Бастард рода Неллеров. Книга 11 - Серг Усов

class="p1">— Испортил, ну, наверное испортил часть моего неллерьяка — помнишь я тебе рассказывал о новом напитке? Вот. И тут такое дело, и безнаказанным его поступок оставить нельзя, и отпороть лицо духовного звания тоже, а держать его запертым в келье на хлебе и воде очень накладно для благополучия обители. Как быть-то?

Кузина даже не задумалась, ответила сразу:

— Так вериги же есть. У меня папа, помню, когда посчитал себя в чём-то провинившимся перед Создателем, неделю в цепях ходил, даже праздничную литургию в них проводил. Потом я его исцелили сразу же. Но вот тебе вариант. У нас под Дитоном монастырь Целителей, к нам преднастоятельница приезжала оттуда, тоже на себя груз навесила. Говорит, месяц так себе положила.

Точно. И как я сам не догадался? Видел же в прецептории пару братьев в веригах, и у меня, помню, когда только сюда приехал, брат Никита на себя за что-то навесил. Есть вещи, за которые человек сам себя судит перед ликом Создателя. Среди лиц духовного звания, слуг нашего Господа, такое нередко случается. Вот и выход. Раз брат Афанасий не додумался наложить на себя цепи, я сделаю это за него. Пусть походит пару недель. И ему, и другим урок будет. А его соучастников, пусть и невольный и не ведавших, что творят, посажу под замок на этот же срок.

— О, спасибо за подсказку, — благодарю.

— Спасибо на лепёшку не положишь, — Юля запомнила мою адаптированную под здешние порядки поговорку и сейчас её мне вернула. — Мы с миледи Эйты хотим присутствовать при рождении истории об огниве.

Она имеет в виду сказку Андерсена, о которой я ей вчера рассказал.

— Хорошо, — сразу же соглашаюсь. — Долг украшается платежом. Только сразу говорю, это будет поздно вечером — мне ещё нужно будет отъехать по делам — и не очень интересно, даже скучно, думаю, смотреть, как брат Сергий буква за буквой, скрипя пером, заносит историю на пергамент.

— Ничего, — пренебрежительно фыркнула виконтесса Дитонская, перед которой как раз поставили блюдо с рисовой кашей, положив побольше, чем в первой порции. — Пока ты ездишь, нам есть, чем заняться. А потом, будет даже интересно посмотреть, как рождается твоя удивительная магия сказок. Ты ведь так называешь свои истории?

— Ага, так. Ой, Юль, оставь место под вот это, паштет из гусиной печени. С лепёшкой, знаешь, как вкусно?

Кузина права, говоря, что им найдётся занятие. Как таковых свадебных платьев, чтоб прям соответствовать неким правилам, в этом мире нет. Вроде. Ну, в королевстве Кранц точно. Ни цвета белого, ни фаты, ни прочего, что однозначно выделяло бы невесту от других девушек. Однако идти в церковь для заключения брака всё ж требовалось максимально нарядной. Завтра я обручу два любящих сердца — Эрика и Юльку — а пока им надо для этого подготовиться. Виконтесса Юлиана Дитонская, миледи Эйты из Дитона и просто Валька взяли на себя этот нелёгкий труд. И ведь я не ёрничаю, помню по Леське, что это такое.

После завтрака мой путь лежит на хутор, где Арчи Добнес, отставной сержант королевского войска, взятый мною на личную службу в качестве наставника моих будущих спецназовцев, и Лео Тимас, человек без костей, акробат, сын, внук и правнук — дальше история умалчивает — циркачей, кого я исцелил от пожизненной инвалидности, должны представить свои успехи в обучении набранных пацанов искусству красться по лесам, читать следы, владеть ножом или удавкой, снимать часовых, скрываться, преодолевать стены и рвы, проползать в щели и многому другому. На значимый результат обучения не надеюсь, слишком мало времени прошло, требуется как минимум пара лет для получения нужных навыков, но хочу держать ситуацию на контроле, смотреть, как там всё движется, заодно может и сам чему-нибудь научусь. Не помешает.

В поездку меня будут сопровождать лейтенант Герберт Вилков — Эрику надо готовиться к свадьбе, а Карлу к убытию в отпуск на родину — Кир Бирюк, второй взвод моей кавалерийско-егерской роты и напросившаяся составить компанию лейтенант-маг Паттер.

Если сказать с сарказмом, то я удивительный молодчина. Съездить на хутор к Арчи решил ещё вчера, а своим помощникам сказать забыл. Совсем из головы вылетело. Впрочем, у меня есть оправдание и даже несколько: рад был возвращению домой, встрече с любимой кузиной и беседой с ней, усталостью с дороги, тошнотой, вызванной ароматом аутодафе и злостью на брата Альфонса. Как бы то ни было, моя забывчивость вылилась в конкретный результат — все мои помощники с ворохом документов обнаружились в приёмной, когда я, одевшись в походный комплект, направлялся к выходу, заодно провожая кузину в коридор к её гостевым апартаментом.

— Ваше преподобие? — увидел меня готового к выезду брат Симон, он стоял у самого порога приёмной, дверь в которую была открыта, и, услышав шаги, обернулся. — А вы куда?

Тут и находившиеся в приёмной заметили мой маневр.

— Мы же собирались сегодня обсудить хозяйственную деятельность и… — начал говорить управитель.

Главный библиотекарь, единственный, кто из них сидел, если не считать брата Сергия, водившего стилом по навощенной, с трудом поднялся и уставился на меня с укоризной. Остальные — братья Михаил, Алекс и лейтенант Макс — лишь глубоко вздохнули, дескать, наш аббат ничуть не изменился, всё время куда-то торопится, не поймаешь на месте.

— Собирались? Обсудим, — подтверждаю ранее принятое решение. — Просто сегодня — это не обязательно с самого утра. Я вернусь где-то часа через три после полудня, то есть, в час, — уточнил не столько им, сколько себе, в очередной раз напомнив, что хотя сутки здесь примерно равны земным, может чуть больше по ощущениям, но делятся они на двадцать частей. — Тогда и займёмся. А ещё я приглашаю вас всех на совместную вечернюю трапезу, там обсудим некоторые вопросы в неформальной обстановке. Пока идите и занимайтесь своими делами.

Глава 4

Так уж получилось, что после моего распоряжения помощникам идти заниматься своими делами, они увязались за мной что тот хвост за кометой, сопроводив до самого крыльца, возле которого меня уже дожидались Герберт с Алисой, Кир Бирюк и доблестный второй взвод, они все верхом и с моим осёдланным конём в поводу у одного из бойцов.

Насчёт доблести второго взвода конечно же сарказм. Все происшествия в моей роте, что в столице, что по пути туда-обратно, происходили именно с этим подразделением. Дело вовсе не в том, что