Странник. Хроники Альрата - Рина Когтева

роспись сделана отвратительно, но Сентек говорит так обо всем, автором чего не является сам. Что-то я часто думаю о Сентеке, хотя волнует меня совершенно не он. Цифры на планшете, который я непочтительно установил на алтаре Бетхара Сефриса, мигают и показывают «18:00». Пора. Я спешно закрываю храм, даже не отдав последние почести Великому Богу, которому здесь служу, и иду по полутемным то ли коридорам, то ли переулкам Анима. Сегодня я выбираю не привычную дорогу к одному из выходов, а пробираюсь окольными путями к Святилищу. Даже несмотря на то, что я вырос в Аниме, где-то я все-таки сворачиваю не туда, и мне приходится сделать крюк. Это плохо, я тороплюсь, мне нужно появиться не раньше и не позже нужного времени, чтобы все выглядело естественным и случайным. Из бокового прохода я наконец-то выхожу в огромную приемную Анима, где жрецы беседуют с посетителями и оценивают их приношения прежде, чем допустить в Храм. Народу мало, потому что уже вечер, но все-таки люди есть, и проклятая близорукость заставляет меня прищуриться, чтобы найти нужного человека. А вот и он, сидит напротив жреца Рена. Это хорошо, Боги на моей стороне сегодня. Рен всего лет на пять-шесть старше меня, но после того, как его перевели в приемную, его карьера так и не двигается. Рену уже чертовски надоела эта однообразная работа – никто из знати ведь через приемную не ходит, они заранее договариваются обо всем и избегают очередей. Конечно, это требует дополнительного пожертвования.

– И о чем ты собрался разговаривать с Царем Царей? – устало спрашивает Рен.

Я останавливаюсь, как будто бы заинтересованный этой беседой.

– У меня к нему дело!

Напротив Рена сидит раскрасневшийся мальчик. На столе между ними стоит очень дорогая статуэтка. Все верно. Это тот, кого я жду.

– Послушай, Царь Хмас не очень интересовался при жизни делами детей. Наверняка, у тебя очень серьезная проблема, но я не уверен, что Царь Царей вообще захочет отвечать на твой вопрос. Может быть, выберешь кого-нибудь другого?

Еще одна задача жреца состоит в том, чтобы пришедший к Богам в обязательном порядке получил ответ на свой вопрос или ценный совет. Те Боги, к которым идут сами просители, не всегда будут на них отвечать. В данном случае Рен совершенно прав: Царь Царей Хмас вряд ли будет даже разговаривать с мальчиком. Скорее всего, он просто исчезнет, только взглянув на него.

– Ты можешь пойти, например, к… – Рен устало выдает мальчику целый список, с некоторыми Богами в нем я бы поспорил, но есть и очень удачные варианты. – Или ты можешь отправиться в храм Таа и поговорить с кем-нибудь из Великих Цариц. Я совершенно уверен, что они выслушают тебя во всех подробностях и ты получишь по-настоящему ценный совет.

Но мальчик упорно качает головой.

– Каждый житель Альрата может поговорить с тем Богом, с которым захочет.

Рен закатывает глаза. На статуэтку он даже не смотрит, видимо, ее стоимость полностью его устраивает. Откуда у ребенка могла оказаться такая ценная вещь при том, что он не выглядит, как отпрыск богатого семейства, Рена не интересует. В этих вопросах жрецы не должны проявлять подозрительность: раз дар принесен Богам, значит Боги сами устроили так, чтобы дар попал к просителю, и не дело жрецов Анима разбирать, каким образом Боги решили это сделать.

– Привет. Помочь? – спрашиваю я.

– Привет, Морн, – Рен кивает. – Было бы неплохо. Отведешь этого настойчивого юношу к Царю Царей? А то он никак не хочет соглашаться на альтернативы…

– Я обязан увидеть Царя Царей, – вставляет мальчик.

И так уже понятно, что он не сдастся. Я внимательно смотрю на мальчика.

– Почему бы и нет?

Рен облегченно вздыхает, отмечает что-то в компьютере и забирает статуэтку.

– Твой дар принят во славу Великого Царя Царей Хмаса, – говорит он мальчику.

Тот важно кивает. Мальчишка забавный, эдакий маленький артист.

– Идем? – я протягиваю ему руку.

Он ее не берет, но следует за мной. Мы выходим из приемной прямо на огромную площадь. Сейчас, когда солнце клонится к горизонту, кажется, что она объята пламенем, так ярко отражаются его лучи от сотен огромных золотых статуй.

– Ух ты… – выдыхает мальчик.

Слышно тихое пение, где-то играет мелодичная музыка, в воздухе стоит терпкий запах благовоний, но не такой удушающий, как в полдень. Мальчик идет за мной, но все время норовит остановиться. Мне приходится его подгонять. Мы проходим площадь и идем по темным ходам к Святилищу. Познайте свет, познайте тьму, и только после этого познайте Богов. Удостоверившись, что рядом с нами никого нет, я тихо говорю:

– Ты должен кое-что мне передать.

– А ты точно Морн? – спрашивает мальчик.

– Ну ты же слышал, как тот жрец назвал меня по имени.

Мальчик кивает и ловко передает мне небольшой предмет, я сжимаю его в ладони и через пару минут прячу в карман тоги. Аним напичкан устройствами слежения от пола до потолка, можно восстановить абсолютно все, что здесь происходило за последнюю сотню лет, а то и дольше. Внизу, в бесконечных подвалах, находятся огромные хранилища, в которых записана вся эта информация, а также разговор каждого Бога с каждым, кто к нему приходил. Естественно, никто об этом не рассказывает, да и в самом Аниме об этом знают только избранные и высшие чины. Я не принадлежу ни к первым, ни ко вторым, но мое происхождение сделало некоторые тайны известными мне еще до того, как я вообще понял, что такое Аним. Запись меня не пугает, я очень сомневаюсь, что кто-то за мной следит, да и мой посетитель не из тех, кто привлекает внимание.

Мальчик вскрикивает, когда мы оказываемся в небольшой камере, от которой в стороны расходятся коридоры. Все это сделано из жарда, минерала, искрящегося при приближении человека.

– Ничего себе… – мальчик поднимает то одну ногу, то другую и наблюдает за тем, как на полу вспыхивают звезды. – А я правда увижу Хмаса? – он смотрит на меня.

– Да, – мы выбираем одиннадцатый коридор, так как Хмас был основателем одиннадцатой династии. – Ты же принес дар.

– И он будет со мной разговаривать?

– Не уверен, но ты попробуй.

– А что мне ему сказать?

– Если у тебя нет конкретного вопроса, то просто выкажи ему почтение. Возможно, он сам даст тебе какое-нибудь напутствие.

В чем я очень сильно сомневаюсь. Дело в том, что Царь Царей Хмас умер от рака, развившегося из-за слишком слабой защиты кораблей от космической радиации. Самые передовые достижения медицины позволили продлить ему жизнь, но умирал он