Этногенез-3 - Максим Олегович Дубровин

Он едва удержался от соблазна, потому что понимал — надеяться можно только на себя.

Хотя… Написать Дуровым?! Он их не видел пару лет, но…

Нет.

Ник едва не шлепнул себя левой рукой по правой, тянущейся к клавиатуре.

Только на себя.

…Хесус был на седьмом небе от счастья. Ник выдал ему весь график операций по счету за последние два года. Цифры как цифры, но для Хесуса они значили что-то значительно более важное. Он хлопнул Ника по плечу и отослал обратно во «внутреннюю зону», а вместе с ним отправил специального человека с полной сумкой еды.

Бад изумился, когда Ник выставил бутылку хорошей текилы, свежие овощи, жареное мясо, еще теплые и мягкие лепешки, холодное баночное пиво… Похоже, он заподозрил нечто нехорошее, но Ник тут же объяснил ему — все нажито честным и непосильным трудом.

Ну, положим, не таким уж честным и не столь уж непосильным…

Опомнившись, Ник сбегал и пригласил Куаутемока. Однако мексиканец вопреки ожиданиям отказался.

— Я отвык от такого, — сказал он, покуривая свою «Монтану». — Если будешь так добр, то оставь мне немного текилы и баночку пива. Излишества вредят здоровью.

Вернувшись, Ник плюнул на все и предался чревоугодию, после чего страдал всю ночь. Видимо, Куаутемок был прав — желудок довольно быстро отвыкал от хорошего…

За следующую неделю Ник еще несколько раз приходил в комнатку с раскладным столиком. Некоторые задания Хесуса были простыми донельзя — переслать фотографию голого пузатого латиноса в объятиях двух голых же трансвеститов на несколько адресов с фальшивого ящика. Написать какую-то гадость на испанском языке на рекламном экране в Мехико. Иные — сложнее, типа взлома счетов или сайтов. Но ничего экстраординарного. Ничего, чем Ник мог бы гордиться или о чем сожалеть. Они с Бадом начали хорошо питаться, являя предмет для зависти со стороны других заключенных. Ник не мог понять одного — почему бородач попросту не переселит их из «внутренней зоны» в административное здание. Так было бы удобнее во всех отношениях. Но у Хесуса была своя философия, весьма извращенная и сложная, которую Нику постичь не светило.

Походы туда и обратно тем не менее приносили свою пользу.

Ник фиксировал расположение вышек, автомобилей, повадки часовых, то, как открываются и закрываются ворота, где под забор подкапываются свиньи, регулярно удирающие за территорию… Завел знакомства с парой охранников, более-менее болтавших по-английски и понимавших, что у босса с «этим русским» отношения не такие уж простые. Один из них, Джонатан, пацаном снимался в эпизоде фильма Сергея Бондарчука «Красные колокола» о мексиканской революции 1910–1917 годов. Роль была несложная, пробежать туда-сюда, но Джонатан вертелся на съемочной площадке и даже выучил несколько русских слов, преимущественно матерных.

Все складывалось здорово, и на землю с небес Ника регулярно возвращал лишь Бад.

Он напоминал, что вообще-то Хесус работает на подполковника, и если Магальон в один прекрасный день решит их проведать и ускорить события, все рухнет.

Ник и сам это понимал. Но вкусная еда и благосклонное отношение бородатого Хесуса усыпляли инстинкт самосохранения.

Первый звоночек прозвенел, когда Хесус приехал разъяренным. Он вел себя не так, как обычно, и даже пихнул Ника кулаком в спину. Что за проблемы у бородача, Ник не смог узнать, но убедился, что все добродушие хозяина Каса-дель-Эскория — показное.

— Нужно отсюда валить, — решительно сказал он Баду, в очередной раз, вернувшись в свою клетушку.

— А я давно говорил, — согласился бывший инфотрейдер. Период «непробиваемого» пессимизма у него прошел вместе со смертью злополучного Фелипе. А потом Бад еще немного отъелся на дарах Хесуса и теперь смотрел на жизнь вполне сносно.

— Из «внешней зоны» сбежать значительно проще. Вопрос в том, как нам попасть туда втроем.

— Втроем?! — Бад вытаращил глаза. — Не понял… Я вижу тут только меня и тебя. Кто третий?

— Куаутемок, — коротко ответил Ник.

— Что за фигня?! — Бад вскочил с койки. — На черта нам этот старый хрен?! Он сидит тут за дело, у него небось на руках крови больше, чем в Яузе нефтепродуктов! С какой стати я должен ему помогать?

— Потому что он помог мне. Нам, — поправился Ник.

— Мне он не помогал. Тебе — да, наверное. Но это не повод… К тому же ты еще не спрашивал у старика, хочет ли он вообще отсюда убраться. По-моему, ему здесь нравится. Сядет задницей на травку и курит. Чем не дом престарелых? Только старух не хватает, да ему вроде и не надо.

— Ладно, я спрошу, — сказал Ник и ушел, оставив Бада чрезвычайно сердитым.

Куаутемок поначалу и в самом деле отказался.

— Я для вас обуза, — заявил он, как всегда, улыбаясь. — К тому же даже вдвоем выбраться отсюда вам будет очень трудно. Не хватало еще таскать за собой мою дряхлую тушу.

— А как насчет того, чтобы обуть Хесуса?! — хитро прищурившись, поинтересовался Ник.

Куаутемок даже выронил окурок сигареты.

— Ты хитрая бестия, — заметил он. — Знаешь, чем меня уесть. Да, обуть Хесуса — это красиво. Дорого я дал бы, чтобы увидеть его отвратительную рожу, когда он узнает, что меня здесь больше нет. Если получится сбежать живым, я буду слать ему телеграммы каждый день!

— С радостью отправлю за тебя парочку из Москвы, — пообещал Ник. — Пусть поломает голову.

Но все упиралось в невозможность попасть во «внешнюю зону» втроем. Даже Бада протащить туда было сложно. Раньше Хесус вызывал их вместе, но потом стал таскать лишь Ника по своим делам, а про Бада словно забыл.

Требовалось срочно сочинить правдоподобную историю.

И ее придумал хитроумный Куаутемок.

— Хесус жаден, — сказал он. — Жаден, но умен. Иначе не я сидел бы в его личной тюрьме, а он в моей. Видит Иисус, я обращался бы с ним куда более учтиво…

— К делу, — перебил Бад, которому мексиканец по-прежнему не нравился.

— Хесуса можно обмануть деньгами. Моими деньгами, — значительно произнес Куаутемок. — Я скажу ему, что есть старые счета. Куда я клал деньги, еще когда находился на свободе и ездил на своем белом «роллс-ройсе» с девочками. Я скажу, что на старости лет хочу уехать куда-нибудь в деревню и там на свежем воздухе провести последние годы жизни. За это я готов отдать ему все деньги.

— В чем фишка? — спросил Бад.

— Я совру, что не помню пароли, чтобы перевести деньги со своих счетов на счета Хесуса. Я стар, меня часто били по голове…

И Куаутемок подмигнул.

— Допустим, это поможет нам с тобой пройти во «внешнюю зону» и в административное здание, — задумчиво