Дворник 1-го уровня. Том 1 - Дмитрий Дорничев

— Отбрасывают копыта, а ласты склеивают! — захохотал я. Мама тоже рассмеялась, а потом вскочила с места и обняла меня. — Смущаешь…

— А не волнует! — заявила противная женщина…

Пришлось смириться. Мать у меня такая. Этим она отца и покорила. Пришла, сказала, что он ей нравится, топнула ножкой и всё. Любовь, свадьба, рождение меня.

Освободившись, я сделал нам чая, и вскоре мать пошла мыться, а я работать. Пальцы сегодня прям парили над клавиатурой, а гениальные идеи рождались одна за другой.

Правда, мне не платят за «гениальность». И даже доплат не дадут, но если работать, то работать хорошо!

Постепенно стемнело, и когда я закончил с работой, уже было одиннадцать с лишним часов. Одевшись, прихватил отвёртку да молоток. Не забыл и про перцовый баллончик.

Молоток в пакет положил, а то, увидев меня с молотком, многие вызовут полицию… Она, конечно, не приедет, ну или через пару часов, но сам факт…

На улице начинало холодать, всё же июль на Сахалине очень капризный. Можно ходить в ветровках и мёрзнуть. А можно в футболках и помирать от жары. У нас тут «особый климат».

Но не буду об этом, потому что в небе летает какая-то хтонь! Вроде летучая мышь, но крупная, тихая и с жуткими красными глазами! Оно посмотрело на меня, но быстро потеряло интерес и полетело дальше.

По спине пробежали мурашки… Выходить из дома ночью теперь кажется не такой уж и хорошей идеей… Но мне нужны Чикки и ответы на вопросы!

Кивнув себе и набравшись храбрости, направился на детскую площадку, однако там было пусто… Но было бы глупо разминуться с Чикки во время её поисков. Так что я решил подождать эту «Ночную фею».

Присев на качели, благо я подхожу по весу и не сломаю их, принялся медленно качаться и наблюдать за небом. Там постоянно что-то летало… Неужели вокруг нас столько чудовищ? Откуда они все взялись-то?..

— Бу! — раздался голос за спиной, и я слетел с качелей, упав на колени, и едва успел вскинуть руки, спасая лицо от пусть и мягкого, но шершавого покрытия!

— Ой… Прости, не подумала…

— А мог и помереть! — проворчал я, поднимаясь на ноги. Тело, на удивление, не разваливалось. Возможно, всё ещё действует убойная доза энергии, которую получил днём?..

— Прости-прости, просто ты такой задумчивый был… — ответила фея, подлетевшая ко мне, но на безопасное расстояние.

— Да, на небо смотрел. Ты не боишься тут летать? — поинтересовался я, показывая на очередную тварь.

— А! Ну это Кошмары, — совершенно спокойно ответила коротышка.

— Кошмары?

— Ну они питаются кошмарами людей и негативной энергией. И ты прав! Что-то их прям тьма! Просто ух! — Ночная фея приложила ладонь ко лбу, как бы вглядываясь во тьму.

— И что делать?

— А что делать? — удивилась та и обернулась ко мне. — Не попадаться им. Они хоть и питаются кошмарами, но такую милую фею, как я, слопают и не подавятся.

— А уничтожить их нельзя? Или прогнать?

— Можно, а ещё можно и самому помереть. Так что тут без меня. Я маленькая и слабая. И… Хм!

Фея начала кружить вокруг меня.

— Ты стал ощущаться иначе… Ярче стал. Стоп! Ты уже второго уровня? — она отлетела от меня, а на лице — шок.

— Да, а что?

— Как что? Быстро очень!

— Ну, я поглотил Позитивный Нод. И сделал много полезных дел…

— Нод? Позитивный Нод? Тот над лавочкой, что ли? — она аж глаза выпучила.

— Не стоило этого делать, да?.. — испытал я вину. Возможно, за счёт этого Нода фея и живёт. Думал я, но нет, всё куда хуже:

— Конечно, не стоило! Думаешь, оно просто так никем не тронуто? Уходи! Он найдёт тебя и…

Фея замолчала, а у меня по спине пробежали мурашки. Затем раздался жуткий голос:

— Попались! Воры! Я сожру вас!

— О нет! — Чикки залетела за мою спину и выглянула из-за плеча, а к нам шагал… шагало существо.

У него были короткие ножки, жирное тело, короткие руки и… половина его тела — это голова с огромным ртом. Глаза же были на плечах. А ростом тварь оказалась около метра. Нет, ниже. Где-то восемьдесят сантиметров.

— Кто ты? — спросил я, доставая из пакета молоток.

— Я? Бахус! Как ты смеешь не знать моего имени? Стоп… смертный? — он остановился и прищурился, рассматривая меня. — И правда, смертный! Я ещё не ел смертных… Но выглядишь ты паршиво. Кожа да кости… Но мозг! Он усохнуть не может…

Чудовище рукой смахнуло слюну, которая потекла из огромного овального рта и нехорошо так уставилось на меня.

— А если я тебя убью? — поинтересовался я, поборов страх и шок.

— А меня за что? — опешил тот и остановился. Я тоже опешил от его вопроса… Как можно не понимать такое?..

— Так ты хочешь смертного съесть! Конечно, он будет сопротивляться! — пискнула фея, выглядывающая из-за моего плеча.

— Ха! Как смертный может мне навредить?

— Так же, как ты ему! Он получил благословление от Мира! — заявила Чикки.

— Да и я могу его съесть! — закивал монстр без головы. Так что он по факту качал телом.

— Да. А он может тебя убить!

— Хм… — монстр отшагнул назад. — Не надо меня убивать… Да и я сильнее, чем жалкий человечишка!

— Проверим? — я показал на молоток и хищно оскалился.

— Я… Я не боюсь тебя! Пусть ты и втрое больше меня, у тебя есть оружие и длинные ноги, но я сильнее! — заявил тот.

— Хм… А много ли я получу Очков Кармы за твоё уничтожение? Он же Негатив, да?

— Я не Негатив! — возмутилось существо. — Я — дух!

— Негативный дух! — возразила Чикки, тыча в него пальцем.

— Не Негативный! Я просто скорее злой, чем добрый, — возразил Бахус.

— Но Очки Кармы я ведь получу? — сделав максимально хищное лицо, поинтересовался я у Чикки.

— Много получишь! — кивала Ночная фея.

— Б-б-беспредел! — возмутился монстр, продолжая пятиться. — И я сильный! Но… пожалуй, не буду связываться со смертными. От вас одни проблемы! И не смей больше трогать мою кормушку!

Монстр продолжил пятиться, пока не скрылся во тьме. Чикки же обмякла на моём плече.

— Спасены… — простонала та, свесив руки и ноги. И фея, между прочим, не сказать, что лёгкая…

— Он действительно опасный?

— Конечно! Мы, духи, имеем свою особую силу! И она редко когда выражается в когтях да зубах, как у Негативов. А Бахус… Я, честно говоря, не знаю, в чём он силён, но он много лет защищает свой Нод и ухаживает за ним, как фермер.

— Почему он — Бахус? — спросил я и присел на скамью.

— Не