Штрафная эскадрилья. В пылающем небе Сталинграда - Георгий Савицкий

– Так-так, что у нас здесь происходит?!! – с негодованием спросил главврач. – Что это за вопиющее нарушение режима?!

Сибиряк-летчик так и застыл с импровизированной гантелей в вытянутой над головой руке.

– Ой, а я думала, куда это наши запасные утюги пропали?.. – растерянно сказала медсестричка.

– Виноват, товарищ подполковник медицинской службы, – с раскаянием прогудел старший лейтенант, осторожно ставя тяжелый утюг на пол. – Но мы бы обязательно вернули «спортивные снаряды» на место.

– Сегодня же получите выписку и сопроводительные документы в свои части, спортсмены!

Глава 4 Пополнение

Волин добрался в полк на попутной «полуторке», которая привезла долгожданные запчасти для самолетов. Сдав документы в штабе полка, летчик сразу пошел на стоянку эскадрильи к летчикам. Хотелось повидать ребят, узнать фронтовые новости.

Сейчас как раз самолеты возвращались из боевого вылета. Над ближайшим леском уже слышался знакомый разноголосый гул. Техники ждали своих летчиков, напряженно всматриваясь в горизонт. На задание эскадрилья ушла почти вся, точнее – тем составом, что от нее остался.

Вскоре над лесом показались два «лагга-третьих» и пара битых-перебитых «ишачков», за одним из них волочился густой черный шлейф дыма. Еще два «ишачка» стояли на технической позиции, и вокруг них хлопотали механики, пытаясь вернуть крылатые машины к жизни.

– Эх, пять ребят потрепало, хорошо еще, что живы остались, – заметил седоусый техник самолета.

Первым на посадку пошел подбитый И-16, у него вдобавок еще и не вышла «нога» шасси. В итоге «ишачок» с изодранным перкалем крыльев и фюзеляжа, плюхнулся на полосу, его резко развернуло и поставило на нос.

К счастью, массивный мотор защитил летчика. Он самостоятельно выбрался из кабины, прихрамывая побежал прочь от поврежденной машины, которая вполне могла взорваться. Отбежав на приличное расстояние, он упал и прикрыл голову руками. Потом снова вскочил и побежал на стоянку авиатехники.

В это время остальные И-16 приземлились и зарулили в капониры.

Раненому летчику из подбитого самолета уже делали перевязку медики.

К старшему лейтенанту Волину подошел командир эскадрильи. Летчики обнялись и крепко пожали друг другу руки.

– Видишь, Сашка, что творится, мать его…

Волин только кивнул, а капитан Максимов продолжил:

– Ходили на штурмовку, так на нас на обратном пути «мессеры» накинулись. Яшка одного завалил, но потрепали нас здорово. Хорошо, «лагг» – машина прочная, даром что не такая верткая, как «як». Я в своем истребителе пятнадцать дырок насчитал. Но дельта-древесина – материал исключительно прочный и не горит. А то, что ЛаГГ-3 – самолет тяжелый, так и на нем нужно уметь воевать.

– Не знаю, – пожал плечами Волин. – Мне больше «як» нравится.

– Вот и перегонишь новые «яки» на наш аэродром. Ты как раз после госпиталя, и допустить к боевым вылетам я тебя не имею права. Вот и пригонишь с одного из промежуточных аэродромов группу новых машин с молодыми летчиками. Это наше пополнение.

– Есть, товарищ капитан.

– Только вот какой у тебя теперь позывной будет?

– «Леопард» подойдет? Пятнистый, как моя обожженная физиономия! – рассмеялся Александр Волин.

– Ничего, – хлопнул по плечу друг и командир. – Парень ты статный, да и орденов хватает, любая девчонка заглядится. А физиономия – пустяки! Главное, чтоб девчонка по-настоящему полюбила!

* * *

Раскаленный диск солнца ушел за горизонт. На опаленную огнем землю спускались сумерки. Полеты закончились. Летчики, сделавшие за день по четыре-пять боевых вылетов, уходили со стоянки усталые, но довольные. Сегодня никого из них не сбили, а они за день «завалили» четырех «лапотников» и одного «мессера» – хороший счет!

«Летуны» перешучивались, несмотря на усталость, хлопали друг друга по плечам: хорошо-то как – жить! Никто не будет сегодня угрюмо молчать, глядя в свою тарелку. И девочки-официантки из БАО, батальона аэродромного обслуживания, не будут всхлипывать и смахивать украдкой слезы, глядя на не занятое летчиком место за общим столом, на пустую тарелку и накрытую ржаной корочкой стопку с «наркомовскими» ста граммами.

А наоборот – можно у девчат и попросить слегка «добавить» под настроение, но только чуть-чуть, ведь завтра снова боевые вылеты…

Сегодня ты жив, и осознание этого пьянит больше, чем «наркомовские». За общим столом собрались летчики и авиационные начальники. Подняли традиционный тост – «За Победу!» Негромко звякнуло стекло граненых стаканов.

И даже аппетит появился. Обычно есть не хотелось, хотя кормили летчиков сытно. Но иссушающая жара и иссушающий нервы адреналин приводили к тому, что на еду летчики и смотреть не могли. Выручали знаменитые астраханские арбузы. Набьешь желудок сочной, сладкой красной мякотью – и на взлет!

Александр Волин вышел из землянки и прислушался. С другого берега Волги доносились гулкие удары канонады. В вечернем небе над городом вставало багровое зарево. Днем и ночью стояли насмерть защитники Сталинграда. Дрались с отчаянной храбростью, сдерживая в хаосе разрушенных улиц натиск отборных гитлеровских войск.

Вздохнув, Волин пошел в свою землянку. Сил не было никаких, летчик уснул, едва коснувшись головой подушки.

* * *

На следующий день Александр Волин собрался за пополнением. До полевого аэродрома старший лейтенант Александр Волин добрался на попутной «полуторке». Дорога прошла спокойно, только один раз на них нарвался одиночный «Юнкерс-87», но того быстро отогнала пара наших «чаек».

Полевая площадка представляла собой травяное поле возле небольшого перелеска. На опушке стояли замаскированные истребители, а среди деревьев были устроены блиндажи и землянки личного состава и различные службы. Там же стояло несколько грузовиков-«полуторок», а в специально отрытых капонирах – бочки с авиационным бензином и маслом.

Среди деревьев и почти неотличимые от них были замаскированы две скорострельные зенитные 37-миллиметровые пушки.

На краю летного поля на длинном шесте колыхался полосатый «колдун»-ветроуказатель. В общем, это был обычный полевой аэродром.

Прыгнув с подножки грузовика, Александр Волин увидел молодого лейтенанта в фуражке с голубым околышем и «птичками» на петлицах.

– Здравия желаю, товарищ старший лейтенант! – Он вскинул ладонь к козырьку и отрекомендовался: – Лейтенант Алферов, жду вас, чтобы препроводить к начальству.

– Ну зачем же так официально, – улыбнулся Волин, откозыряв в ответ и подавая руку для рукопожатия. – Истребителей новых много?

– Хватает!.. – тоже улыбнулся лейтенант. – Летчики сейчас отдыхают, а самолетами занимаются техники.

Вместе они подошли к штабному блиндажу.

Спустившись по земляным ступенькам, старший лейтенант остановился у входа, занавешенного плащ-палаткой. Красноармеец-часовой взял винтовку «на караул».

* * *

В просторном штабном блиндаже находились подполковник, комиссар и еще несколько офицеров. За перегородкой