Одаренная девочка и яркое безобразие - Мальвина Гайворонская

иногда чрезмерная мотивация могла оказаться губительной для успеха дела, но полученный опыт шептал: он опять поступал неверно. Конечно, откладывать объяснение с Татьяной до победы звучало разумно, но разум этот виделся нынче патриарху крайне малодушным, если не сказать подловатым. Очень удобно и правильно с точки зрения управленца передвинуть одну из задач своего бессмертия на потом, не пытаться усидеть на двух стульях и сконцентрироваться только на самом важном – свободе и шансе на жизнь для его народа. А вот когда одержит верх над тираном и сможет без опаски распоряжаться собой, тогда и устремить помыслы к любви. Идеальный план! И неважно, что сама Татьяна не вечна, а проиграй он Ивану Карловичу – так никогда и не узнает о питаемых к ней чувствах. Очаровательно.

Нет уж, второй раз свалить последствия собственных решений на дорогую ему женщину совесть не позволяла, как и откладывать работу над ошибками на потом. Да, предложить было все так же решительно нечего: и физиология, и полное отсутствие прав, и нависшая над будущим тень делали положение Богдана Ивановича крайне далеким от позиции перспективного жениха, да и межвидовые союзы, насколько он успел уяснить, в обществе сказов не приветствовались, но завтра же отправляться на штурм ЗАГСа он и не собирался. Сначала – прощупать почву. Попытаться сблизиться. Понять, как и кем может стать в ее жизни, – такие цели теперь Богдан Иванович перед собою ставил. А итог… решать все равно Татьяне и только Татьяне. Это он уже уяснил.

После всего пережитого и откровенного разговора на обратном пути визави казалась открыта к диалогу, и, приглашая русалку отдохнуть в его апартаментах, патриарх надеялся, что это сыграет ему на руку. По традиции обеспечив даму всем необходимым, ненавязчиво расположив неподалеку от полюбившегося ей дивана аквариум с самыми лупоглазыми золотыми рыбками Москвы и скрепя сердце приглушив джаз до минимальной отметки, Богдан Иванович отважно приготовился к марш-броску, но, как водится, несколько тушевался с выбором подходящего момента. Практично рассудив, что с места в карьер кидаться не стоит и гостью лучше подготовить, принялся подбирать тему для начала ненавязчивого разговора.

К счастью, Татьяна оставалась верна себе и перехватила инициативу:

– Судя по тому, как ты заморочился с обстановкой, либо все-таки включил режим неоплатного долга, либо собрался обсудить некий косяк и надеешься смягчить мою злость. Ставлю на второе. Опять кто-то что-то не то накачал через ваш корпоративный трафик?

В представлении Богдана Ивановича в подобном случае ему пришлось бы не смывать грехи вином, а наоборот, скорее проставляться из благодарности, но, пожалуй, алкоголеполучатель в лице Татьяны и вправду особой разницы не ощущал, поэтому вампир поспешил пояснить:

– О, не волнуйся, к процессу обучения с моей стороны содержательных вопросов нет.

«Только риторические, – мысленно продолжил он. – К примеру, как это происходит, к чему в итоге приведет и не стоило ли в свое время поучиться у Альмы Диановны умению не задаваться каждые пять минут первыми двумя».

– Ну не помираю же я опять, в самом-то деле, – пожала плечами русалка, до краев наполняя очередной жемчужиной его коллекции совершенно не предназначенный для этого типа вина бокал.

Иногда патриарху казалось, что форму бургундия Татьяна предпочитает только и исключительно потому, что господь миловал его и не дал завестись в серванте ни одной пивной кружке. Богдан Иванович нахмурился.

– Чувствовать некоторое недомогание после всего произошедшего более чем… – начал было он.

– Расслабься, я просто подтруниваю над прошлым эпичным визитом сюда, – отмахнулась бариста. – Отмывалась от лужи, а очнулась голой в твоей кровати – и это на трезвую-то голову! Даже не знаю, расстраиваться или гордиться. Подозреваю, я оказалась там первой женщиной?

– Определенно. И если уж на то пошло, то и первым живым существом, и, пожалуй, первой, кто вообще умудрился уснуть: мы, вампиры, к этому не предрасположены, умеем только симулировать и стараться дотерпеть до утра.

– Дай угадаю, а ты небось еще и не лежишь, как полагается хорошему мальчику, а работаешь? – хмыкнула Татьяна.

Патриарх развел руками, мол, грешен, каюсь, и она покачала головой:

– И был смысл весь этот театр с кроватью затевать? Воткнул бы второй рабочий стол, и вся недолга.

– Во-первых, как ты знаешь, это нужно для маскировки, чтобы люди не задавали резонных вопросов вроде: «А где же спит сей скромный бизнесмен, не покидающий офиса своей компании?» А во-вторых… Она пригодилась тебе – и тем самым полностью и безоговорочно оправдала свое существование.

Ему показалось, или ушки русалки чуть покраснели? Вампиры неплохо видели в сумраке, но расстояние все-таки мешало ответить точно.

Татьяна тем временем поспешила перевести тему:

– Сойдемся на том, что выкидывать пока рано, но кое-кому неплохо бы думать не только о работе.

«Скорее, в твоем присутствии полезно хотя бы изредка о ней вспоминать», – опять молча прокомментировал Богдан Иванович, старательно следя, чтобы не ляпнуть подобного вслух.

Русалка продолжила:

– Так ради чего изыски? Решил отпраздновать второй день рождения, или пришла пора скрываться от акционеров и давать прощальный банкет?

– О нет, напротив. Мы на пороге чрезвычайно важного этапа, который подведет итог многолетней подготовительной работе, и я, признаться честно, малодушно рассчитывал вновь просить тебя о поддержке. При этом со своей стороны не хотелось бы утомить, поэтому обещаю не злоупотреблять вниманием, но слабо представляю, как выразить желаемое достаточно ясно, не опошлив против воли и…

Татьяна отставила бокал, и он смолк. Во взгляде русалки плескалась задумчивость, отпить она успела хорошо если всего пару глотков, а рыбки в аквариуме лупили на него глазенки в полном составе. Поднял тему слишком рано и разозлил?..

– Насколько я успела тебя узнать, – начала бариста, – наверняка уже нарисовал в башке какую-то картину, испугался ее и сейчас вещаешь мне из параллельной реальности. Не надо так, я не кусаюсь и головы не откручиваю. Ну, по крайней мере без предупреждения, – после небольшой паузы добавила она и похлопала по подушкам рядом. – В общем, заканчивай ломать комедию. Вино и прочие блага цивилизации откладываются до момента, когда разберемся с твоими выкрутасами. Ложись и рассказывай как есть.

Богдан Иванович, робея, приблизился к дивану, сел на его краешек и был утянут властными руками на колени. Роскошные пальчики приятно заскользили по волосам, поглаживая и перебирая, и вампиру не оставалось ничего иного, кроме как полностью капитулировать.

– Впереди месяцы, если не годы, упорного труда, тщательнейшего планирования и полного отсутствия права на ошибку. Ставки беспрецедентно высоки.

– Да ты и раньше-то не в бирюльки играл, – спокойно парировала русалка, не отвлекаясь.

– Еще серьезнее. Если сравнивать грядущее с прошлым, получим что-то вроде подготовки годового