Музейное чудовище, или Я - не ведьма! - Полина Миронова

Глава 8

Я испуганно оглянулась, пытаясь понять, откуда доносится голос. Вокруг же ни души! Только кусты, темнеющие в сумерках, да пустая дорожка, уходящая на несколько метров вперед.

— Чего головой крутишь? — недовольно прошипел тот же старческий голос. — Вот же я. Перед тобой! — добавила старуха, и створка ворот с оглушительным скрипом приоткрылась.

— Бред... У меня начался бред... — прошептала я, автоматически поднося руку ко лбу и забыв, что держу пакет. Тарелки громко звякнули.

— Ой, балда! — процедила невидимая старуха и замолчал.

Я начала осторожно пятиться назад, как вдруг заметила на дорожке высокую темноволосую девушку в офисном костюме. Блестящие пуговицы ее жакета ослепили меня лунными бликами. Я моргнула, и в следующее мгновение она уже стояла рядом со мной.

— Добрый день! Вы к нам по какому вопросу? — кукольно улыбнулась незнакомка.

— Вот... я... — Протянула я пакет с вымытой посудой.

Она насмешливо приподняла бровь:

— Вы мне к чему пакет суёте?

Я опустила руку и спрятала пакет за спину.

— Ой... — вздохнула я. — Мне тут голоса мерещатся... Я пришла... — начала было я, но вдруг передумала просить закипятить чайник. Что-то в этой красавице меня насторожило. Не настоящая она какая-то. Быстро вытащив музейный чайник из пакета, пробормотала:

— Извините, Го… Константин... э-э... — замычала я, судорожно вспоминая отчество Горыныча. — Константин Иванович приносил мне утром пирог. Вот, возвращаю посуду.

Лицо девушки моментально расплылось в улыбке:

— Ах, Константин Иванович! Он говорил, что вы зайдёте. — Она ловко подхватила пакет и взяла меня под руку. — Ну что стоите? Проходите!

Я покорно зашагала рядом, мысленно косясь по сторонам. Что это были за галлюцинации перед воротами? Может, перегрелась на солнце, тепловой удар? Хотя солнца давно не было, а в воздухе повеяло ночной прохладой. Я поёжилась, потирая замерзшие плечи.

— Озябли? — участливо спросила девушка. — Сейчас вас чайком согреем!

Она распахнула дверь сторожки, скрытой за раскидистым кустом сирени. Мои пальцы машинально потянулись к засохшим соцветиям, но девушка строго покачала головой:

— Не надо! Константин Иванович не любит, когда в парке пакостят.

Пакостят? Озябли? Удивилась я. Ей ведь по виду лет восемнадцать, как и мне. В ее речи слишком гармонично промелькивали устаревшие слова. Интересно, что за организация здесь расположена?

Внутри сторожки было очень уютно: деревянные стены украшали пучки сухих трав, на столе красовался букет ромашек. Девушка понюхала цветы и повернулась ко мне:

— Я, кстати, Анфиса Яновна. — Протянула руку она.

— Марина, — робко ответила я, пожимая холодные пальцы.

Как все официально. Надо же, Анфиса Яновна! Я улыбнулась.

— Проходите, присаживайтесь! — крикнула она уже из дальней части сторожки, которая пряталась за цветной шторой.

Мой взгляд упал на дальний темный угол.

— Ой, у вас настоящая русская печь?! — восторженно пропищала я.

Всю жизнь любила русские печи с полатями, с горнилом — местом, где можно приготовить вкуснейшую пшенную кашу с изюмом. А как моя бабушка готовит в печи! М-м-м, пальчики оближешь! Жаль, что сейчас печи редкость.

— Да уж, — загремела посудой Анфиса Яновна, — зимой здесь зверски холодно. — Перебивая ее, громко зашумел чайник. Перекрикивая его, она сообщила: — А мне тут вареньице привезли из деревни. Сплошное объедение! — она громко причмокнула губами.

Я невольно улыбнулась. Почему эта девушка сначала показалась мне неприятной? Она оказалась очень милой, гостеприимной.

Осторожно поставив музейный чайник на уголок стола, я заикнулась:

— Я хотела ещё попросить... Можно закипятить воды? Я сегодня в музее дежурю.

— Вы в музее дежурите?! — Анфиса Яновна выглянула из-за шторы с вытаращенными глазами.

— Ну да... Все в отпусках, пришлось остаться. Я практику там прохожу.

— Страшно? — спросила она участливо и когда я кивнула, то она меня успокоила: — Да не волнуйтесь! Я не понимаю, зачем там вообще сторож нужен? — махнула рукой она. — Там наверняка хорошая защита стоит.

Я покорно кивнула, не решаясь признаться, что сигнализация отключена вместе с электричеством.

Чайник щёлкнул, закипев, и аромат зверобоя и душицы заполнил комнату. Как будто кусочек лета перенесся сюда. Я оглядела пучки трав на стенах.

— Вы сами всё это собираетесь?

— Конечно! — гордо подняла подбородок Анфиса Яновна, выходя к столу с подносом уставленным едой и стаканами с чаем. — Кому я доверю такое ответственное дело? Веками всё сама...

Она вдруг спохватилась, быстро поставила стаканы на стол и торопливо отвернулась.

Смешная какая, подумала я, делая первый глоток чая. Тот же странный горьковатый привкус, что и в музее! Осторожно отставив чашку, я решила больше не рисковать. Не буду пить все подряд, а то мало ли где очнусь в следующий раз.

Анфиса поставила тарелку с печеньем и уселась напротив. Обмакнув одну в чай, с укором посмотрела на меня:

— А вы чего не едите? Чай не пьёте? Он же вкусный!

— Пью, пью! Только он сильно горячий. — Я сделала вид, что отхлебнула, уже придумывая, куда бы вылить напиток.

Вдруг в дверь поскреблось. Пока Анфиса Яновна отлучилась, я быстро выплеснула полстакана в щель между половицами.

— Знакомый котик! — воскликнула я, увидев чёрного знакомца у ног хозяйки. — Это ты ко мне утром приходил, разбойник?

— Он приходил в музей?! — Анфиса Яновна зло сузила глаза.

— Ну... — Я неуверенно вгляделась в усатую морду. — Может он, а может и не он... Хотя очень похож. Пирог ему очень понравился.

— С капустой? — подозрительно спросила Анфиса Яновна, наклоняясь к усатой морде. Я подтвердила, и она строго цыкнула: — Ах ты, бездельник! Я тебя по делу отправила, а ты пироги трескашь?

Кот прижал уши и шмыгнул под лавку. А мне вдруг стало неловко.

— Может, я ошиблась, — сказала я неуверенно.

Было странно злиться на кота, который захотел поесть в гостях. Это же кот! Но Анфиса Яновна рассердилась по-настоящему, поэтому я поспешила сменить тему:

— Чай у вас замечательный! И печенье вкусное... Можно я теперь свой чайник вскипячу? А то работа ждёт.

Она равнодушно кивнула.

Вода закипела быстро. Я уже собиралась уходить, когда Анфиса Яновна вдруг устало сказала:

— Ты только в следующий раз в ворота не ломись. Калиточку открой.

Я послушно кивнула и поспешила уйти. Шла по выложенной крупными камнями дорожке и думала об этой странной встрече. Все казалось нереальным. И девушка странная, и кот, и сама атмосфера этого места. Как будто я попала в сказку. Только добрую ли, вот в чем вопрос?

И тут я вспомнила, что придется снова проходить через ворота, где обитает вредная бестелесная старуха с противным голосом. От одной мысли об этом по спине побежали мурашки.

Но, к моему удивлению, ничего