Легенда о Юньси. Книга 2 - Мо Цзе

– Спасибо за заботу, ваше высочество. Я запомню это!

Тон принцессы моментально стал ледяным, а слова «за заботу» прозвучали особенно многозначительно. Сначала казалось, что Лун Фэйе сразу уйдет, но он, будто не желая оправдывать ожидания, даже не шелохнулся. Взгляд Хань Юньси моментально изменился. Теперь она смотрела на великого князя так, словно хотела прожечь его насквозь.

– Если вам больше нечего мне сказать, я пойду отдыхать.

Каждый раз, стоило ей только встретить супруга, сердце начинало выскакивать из груди. Но как только Лун Фэйе начинал говорить, принцессе хотелось никогда больше его не видеть. Кажется, в первый раз Хань Юньси настолько разозлилась, что велела ему уйти. Девушки всего мира молили о его благосклонности и внимании, а она сама отвергала собственное счастье!

– Разве я пришел, чтобы о чем-то тебя спросить? – хладнокровно поинтересовался он.

«Этот парень что, любит создавать проблемы на пустом месте?»

– Тогда для чего вы здесь?

Все существо Хань Юньси кричало о другом: «Вы явились, чтобы портить мне жизнь?»

Когда принцесса спросила об этом, Лун Фэйе растерялся. Он не знал, как ответить. В холодных глазах мелькнула тень неудовольствия. Внезапно он встал и сказал резче, чем обычно:

– Ты должна мне помочь. Пойдем!

Хань Юньси оставалась в неведении относительно того, что предатели из Северного Ли отказывались признаваться, к каким бы страшным пыткам великий князь ни прибегал. Шпионки морили себя голодом, из всех пойманных осталось всего четверо – да и тех совсем недавно отравили. Несмотря на меры, лишавшие заключенных возможности покончить с собой, помощники Лун Фэйе не смогли остановить череду смертей. Подозрительным было и то, что женщин лишали жизни спустя месяц заключения. Чу Сифэн пригласил несколько мастеров по ядам, но даже они не смогли ничего выяснить. А сегодня утром еще одну заключенную нашли мертвой в камере. И шпионок осталось трое.

Должно быть, им было так сложно вынести допрос, что в критический момент они просто приняли яд. Но если все заключенные умрут, так и не поведав о предводителе, все усилия Лун Фэйе окажутся напрасными! И поскольку мастера ядов не смогли найти токсин в телах заключенных, великий князь обратился к Хань Юньси, вспомнив про ее знания.

Командный тон супруга расстроил принцессу. Вспомнив, что еще совсем недавно великий князь упрекал ее в нечистоплотности, Хань Юньси раздраженно ответила:

– Ваше высочество, я устала. Попросите помощи у кого-нибудь еще.

Лун Фэйе удивленно взглянул на нее и не двинулся с места. Презрительно усмехнувшись, он небрежно бросил мешочек, который с приглушенным стуком приземлился точно на столик рядом. Судя по звуку, в нем хранилось неприлично много серебра. Еще совсем недавно Хань Юньси с радостью приняла бы плату, но после подарков императора ей больше не нужно было заботиться о пропитании на всю оставшуюся жизнь. Теперь можно было с уверенностью заявить, что деньги перестали влиять на ее жизнь. Хань Юньси спокойно проговорила:

– Ваше высочество, за последние дни я очень устала. Это может повлиять на точность диагноза. Пожалуйста, обратитесь к кому-нибудь другому, чтобы избежать ошибок.

От этого ответа на лице великого князя заходили желваки. Про отказ он даже и не думал. Чувство вины закралось в душу Хань Юньси, но сегодня она была настроена сопротивляться любым попыткам переубеждения. Принцесса не хотела безропотно выполнять приказы супруга, ведь что он мог сделать, если она откажется? Между ними повисло неловкое молчание. Казалось, время остановилось и больше никогда не продолжит бег… Никто не решался нарушить эту гнетущую тишину.

Спустя какое-то время Хань Юньси невольно поджала губы, чувствуя, что нервы натянулись словно струны. Единственное, чего ей хотелось, – снова встретиться взглядом с этим холодным парнем. Но не будет ли ей страшно? Едва ли великий князь часто сталкивался с отказом…

И в тот самый момент, когда принцесса уже собиралась осторожно поднять глаза, Лун Фэйе внезапно холодно отвернулся и, так и не сказав ни слова, зашагал прочь. Хань Юньси, застигнутой врасплох, оставалось лишь наблюдать, как его силуэт стремительно исчезает вдалеке. Никто не нарушил тишину, а сейчас она вообще перестала иметь значение, потому что этот парень, холодный как лед, ушел.

В один миг необъяснимое чувство одиночества заполнило сердце. С самого начала Хань Юньси не собиралась уступать ему, так почему же сейчас, добившись своего, она была полна сожаления и грусти? Кто знал, что все может так обернуться… Учитывая характер Лун Фэйе, он больше никогда не попросит ее о помощи, так ведь? Что ж, она должна быть счастлива. Тогда почему же принцесса не чувствовала облегчения?

Хань Юньси вздохнула и пожала плечами. Было бы хорошо, если бы она могла держаться подальше от дел этого парня и не ввязываться в сомнительные истории. Подумав об этом, принцесса налила себе воды и оглянулась. Не сказать, что в тереме Свободных облаков что-то изменилось, но он стал намного аккуратнее и чище. Пол, столы и стулья натерты до такого блеска, что в них можно было увидеть собственное отражение. Неприятный запах, оставшийся после экспериментов, давно исчез, но в воздухе по-прежнему витал слабый аромат трав.

– Слишком чисто! Неужели у тетушки Чжао тоже мизофобия? – пробормотала Хань Юньси, направляясь в кабинет.

Эта часть терема также блистала чистотой. Лекарственные травы и баночки с ядами, раньше в беспорядке сваленные на столе, теперь аккуратно стояли на полках. Но каким бы идеальным ни был порядок, принцесса все равно чувствовала раздражение от того, что кто-то чужой дотрагивался до ее вещей. Придирчиво оглядевшись, она обнаружила, что все ненужное выкинули, а то, что действительно заслуживало внимания, расставили в определенном порядке. Кроме того, в центре кабинета появился горшок с растениями, разбавлявший аскетичную атмосферу личных владений принцессы.

Такой тщательный подход не оставил ее равнодушной. Что ж, она не будет возражать, если новая служанка и дальше продолжит отвечать за чистоту. Только Хань Юньси подумала об этом, как тетушка Чжао внезапно возникла на пороге терема. Растерянно посмотрев на принцессу, она торопливо спросила:

– Его высочество ушел?

– Да, – отмахнулась Хань Юньси. – В следующий раз сообщай мне о его приходе. И не трогай мои вещи без разрешения, я могу прибраться сама.

Служанка, еще мгновение назад собиравшаяся спросить, не останется ли великий князь на ужин, кротко кивнула.

– Что бы принцесса хотела отведать? Я попрошу поваров приготовить.

Хань Юньси хотела ответить, но внезапно вспомнила слова Лун Фэйе и, посмотрев на тетушку Чжао, улыбнулась:

– Разве ты не отвечаешь только