Эффективный менеджер - Герман Анатольевич Горшенев

кто порядки нарушает. Наверняка есть самые большие хозяева Вечности, которые могут понять, кто, чего и как, но если лично их не будет касаться наша суета, то они и пальцем не шевельнут. Победоносный говорил, что золотые лорды могут задать величайшим вопросы, но скорее всего, если мы лично никого из очень жирных и больших руководителей не тронем, то получить ответы не смогут.

Оглядев нас, двойник заговорил:

— Я точно знаю, где держат мою девочку, но я не знаю, кто из хранителей стоит за этим. Мне известно только о том, что вы не синхронизировали тела. Наверняка воспользовались моим советом и не стали жадничать. Правильно. Тот, кто контролирует храмы Вечности и следит за переходами, скорее всего знает о том, кто вы здесь и кто там, но если мы не наступили на пятки именно ему, то о том, что вместо неизвестного золотого слуги и серебряной танцовщицы будет деревянный нео и бронзовая рыба, никто никогда не узнает. Именно настоящие деревянные и бронзовые восходящие, а не притворяющиеся бронзой и деревом. Меня не ищите, у меня всё плохо, но я не сдамся, и вы мне не поможете. О том, откуда знаю, и что я сказал, тоже не думайте. На вас метки того, что вы должны знать, а моё отражение просто читает их и произносит слова. Вернитесь и заберите её.

Увидев, что у нас полно вопросов, копия нашего нанимателя подняла руку, показывая ладонь и призывая слушать:

— Не спешите. У вас есть время. В сознании Длани я видел одну древнюю легенду. Не переживайте, я смотрел только незащищённые области мозга и только то, что вы сами были готовы мне рассказать. Мне надо было вас понять, и так быстрее. Архераил, твой паразит — настоящий монстр, и туда совершенно нельзя было сунуться, так что я почти ничего не знаю о твоём мире и Претории, кроме того, что ты мне передавал мыслеобразами. Так вот, в той истории говорилось, что старинный воин отправлялся на войну длиной во многие годы и говорил жене, что его нужно ждать, пока у только что родившегося сына не вырастет борода. Можете совершенно спокойно ждать, пока у моей дочери не вырастет всё, что делает маленькую девочку полноценной женщиной, и запас времени у вас есть. А после этого она должна стать золотой восходящей, причём не просто золотой, а иметь очень специфическое развитие. Без этого древние сокровища моего рода никто не получит, будь ты хоть самым могучим единым. Делайте всё так, как вы всегда делали. У вас полно времени, и слушайте мой приказ, который имеет право дать наниматель, купивший все ваши клятвы: Живите!

А затем я увидел, и только сейчас, при этом исключительно потому, что мне пожелали показать. Вокруг нас стояли тощие безликие кел и внимательно слушали наш разговор. То, что они тут могут оказаться в любой момент, Победоносный предполагал. Уничтожая подземную сферу с саркофагами вечного сна, мы с Капюшоном действительно грохнули верхнюю полусферу безвозвратно, а вот нижняя имела защиты вроде силовых полей. Сами конструкции и антураж примяло и подпалило изрядно, но большая часть энергии взрыва пошла на силовое поле, поэтому нижняя полусфера пострадала незначительно, и большинство саркофагов осталось работоспособно. Когда мы решили немного попользоваться оборудованием, то было два варианта, либо тихо подключить пару устройств в дальнем углу, а потом незаметно сбежать, либо отключать всё и сразу. Решили первый вариант. Вероятность, что нас заметят, была, но безликим кел был нужен я, и они не имели никакого отношения к дочери древнего, поэтому наличествовал шанс договориться, а вот если мы начнём крушить остатки ценнейшего оборудования, то на такие действия наверняка отреагируют мгновенно и очень недобро.

Наверное, Победоносный был прав, выбрав вариант, при котором всё по-тихому. По крайней мере, нас до сих пор не убили, хотя и отпускать, похоже, не собирались. Двойник древнего осел на пол, рассыпаясь звёздной кровью, всё вокруг сменилось, и я опять окунулся мордой в грязь. Мы с подругой лежали с перепачканными рожами в липкой луже, прямо по классическому пониманию подобной субстанции. Мы снова, опять, или ещё раз, или в который раз, не знаю, как точно теперь называть такое событие. Ладонь грязи и пара пальцев мутной воды. Самое что ни на есть месиво, как специально готовили. И всё это дополнялось непрекращающимся мелким дождём. Промелькнула мысль, что безликие кел уже, наверное, начали привыкать, что я постоянно сбегаю.

Прямо перед нами, шагах в двадцати, шла жестокая схватка между двумя восходящими. Один со светлыми волосами и шустрый, а другой крепкий здоровяк в чёрных шкурах и с такого же цвета бородой. Дрались насмерть. Наша лежанка с гидроматрасом была на самом краю полянки, и с места липкого вип-ложа было отлично видно всё происходящее на арене. Двое воинов убивали друг друга.

— Какая прелесть! Осталось только бросить на арену лепестки цветов, монеты и показать обнажённую грудь победителю. Я за того, что в тёмных шкурах, хотя, если белобрысый не умрёт, то свой палец обязательно подниму вверх, — сообщила подруга, приподнявшись и всматриваясь в драку на полянке.

— Ты о чём? — спросил я, удобно устроившись в тёплой жиже и не спеша вылезать из липкой грязи.

— Деревня, — отмахнулась подруга.

При чём здесь название поселения людей зарабатывающих выращиванием растений и разведением животных на аграрных планетах я не понял, но дальше мои мысли переключились на другое. Пара восходящих, сцепившихся в поединке, бросили всё и упали на колени. Не преклонили колено, а именно упали на колени. Над нами показалось огромное шестикрылое существо, занимающее всё небо. Чёрное нечто, вроде тени, напоминающее человеческий силуэт, только на всё небо, с шестью крыльями, длинными и узкими, словно клинки, пронеслось где-то на невероятной высоте. Размер существа был такой, что он заслонял собой половину неба.

При появлении летящей громадины дерущиеся именно плюхнулись на колени, грохнув могучие головы о влажный от дождя грунт и замерев, а не изображая благородные приветствия. Я почувствовал на себе мимолётный взгляд чего-то вне категорийной силы и разума. Это совершенно иное. Как пытаться на себя примерять мощь взрыва сверхновой, но, очевидно, наши с Дланью распластанные и лежащие в липкой грязи тела тоже соответствовали уважительному виду, положенному при встрече с подобными существами, затмевающими небо. Мазнув на долю секунды своим вниманием наше грязевое укрытие, интерес ко мне и подруге полностью потеряли.

А потом тень исчезла. Двое бойцов встали, разошлись шагов на десять, уважительно поклонились друг другу