Истинная на сдачу, дракон в комплекте - Ника Калиновская

окружающими. Если бы она была обычной горожанкой, пусть даже из зажиточной семьи, её манера держаться отличалась бы. Но если моя собеседница из знатного рода… Тогда это многое объясняло.

И если мои догадки верны, то она либо сбежавшая наследница, либо, что хуже, жертва похищения. А если её ищут… Это может принести мне немало неприятностей.

Я качнул головой, отгоняя ненужные мысли, и решил подойти к разговору осторожно.

— Послушайте, госпожа, — заговорил я ровным, вежливым тоном, чтобы не спугнуть её, — у вас, должно быть, есть семья? Родственники? Кто-то, кто вас ищет?

Девушка встретила мой взгляд без малейшего замешательства, скрестила руки на груди и совершенно спокойно ответила:

— Нет.

Я нахмурился.

— Позвольте уточнить. Вы хотите сказать, что у вас вообще нет семьи? Ни родителей, ни братьев, ни сестёр?

— Здесь — нет.

Мне это не нравилось.

— Хорошо… А друзья? Опекун? Кто-нибудь, кто может подтвердить вашу личность?

Она лишь пожала плечами, словно этот вопрос не имел значения.

— Никого.

Это начинало раздражать.

— Тогда, быть может, вас похитили? Ведь вы не могли попасть на невольничий рынок по собственной воле.

Незнакомка вдруг усмехнулась, но её усмешка не была весёлой.

— Добровольно⁈ — переспросила она, качнув головой. — Конечно, нет!

Я ждал, что она скажет что-то ещё, но моя собеседница лишь поджала губы, всем видом показывая, что разговор для неё закончен. Я тяжело выдохнул.

— Хорошо, тогда хотя бы назовите своё имя.

— Александра, — ответила после небольшой паузы.

— Что ж, госпожа Александра… — медленно произнёс я, вглядываясь в её лицо, пытаясь уловить хоть какую-то эмоцию. — Тогда расскажите, как именно вы оказались на невольничьем рынке?

Я всё ещё внимательно смотрел на девушку, ожидая ответа, но прежде чем она успела что-либо сказать, в холле появился Орлин. Мой слуга улыбался так, будто приглашал нас не к скромному трапезному столу, а на званый обед с изысканными блюдами и редкими винами.

— Господин, обед готов, — с гордостью объявил он, будто лично приготовил его из лучших продуктов.

Я прикрыл глаза и сдержанно выдохнул. Отказать было невозможно — бобовые быстро застывают, а их лучше есть горячими. Да и спорить с Орлином бесполезно, когда дело касается еды.

Я перевёл взгляд на Александру.

— Пойдёмте, — кивнул я ей, понимая, что расспросы придётся отложить. Хотя, признаться, легче мне от этого не стало. Она, конечно, представилась, но ясности в её истории не прибавилось.

Этот разговор ещё не окончен.

Глава 4. Знакомство с жителями поместья

Александра

Я едва сдержала ухмылку, когда этот аристократишка вдруг решил устроить мне допрос.

— Послушайте, госпожа, у вас здесь есть семья? Родные? Близкие? — голос его был ровным, но я чувствовала: за внешним спокойствием скрывается настороженность.

Я пожала плечами и неопределённо махнула рукой.

— Здесь нет… — ответила я уклончиво, старательно избегая подробностей.

Возможно, он пытался найти выход из сложившейся ситуации. К примеру, если бы у меня здесь были родственники, они, вероятно, могли бы возместить ему затраченные средства, а может, даже приплатить сверху — за спасение любимой дочери, сестры, жены или племянницы (нужное подчеркнуть).

Но, увы, нищему герцогу и тут не повезло. Моё молчание, судя по всему, не устроило мужчину, потому что после паузы он уточнил:

— А имя у вас хоть есть?

А вот теперь юлить не получится. Я слегка прикусила губу, размышляя, насколько моё имя может выделяться среди здешних. Но, в конце концов, выбора у меня не оставалось.

— Александра, — честно призналась я, пристально глядя на своего нового «хозяина».

Надеюсь, в этом мире встречаются такие имена… Герцог явно собирался продолжить допрос, но прежде чем он успел открыть рот, в дверях появился Орлин.

— Господин, обед готов, — торжественно сообщил он.

Я успела заметить, как лицо его «господина» на мгновение исказилось досадой — очевидно, появление слуги оказалось некстати. Но вместо того чтобы отложить разговор и просто уйти, этот аристократ неожиданно обратился ко мне:

— Пойдёмте.

Он развернулся и двинулся вперёд, явно ожидая, что я последую за ним.

Я чуть замешкалась, но все же поспешила за мужчиной. Да и честно говоря, запах еды, который начал пробираться из столовой, был слишком заманчивым, чтобы отказываться.

Мы прошли по пустому, но достаточно чистому коридору. Видно было, что хоть в этом доме и царило запустение, кое-кто всё же следил за порядком. Наконец мы добрались до столовой. Когда-то, наверное, она выглядела великолепно, но сейчас казалась скорее бледной тенью своего прошлого. Зато солнечный свет, пробивающийся сквозь большое окно, всё ещё придавал ей уюта.

На небольшом столе ютились две тарелки. Я осмотрела нашу компанию, быстро прикидывая расклад. Нас трое. Кто-то не будет есть? Моё внимание невольно переместилось на Орлина. Если пригласили меня, значит, по идее, накормят. Герцог тоже не походил на того, кто добровольно откажется от обеда. Значит…

Я уже открыла рот, чтобы спросить, но старик сам поспешил объяснить:

— Я поем на кухне, госпожа. А вы всё же как ни как… гостья.

— «Ага, гостья за десять медных монет», — хмыкнула я про себя.

Тем временем хозяин сего поместья уверенно направился к столу и занял место во главе, откинувшись на спинку стула. Некоторое время он просто смотрел на стоявшую перед ним тарелку с бобами, будто бы оценивая её или, возможно, мысленно приправляя воображаемыми специями. Затем его взгляд переместился на меня, и он небрежно указал на второй стул рядом с собой:

— Присаживайтесь.

Я замерла, не торопясь выполнять это распоряжение.

Вся сцена казалась мне подозрительной — два стула, две тарелки, а Орлин, который явно должен был быть третьим за этим столом, вдруг решил есть на кухне. Похоже, он просто уступил свое место мне. И почему-то это вызвало у меня неловкость.

Я сглотнула, почувствовав, как от напряжения сжался желудок, но потом, прежде чем успела хорошенько обдумать ситуацию, из меня само собой вырвалось:

— Я тоже поем на кухне.

Только сказав это, осознала, что сейчас нахожусь далеко не в том положении, чтобы привередничать. Оба мужчины удивлённо уставились на меня, словно я только что заявила, что питаюсь солнечным светом и чистым воздухом.

Первым пришёл в себя зануда-герцог. Он вдруг встал, бесшумно подхватил свою тарелку, затем мою, и не сказав ни слова, направился к выходу. Я даже не сразу поняла, что происходит. Орлин, кажется, тоже был озадачен. Он только приподнял брови, провожая взглядом своего господина, а потом перевёл его на меня, явно ожидая, что я всё-таки передумаю.

Но хозяин особняка уже достиг двери. Остановившись на пороге, он слегка повернул голову и спокойно спросил:

— Ну, вы