Обманщик Империи 2 - Ник Фабер

Я молча стоял в прихожей и смотрел на замершую передо мной девушку. Внутри не осталось сил даже на то, чтобы злиться…

Хотя нет. Вру. Очень даже остались. После всего произошедшего за сегодня силы на злость и раздражение у меня нашлись с избытком.

— Здравствуй, Елизавета, — ровным голосом поздоровался я, вымучив из себя некое подобие улыбки. — Я сейчас вернусь.

С этими словами я развернулся и вышел из квартиры. Закрыл за собой дверь и пошёл по коридору до лифта. Спускаясь на первый этаж здания, прокручивал в голове одну и ту же самую мысль — какого дьявола она там делает⁈

Вот сейчас и узнаю.

— Добрый вечер, — без какой-либо доброты в голосе поздоровался я со стоящим за стойкой консьержем, мужчиной лет тридцати пяти в аккуратном костюме.

— Добрый вечер, ваше благородие. Чем могу вам помочь?

— Можете. Напомните мне, пожалуйста, я просил вас сообщать мне о гостях и не пропускать их без моего разрешения?

— Одну секундочку, ваше благородие, — засуетился он и быстро набрал что-то на клавиатуре за стойкой. — Да. Есть отдельное распоряжение. Мы обязаны предупреждать вас о любых гостях, а также сообщать о них, если таковые появлялись в ваше отсутствие, и не пропускать их без вашего на то разрешения.

— Замечательно. Тогда объясните мне, пожалуйста, почему вы пропустили Елизавету Игнатьеву?

Это была ошибка. Глупость, которую я сморозил из-за усталости, раздражения и общего душевного раздрая. Если бы не утомление и прочее, то я обязательно бы понял, что, по сути, этот вопрос не имеет смысла.

И стоящий за стойкой мужчина тут же это подтвердил.

— Простите, ваше благородие, но квартира принадлежит его сиятельству, а девушка представилась его дочерью и вашей будущей супругой. Конечно же, мы удостоверились, что это она, но не подумали, что ваше требование может распространяться и на неё. Всё-таки, как я и сказал, владельцем квартиры является граф, и…

— Ясно, — сказал я, мысленно махнув рукой на эту ситуацию. — Всё в порядке.

— Могу ли я ещё чем-то помочь?..

— Нет. Доброго вечера.

Поднимаясь обратно на лифте, я испытывал острое желание побиться обо что-нибудь головой. Желательно обо что-нибудь очень твёрдое. В другой ситуации я бы такой ошибки не допустил, а тут… придётся как-то выкручиваться. Маски, по самым пессимистичным прикидкам, хватит ещё на два часа, так что время есть.

Когда я вернулся обратно, Лиза меня уже не встречала. Вместо этого она ждала на кухне, сидя на стуле за столом. На столе стояло несколько пакетов. Видимо, они-то и являлись источником аппетитных ароматов, что витали в комнате. Стоило мне войти, как Игнатьева тут же встала. Не столько из-за каких-то манер или правил приличия, сколько от того, что сама очень нервничала.

— Я пыталась дозвониться до тебя, но…

— Да, — вздохнул я, снимая пиджак. — Прошу прощения. Работа. Мне пришлось выключить телефон.

Только я это сказал, как в её зелёных глазах загорелся яркий огонёк. Словно эта моя реплика только что подтвердила какие-то её внутренние мысли и подозрения.

— Я так и подумала, — сказала она. — Поэтому, раз уж мы всё равно собирались поужинать, я взяла еду на вынос. Ты не против?

Ей некомфортно, судя по всему. Это хорошо заметно, если приглядеться к тому, как она стоит и как себя ведёт. Не знает, куда деть руки, а потому крутит в пальцах телефон.

Первый же порыв — сообщить ей, что я устал, что у меня нет никакого желания на какие-либо разговоры и попросить её уйти — я подавил. Смысл прогонять человека, тем более её. По моему последнему разговору с Игнатьевым у меня создалось стойкое впечатление, что он любит свою дочь, так что портить с ней отношения Измайлову себе дороже.

— Нет, — спокойно ответил я. — Не против.

— Прекрасно, — тут же оживилась она. — Я не знала, что именно ты любишь, так что взяла итальянскую кухню. Её, как мне кажется, любят вообще все, и…

Она говорила с такой скоростью, что слова чуть ли не в бесконечный поток сливались. Я же спокойно прошёл мимо неё, открыл холодильник и достал оттуда свежую бутылку холодного молока. Налил себе в стакан и выпил его, слушая её рассказы о ресторане и шуршание пакетов… которые неожиданно оборвались.

— Алексей?

— Да? — спросил я, повернувшись к ней.

Елизавета стояла всё на том же месте. Контейнеры с едой уже стояли на столе. Рядом с ними стояли два бокала. Сама же Игнатьева выжидающе смотрела на меня.

— Я… я сделала что-то не так? Или…

Вот что мне делать? Вывести её на скандал и заставить уйти? Нет. Глупая идея. Но и тянуть длинные разговоры мне с ней совсем не хотелось. А что, если оттолкнуться от… чего? От причины её появления здесь? Так у этого тоже есть своя первопричина. Прямое следствие ситуации, в которой она оказалась вместе с Измайловым и этой свадьбой.

— Лиза, можно задать тебе вопрос? — прямо в лоб спросил я её.

Тонкие брови подпрыгнули вверх от удивления, а зелёные глаза уставились на меня.

— Вопрос? — переспросила она. Скорее всего, не потому, что не поняла, о чём я. Время тянула, явно стараясь придумать, как ей вести себя в такой ситуации.

— Да, — кивнул я, садясь перед ней за стол. — Вопрос. Зачем ты приехала? Хотела извиниться за тот случай на приёме?

Теперь уже эти красивые зелёные глазки стали, как блюдца, а лицо покраснело.

К её чести, лукавить Елизавета не стала.

— Да, — произнесла она, и меня удивила твёрдость, с которой прозвучал её голос. — Хочешь спросить почему?

— Нет.

Мой ответ прозвучал довольно равнодушно.

— Мы оба знаем, что от тебя этого потребовал твой отец, ведь так?

Всё. Понятия не имею как, но эти мои слова смыли её удивление, будто волна — надпись на песке. Вместо лёгкой растерянности к ней пришло спокойствие. Откуда? Почему? Без понятия. Может быть, таким образом я ей показал, что не нужно больше притворяться?

Эта мысль оказалась заманчивой. После всего того лживого водоворота, в который я окунулся за сегодня, вот эта вот мелкая искренность ощущалась подобно глотку свежей воды в жаркий полдень.

— Да, — произнесла Елизавета, садясь за стол напротив меня.

— Прекрасно, — вздохнул я, подтянув к себе один из контейнеров и открыл его. Внутри оказалась паста с томатным соусом. — Раз с этим разобрались, давай просто признаемся друг другу, что ни мне, ни тебе этот брак особо не нужен.

Отвлечённый разглядыванием еды, я услышал нервный смешок и, подняв голову, посмотрел на усмехающуюся Елизавету.

— Что?

— Я удивлена, — честно призналась она. — Не ожидала от тебя…