С няней шутки плохи - Лесана Мун

— Как это ты? — спрашиваю, кивнув на содержимое в его руках.

— Доброе утро, Софья, — мужчина степенно и неспеша ставит свою ношу на стол. — У комендантши, добрейшей души женщины, были проблемы с электричеством, я посмотрел, починил, получил… деньги за свои услуги. Купил нам завтрак и еще даже осталось.

— Э-э… ты разбираешься в электричестве? — если честно, скажи он сейчас, что принимал роды у лошади, я бы и то меньше удивилась.

— Конечно. Ну… не совсем так, как вы это понимаете. Основываясь не на науке, а на понимании сути вещей…

— Ладно. Дело ясное, что дело темное, но я рада, что ты так быстро и легко адаптируешься к окружающему миру. Давай быстренько позавтракаем, пока Лия занята бутылкой… а нет, не успели… ну значит, давай быстро поедим, пока она ползает по полу и отправимся в дорогу.

Спускаю ребенка на ковролин и с удовольствием делаю глоток из стаканчика.

— Уммм… латте.

— В кофейне очень милая женщина сказала, что это самый популярный и вкусный напиток, поэтому я его взял, — делает глоток, кривится и отставляет. — Но что-то…

— Не против, если я допью? — тут же тяну свои загребущие ручки к его стакану и буквально вырываю из мужских пальцев. — Мне очень даже нравится.

Конечно, в пакетах находятся картошка фри, бургеры и прочая гадость, от которой меня будет мучить изжога и камни в желчном, но я широко улыбаюсь и ем. Типа железная Соня с лужёным желудком, ёлки-зеленые. Даже самой смешно, но каких-то двадцать лет назад так и было. Я могла ежа съесть и спокойно переварить, не то, что сейчас.

Завтрак получается… сытным. Хочется опять завалиться и спать дальше. Смотрю, как бодро уплетает свои холестериновые вкусняшки Эвер и понимаю, что вот она — еще одна жертва фастфуда. У него такое довольное лицо! Он не улыбается, нет, но при этом почти сияет, когда ест тонкую соломку картошки. С аппетитом, активно макая ее в соус и интенсивно работая челюстями. Оказывается, иногда наблюдать за жующим мужиком — это даже интересно и, возможно, только возможно, немного… волнительно.

А потом я как-то внезапно замечаю морщинки в уголках его глаз, которых вчера не было. А между бровей уже залегла целая борозда. Внутри меня просто все холодеет и еда, еще минуту назад хорошо утрамбовавшаяся в желудке, вдруг становится в ней камнем.

— Так, все! Поели и пора собираться. Нам еще ехать несколько часов, — я резко поднимаюсь со стула и начинаю паковать вещи, которые мы вчера разложили. Надо не забыть детские вкусняшки оставить на виду, чтобы потом не перерывать все сумки.

Собираемся мы быстро. Через двадцать минут уже усаживаемся в холодный автомобиль. Эвер довольно машет рукой даме бальзаковского возраста с огромным декольте, вышедшей нас проводить, а я рву с места, сжигая покрышки и немного злясь.

Ехать по трассе — это скучно. Деревья, кусты, деревья, кусты. Хорошо, что мы вчера остановились, и я поспала, иначе бы точно нашли себе неприятности. Меня и сейчас, выспавшуюся, рубит вздремнуть, а ночью… даже страшно подумать.

В очередной раз глянув в зеркало заднего вида, обращаю внимание на следующую за нами машину. Серый, неприметный рено. Номера заляпаны грязью, сложно разобрать. Если не ошибаюсь, этот же автомобиль стоял возле той ночлежки, где мы провели ночь. Значит, мы ночевали в одном месте, а сейчас снова едем одной и той же дорогой, в одно и то же время? Совпадение? Я не верю в совпадения!

— Эвер, пристегнись, кажется у нас хвост, — говорю мужчине, сидящему возле меня на пассажирском сидении.

— Ты оборотница? — спрашивает с таким крайним изумлением и старательно косит глазами куда-то в район моей задницы. Что он там хочет рассмотреть, учитывая, что я на ней сижу?

— Кто??

— Ты сказала: «кажется, у меня хвост», вот я и спрашиваю — ты оборотница? Кто? Волчица? Из кошачьих?

— Да! Я — писец, Ёжкин кот!

— Эм… так писец, или кот, в смысле кошка? — зачем-то уточняет Эвер. Видимо, нарывается.

— Япона мать, Эвер, давай с моей анатомией мы разберемся позже, ладно?

— Мать! — повторяет с заднего сидения Лия.

— Ой, — это уже я. — Кажется, пора фильтровать разговорчики.

— Да, мне бы не хотелось, чтобы наши знакомые в ужасе застывали от некультурного лексикона племянницы, — сообщает культурный Эвер.

— Переживут ваши знакомые, а вот переживем ли мы… Ты лучше скажи, кто за вами может следить. И зачем?

— Я не могу тебе этого сказать, Софья. Это тайна, принадлежащая нашему миру, не вашему.

— Ладно. Но вам может грозить опасность, или это я себе напридумала? Заметь, я не говорю о естественном старении, об этом уже слышала. Имею в виду враждебно настроенных людей. Такое возможно?

— Возможно, — уклончиво отвечает Эвер.

— Почему?

— Это тайна, Софья.

— Лие… — мой голос отчего-то срывается, но я быстро справляюсь, — а Лие грозит опасность?

— Она — первопричина всего, — очень расплывчато отвечает Эвер, но мне и этого хватает, чтобы понять, что ребенок в конкретной беде.

— Да ёж…. — вовремя затыкаюсь, вспомнив о маленькой повторюхе. — Ладно. На трассе я от нашего хвоста не отделаюсь, а в городе попробую оторваться.

— Софья, объясни мне все нормально, потому что то, что я себе сейчас представил в воображении, после твои слов — это страшно. Даже для меня.

— Блин! Эвер, за нами слежка. Видишь позади нас машину, да не оглядывайся, в зеркало смотри! Да, видишь? Вот они нас пасут… в смысле сопровождают еще с ночлежки. И это подозрительно. Заметь, не обгоняют, хотя я сбросила скорость, а продолжают держаться на том же расстоянии.

— Да, вижу, — подтверждает мужчина.

— В общем, я сейчас разгонюсь, но сбрасывать их не буду до города, а там — посмотрим. Главное, чтобы на нужной нам улице все-таки был ваш портал, а не так, как вчера. И чтобы вы успели в него… запрыгнуть.

Задумываюсь. То есть через три-три с половиной часа я навсегда попрощаюсь с этим двумя? И больше их никогда не увижу? Неожиданно становится как-то грустно, но я прогоняю от себя непрошенные эмоция и вдавливаю педаль в пол. Надо бы ускориться.

Наш «хвост» так и едет за нами всю дорогу. Не отстает, но и не сокращает расстояние. В Красный Лиман мы заезжаем на полной скорости, рискуя получить штраф за превышение. Я, невзирая на вопли навигатора, сообщающего, что мы едем не туда, петляю улицами резко и уверено. Ничего, потом выберемся, сейчас главное — замести следы.

Спустя почти час ерзания по местным улочкам, выезжаем к месту назначения.