— Хорошо. Свободен. Один час тебе уйти без глупостей и без крови, преследовать не будем.

Когда хлыщ скрылся за завалом, я вытащил платок и вытер лицо. Сесть бы надо.

— Прапорщик, остаешься со своими людьми и моими парнями. Гоблин с тобой, берите завал под себя. От «лесников» свяжусь с замком, пошлю сюда Бероева с людьми