Я все еще не бог. Книга #36 - Сириус Дрейк

— Ты доволен, — заметила Лора, появляясь рядом. — У тебя такое лицо, как будто ты только что выиграл в лотерею.

— Почти угадала, — я откинулся на спинку дивана. — Подумай сама. Валера теперь привязан к дому. Он будет рядом с детьми, а значит, и под присмотром. Больше никаких спонтанных вылазок на чужие территории.

— А дети?

— А дети в абсолютной безопасности. Кто в здравом уме сунется к ним, зная, что их охраняет Валера?

Лора задумчиво кивнула.

— Два зайца одним выстрелом. Хитро. — щелкнула она пальцами.

— Я учусь. — я закинул руки за голову и довольно прикрыл глаза.

— У кого? У Петра Первого?

— Фу, — поморщился я. — Даже не сравнивай.

Она хихикнула и растворилась в воздухе, напоследок шлепнув себя по заду.

Я посидел ещё минуту, собираясь с мыслями. Был ещё один вопрос, который требовал внимания. Вопрос, который я откладывал слишком долго.

Буслаев.

* * *

Подвал особняка был оборудован под временную тюрьму ещё при строительстве. Толстые стены, артефактные замки, подавители магии. Всё, что нужно для содержания опасных гостей.

Буслаев сидел на койке, прислонившись спиной к стене. Когда я вошел, он даже не пошевелился.

— О, царь Сахалина собственной персоной, — его голос сочился сарказмом. — Какая честь.

Я придвинул стул и сел напротив стеклянной стены.

— Как тебе тут? Кормят нормально?

— А тебе не всё равно? — невозмутимо ответил он.

— Не особо, — признал я. — Но вежливость никто не отменял.

Буслаев усмехнулся. Он сильно изменился с тех пор, как я видел его в КИИМе. Осунулся, под глазами залегли тёмные круги. Но взгляд остался таким же колючим.

— Чего ты хочешь, Кузнецов?

— Поговорить.

— О чём? О погоде? О местных достопримечательностях? — он продолжал говорить с сарказмом.

— О том, почему ты оказался у американцев.

Он рассмеялся. Сухой, неприятный смех.

— Работал на американцев? Ты правда думаешь, что я предал тебя ради этих клоунов?

Я промолчал, давая ему выговориться.

— Посмотри на себя, Кузнецов, — он подался вперед. — Ты сидишь тут, в своём особняке, играешь в царя. Жёны, дети, друзья-императоры. Всё как в сказке, да?

— К чему ты ведёшь?

— К тому, что это не твой дом! — он ударил кулаком по койке. — Это не твоя страна! Это даже не твоя планета и не твой мир! Ты забыл, откуда мы пришли?

— Нет, не забыл. — тихо произнес я.

— Тогда как ты можешь спокойно жить тут, зная, что там, на Земле, остались люди, которые ждут результатов нашей экспедиции? У нас задание!

Я некоторое время молчал, обдумывая его слова.

— Буслаев, портал разрушен. Возвращатор сломан. Мы застряли тут навсегда.

— Нет, — он покачал головой. — Не навсегда.

— Лора, пишешь? — мысленно спросил я.

— Каждое слово, — отозвалась она. — И мне уже не нравится, куда это идёт.

Буслаев встал и подошел к стеклу.

— Нечто, — тихо произнёс он. — Оно предложило мне сделку.

Я похолодел.

— Какую сделку?

— Оно может вернуть нас домой. Меня и тебя. Всех, кто пришел с Земли. У него есть такая сила.

— Разве тут есть еще люди с Земли? — удивился я, поймав его на слове.

— Не знаю, — он не врал.

— И что оно хочет взамен?

Буслаев отвел взгляд.

— Не важно.

— Очень даже важно!

— Послушай, Кузнецов, — он снова посмотрел на меня. — Я не прошу тебя соглашаться. Я просто хочу домой. Это так сложно понять?

Я встал и подошёл вплотную к стеклу.

— Ты хоть понимаешь, с ЧЕМ ты связался? Нечто уничтожает миры. Оно не благотворительная организация. Всё, что оно даёт, имеет цену. И обычно эта цена слишком высока. Как только он найдет путь в наш мир, он придет и туда. Рано или поздно, но придет.

— Мне плевать! Это будет через сотни тысяч лет, когда меня уже не будет.

— А мне нет, — я отступил на шаг. — Этот мир стал моим домом, Буслаев. Тут моя семья. Мои друзья. Люди, которые мне дороги. И я не позволю какой-то космической твари уничтожить всё это ради твоей ностальгии.

Он смотрел на меня с непониманием.

— Как ты можешь так говорить? Мы же учёные! Исследователи! Наша миссия…

— Наша миссия закончилась в тот момент, когда возвращаторы сломались, — перебил я. — Прими это. Если бы ты открыл глаза и посмотрел вокруг, то понял бы, что этот мир мог стать и твоим домом. Тут есть люди, которые приняли бы тебя. Но ты выбрал другой путь.

Буслаев отвернулся.

— Ты не понимаешь…

— Может быть, — я направился к выходу. — Но я точно понимаю одно: пока ты сидишь тут и мечтаешь о сделках с Нечто, я буду защищать этот мир. Со всеми его недостатками.

Уже у двери я обернулся.

— И кстати, Буслаев. Если Нечто снова выйдет на связь, передай ему, что я передаю привет. И что в следующий раз, когда оно сунется к моей семье, я лично оторву ему всё, что можно оторвать.

— У Нечто нет тела, — мрачно заметил он.

— Значит, найду способ, — я захлопнул за собой дверь.

— Красивый уход, — оценила Лора. — Восемь из десяти.

— Почему не десять?

— Потому что ты забыл драматично развернуть плащ. А у тебя даже плаща нет.

— Вроде, герои с плащами плохо заканчивают…

* * *

Поднявшись из подвала, я услышал детские голоса у входа. Боря и Лиза вернулись из школы.

— Миша! — Боря подбежал ко мне, размахивая рюкзаком. За ним семенила Лиза, прижимая к груди альбом для рисования.

— Как школа? — спросил я, присев на колено и потрепав мальчика по голове.

— Нормально. Математика скучная. Зато на физкультуре я три раза попал в кольцо!

— Твоя удача или талант? — прищурился я.

— А какая разница? — хитро улыбнулся он. — Я это все равно не контролирую.

Лиза молча стояла рядом, переминаясь с ноги на ногу. Она всегда была тихой девочкой, но в последнее время я заметил, что Боря относится к ней с каким-то особым вниманием.

— Миша, — Боря вдруг стал серьёзным и потянул меня за рукав. — Давай отойдем на минутку?

Мы отошли в сторону. Лиза последовала за нами.

— Что случилось?

— Лиза опять рисовала, — тихо сказал Боря. — Я знаю, что её рисунки… ну, особенные. Ты же сам говорил, что она может предсказывать.

Я кивнул. Способность Лизы мы обнаружили случайно, и признаться, это было реально отличной находкой.

— Покажи.

Лиза открыла альбом. На первом рисунке было изображено что-то странное. Три большие фигуры сражались друг с другом. Они были нарисованы грубо, детской рукой, но даже так было видно, что это не люди. Монстры. Или что-то похуже.

На заднем