Демон прет на TV - Алевтина Ивановна Варава

— Это почти всё жидкость, — кивнул врач.

— Вы хотите, чтобы я занима… лась спортом?

— Лечебная гимнастика обязательно даст результаты.

— И чулки? — Если бы я не переселился в тело земной твари, на этой фразе следовало бы выдохнуть дым. Может, вейп прикупить?..

— Компрессионные чулки помогут сдержать разрастание. Однако изготовление их под ваши индивидуальные особенности не покрывает полис обязательного медицинского страхования.

— Мне нужно будет самой купить чулки, и всё пройдёт?

— Потребуется много лет усиленной работы, однако…

— Доктор, вы не могли бы мне передать телефон с зарядки? — вкрадчиво попросил я. — Зина очень неудобно его положила.

Глава 18

Генка стал б/у

— Ой, Люд, тут теперь надо ещё историю найти, чтобы снимать. Так-то бюджет потрачен, так что мы только за. Но нужна история. Вы ж вроде поняли, что почём, — откровенно заявил Лёха, чуть понизив голос, и его ноги затопали куда-то подальше от чужих ушей.

— И что, Генка-ловелас совсем отказался? — понурился я. — Давайте я с ним поговорю, может?..

— Не, Генку мы сняли в четверг на той неделе, — выдал Лёха внезапно. — У него с бывшей женой такой замут навороченный, мотор — бомба, в ближайшее время должен пойти, там вообще второй частью попахивает. Только теперь Генку с вами снимать нельзя, а то зритель решит, что у нас актёры.

— Вы променяли морду коня на замут с бывшей женой⁈ — опешил я.

— Люда, у нас съёмки по графику, — отрезал Лёха. — Пустые командировки смерти подобны. Надо было выкручиваться. А бывшая Генки их сына в погребе запирала, и он у неё в девять лет читать не умеет. Там нормальная история, крикливая: даже драка была в студии. У вас проблема зрелищная, но мы её на сорок минут в эфире не растянем. Нужна история.

— Меня тут собрались лечить физкультурой и чулками, — поделился я. — Чем не история?

— Не, на Минздрав мы не наезжаем, они знаете, как нам помогают с другими героями! Да и вы в курсе-то сами разве, как вас лечить надо? — парировал Лёха. — Вы же не врач.

— Они меня хотят домой выслать!

— Вот, — пафосно отметил продюсер. — А я с частной клиникой о реабилитации договорился, флеболога отличного нашёл. Зря вы отказались.

— Звоните флебологу. Я что-то придумаю сейчас, — расправил плечи я.

— Нет, Люда, — засопел в трубку Лёха. — Придумывать нельзя, у нас реальные истории.

Я закатил глаза скафандра.

— Сейчас что-нибудь вспомню обязательно, — послушно поправился ваш покорный. — И наберу, а вы звоните флебологу.

— Его уже другая бригада на свой мотор утащила, чаще раза в месяц одного и того же эксперта нельзя. Но я нового найду, не парьтесь. Была бы история. И это, — замялся Лёха, — подгадайте там, чтобы мы вас из Перми вывозили, пожалуйста. Без парома.

Глава 19

Реинкарнация Торквемады

Думать категорически помешала реинкарнация Торквемады, к которой Людочкины телеса свезли санитары. Нет, серьёзно, надо отправить запрос на проверку, не вылез ли старина Томас в очередь на перерождение каким хитроумным макаром. Если нет, то этот Сергей — потомок, каким-то ветром перемен занесло горячую испанскую кровь в Россию! Вот вам товарный знак конкурентов!

Маскировал Торквемада свою деятельность дверью со лживой табличкой «Лечебный массаж». Я не эскулап, потому по поводу слова «лечебный» спорить не буду, мало ли. Но «массаж» остро требовал какой-то замены.

«Лечебные пытки», «Лечебные экзекуции», «Лечебные превентивные покарания» — так стоило бы именовать, чтобы пациент мог морально подготовиться. Вообще, я привычный, всякое за пять сотен лет бывало. Но в столь несовершенном и сверхчувствительном скафандре не сдержался и орал матом, отнюдь не благим.

Короче, Сергей каким-то приспособлением вроде набора скалок на крепежах, зацепил Людочкины нервные окончания (антинаучно — да, но фактически так) и взялся гонять их вдоль проблемной зоны. А зона, не побоюсь напомнить, у Людочки о-го-го.

Сергей Томасович этот мне все мозги в кашу перемолол, хотя работал с ногами! Я после него не то что сочинять историю… Если это цикличные манипуляции, то надо мне какую брошюрку йогов затребовать, практиковаться отключать сознание.

А тут, наконец, и мамка Людочкина на перекладных добралась до Перми и заявилась проведывать, вся такая взволнованная.

Глава 20

Чудеса в решете

— Что-то ты, Люда, бледная.

— Можешь купить пособие по экстремальной йоге? — перебил я, вытирая лоб. Пот обильно выступал там уже полчаса, хотя процедура кончилась — видать, лишнюю жидкость Сергей Томасович очень странной дорогой решил выводить наружу. То-то и ощущение было, что жопу на глаз натягивают.

— И говоришь ерунду, — завздыхала мать. — Все сбережения наши ушли, чтобы к тебе приехать. Надолго это лечение?

Я прикинул, сколько такой грузовой кузов надо через поры на лбу выдавливать, и загрустил.

— Мне тут жить негде, и куры, опять же, некормленые. Ещё и сарай обнесут, как пить дать. Я вещей привезла и обратно поеду, уж не злись. На гостиницы не наоткладывала. Если что-то срочно понадобиться, так ты Димку проси, он же как раз в Пермь перебрался, помнишь?

— Какой Димка? — ловя градины пота наволочкой, уточнил я.

— Ну так муж твой, Люда! Он же прабабку как схоронил, тут как раз и живёт. Уж привезёт, что надо, если попросить вежливо.

Я воззрился на мамку широко распахнутыми в этот удивительный мир людей очами и начал приоткрывать рот, но солёная завеса пота перекрыла смутную видимость.

Глава 21

Муж Димка

— Ты почему… про мужа продюсеру не сказала? — отплёвываясь солёным, выдохнул я (ну точно надо вейп покупать, вообще без дыма не те ощущения).

— Так вы ж уже не живёте сколько! — удивилась мать Людочки. — Он тут при чём?

— А Гена-квартирант при чём⁈ — попытался сесть я, но в морду коня мигом отдалось каким-то спазмом: больно Томасович оказался рукастым экзекутором. Опыт!

— Так и Генка не при чём, я ж про то втолковать не могла никому, ни тебе, ни Алёше, не девочке этой, которая звонила!

Я прижал лапы к тому месту, где по умолчанию должны быть рога.

— Оставь мне его номер, — устало прозвучало из Людочки, — телефон это… глюканул… контакты слетели.

Потом собрал волю в когти. Следовало по-хитрому что-нибудь прояснить заблаговременно.

— Мам, мы почему вообще с ним разбежались-то? Я вот по сей день не понимаю.

— Так ну ноги у тебя пухнуть стали, — поразилась мать Людочки.

Ну всё. Если бы нас не разделяла баррикадой морда коня, урыл бы тётку под паркет,