Точка Бифуркации #17. Финал - Дейлор Смит

Про мелкий конфликт с дядей я ей даже говорить не стал — ждал, что Алиса поймёт суть проблемы и без этого.

— Ты в начале нашей беседы упомянул, что подобные ситуации, когда отряд телохранителей имеет две присяги, в семьях аристократов — обычная практика… — задумчиво начала девушка, очевидно до чего-то додумавшись. — Значит пути решения есть. Что принято делать в подобных случаях? Не озвучишь возможные варианты?

Вот мы и приблизились к вероятному финалу нашей беседы на эту тему. Можно было и сразу к этому прийти, без лишних демонстраций и разговоров, но, боюсь, это тот самый случай, когда кое-что нужно было показать именно что наглядно.

— Безусловно, Алиса, — устало улыбнулся я. — Всё уже давно за нас придумано. Обычно, когда высокородная аристократка выходит замуж и уходит в другой род, судьба её охраны складывается по одному из трёх вариантов развития событий: первый — это когда девушка освобождает своих людей от клятв, и те возвращаются в её бывший род. Второй — в теории, когда её муж по каким-то причинам оказывается не против чужого присутствия, и всё остаётся на своих местах. И третий вариант — от присяги роду людей освободит твой отец, и они присягнут мне.

Несмотря на то, как прозвучала последняя фраза, я вполне был готов и на первый вариант. Хотя, конечно, и понимал, что Алисе будет комфортнее с теми людьми, с которыми она, по сути, выросла. Так что путём нехитрых размышлений становилось ясно, что последнее слово в этом вопросе будет за Евгением Константиновичем. Меня это вполне устраивало.

— Выходит, что мне нужно поговорить с отцом, — заключила супруга, медленно кивнув на мои слова.

Неожиданно для меня, эта проблема оказалась для супруги намного серьёзнее, чем могло изначально показаться. В моём же случае, под весом других более серьёзных задач и кризисов, ситуация с охраной ощущалась детским спором, совершенно не стоящим таких переживаний.

Попрощавшись с Алисой и заверив её, что этот вопрос мы в скором будущем решим, я поцеловал её и вышел из спальни, одновременно приказав демонам перенести меня наконец во дворец.

* * *

Осень пришла в Москву довольно резко. Ещё вчера всё вокруг, казалось, было зелено. Яркие лужайки, цветущие сады и пышные деревья. Сегодня картина менялась на глазах, а жёлтые и оранжевые цвета в окружающих пейзажах всё чаще стали бросаться в глаза. Не сказать что я прямо не люблю осень, но из всех других времён года именно она мне отчего-то нравилась меньшего всего.

Впрочем, на фоне этого пасмурного денька было всё-таки кое-что по-настоящему хорошее, тёплое и родное. Одинокая фигура молодой девушки, завёрнутой в красивое бежевое пальто, из-под которого проглядывало длинное светло-голубое платье. Вика.

Кали предусмотрительно материализовала меня в десятке метров от крыльца, на котором меня с довольной улыбкой на лице дожидалась сестра. Я заранее предупредил её о своём визите и попросил, если есть возможность, встретить. Она с удовольствием ответила мне согласием.

Что ж, стоит признать, что теперь появляется хоть какая-то радость от частых посещений этого места.

— Ваше Высочество, — остановившись на расстоянии трёх метров и почтенно склонив голову, серьёзно произнёс я.

— Лёша! Перестань! — тут же шагнула мне навстречу и повисла на шее Вика.

— Чего это⁈ — расплылся в улыбке я, также обнимая сестру. — Мне, может, удовольствие это доставляет, принцесса.

— Ты меня смущаешь, — чмокнув меня в щёку и встав рядом, ответила она, и в самом деле немного краснея. — Я ещё никак не привыкну к этому всему.

— Дело временное, — понимающе кивнул я, и следом же посерьёзнев взглядом, добавил: — В целом как ты тут? Обжилась хоть немного? Никто не обижает?

— Всё хорошо. Не обижают, обхаживают, стараются угодить — можешь даже не переживать, — весело махнула ручкой девушка, следом беря меня под локоть. — Единственное, по дому, конечно, тоскую. По вам всем.

Смешно, конечно, немного — ведь ещё и пары суток не прошло с того момента как сестра покинула наш дом. С другой стороны… у девушек оно ведь там всё по-другому.

Вот, Алисе, например, в этом плане, вероятно, было немного проще — компания, проживающая в нашем особняке, для неё знакомая с детства. Считай все свои — адаптация должна проходить гораздо легче. А вот у Виктории в данном отношении совсем другая ситуация: несмотря на красивые декорации, высокий статус и титул, все вокруг пока что чужие. Впрочем, это временно. Свыкнется, куда уж тут деться. Почти каждая женщина через подобное проходит.

— Мы по тебе тоже скучаем, — признался в ответ я, и следом весело подмигнув, добавил: — Но давай будем честны: в нашем с тобой случае, возможностей друг с другом увидеться гораздо больше, чем у любых других людей.

— Твоя правда, — также улыбнулась сестра и следом прижалась к моему плечу щекой.

Мы тем временем уже шли по внутренним коридорам дворца. Периодически попадавшиеся нам по пути слуги с вежливыми улыбками подсказывали направление в нужную сторону, хотя лично я мог справиться и без их помощи. Но, понятное дело, не положено.

К слову, по комментариям Кали можно было понять, что ведут меня не в тронный зал или обеденные помещения, а напрямую в один из кабинетов Владимира Анатольевича.

— Глеб сказал, что вы блестяще справились в Габоне. Поздравляю.

— Ну-у… задачу свою выполнили. Думаю да, справились, — невольно стал размышлять вслух я. — Но история с Орденом на этом, к сожалению, только начинается…

— Вот как? — тут же насторожилась Вика.

— Угу. Но ты не переживай — процесс это нормальный при разделе сфер влияния. Мы ведь залезли на ту территорию, которую они уже давно приняли считать своей. Так что придётся пободаться… Впрочем, чего это мы с тобой тут обсуждаем? Лучше расскажи о том как свадьба прошла! Надеюсь, программа была весёлой? — следом переходя на шёпот, я с лукавой улыбкой на лице добавил: — Или бабушкины посиделки с нескончаемым потоком тостов и девизами «горько»⁈

— Всего хватало, — несколько смущённо улыбнулась сестра. — На программу жалоб тоже нет, организаторы и ведущие мероприятия — все молодцы. Жаль только тебя с ребятами не было.

Я глубоко вздохнул. Это было не произнесено вслух, но очевидно ясно, что праздновать и одновременно переживать за жизнь брата — вещи не самым лучшим образом совместимые. Вика вряд ли в этом признается,